Деревня оказалась крошечной — домов десять, не больше. Вера остановилась у первой избы, постучала в окно. — Эй, есть кто живой? — А чего стучишь-то, как милиция? — раздался голос сзади. Вера обернулась. Перед ней стоял молодой мужчина — высоченный, плечистый, бородатый. В руках — сетчатая шляпа пчеловода. — Я... воды хотела попросить. Можно? Мужчина улыбнулся — неожиданно по-детски, открыто. — Можно. Заходи, гостья дорогая. Мама, у нас гости! — крикнул он в дом. Изба оказалась уютной — вязаные салфетки, фотографии на стенах. Из горницы вышла пожилая женщина в цветастом платке. — Ой, девонька, какая хорошенькая! Серёжа, неси молока холодного да пирожков. Как звать-то тебя, милая? — Вера. — А я Клавдия Ивановна. Серёжка — сын мой. Младший. Старшие разъехались кто куда, а этот вот со мной остался. Серёжа принёс кувшин с молоком, тарелку пирожков и банку мёда. — Угощайся, Вера. У нас тут редко гости бывают. Вера с удовольствием выпила молока — холодного, с пенкой. И тут её взгляд упал на