Пираты Атлантики XXI века. Хроника пиратства в Гвинейском заливе
В начале декабря 2011 г. у берегов Гвинеи пираты осуществили нападение и ограбили судно "Thor Light" с украинским экипажем.
С 2008 по 2011 годы пираты захватили 36 судов.
До 2010 года активность пиратов в Гвинейском заливе была ограничена полоской прибрежных вод шириной не более 30 морских миль. Зная об этом, суда, курсирующие в этом регионе, держались на большем расстоянии от берега. Пиратам пришлось поменять тактику, которая была ограничена использованием «материнских судов» — плавбаз.
Чтобы расширить радиус поиска добычи, морские головорезы начали создавать небольшие флоты, состоящие из быстроходных лодок, которые не требовали «материнских судов». Такие лодки способны уходить в океан на 100– 120 морских миль от берега. Пираты постоянно улучшают свое техническое оснащение, чтобы безопасно ходить вдали от берега, и совершенствуют приспособления для абордажа.
На фотографиях, сделанных у берегов Нигерии, когда пираты попытались высадиться на судно SCARABE, бандиты используют алюминиевую лестницу длиной почти в 10 метров. Пиратам удалось установить трап на борту судна, когда они шли параллельным курсом на большой скорости.
Этот случай показывает, что скорость в 18 узлов не всегда может защитить от абордажа. Пираты не только смогли расширить оперативный радиус действия, но и курсировали вдоль всего западноафриканского побережья, проводя разведку наиболее удобных мест (якорных стоянок и подходов к портам) для похищения моряков. Суммы выкупа за освобождение членов экипажа значительно возросли — в некоторых случаях требования достигали одного миллиона долларов.
Как правило, пираты Гвинейского залива используют скоростные катера с пластиковыми корпусами длиной от 8 до 10 метров с двумя подвесными двигателями мощностью 150/200 л. с., обычно под красными или белыми флагами. Команды состоят из шести и более человек, вооружённых автоматами Калашникова. Основное абордажное оснащение, как было указано выше, — алюминиевые лестницы длиной от 8 до 10 метров. Самые отчаянные пираты могут действовать на одном– единственном скоростном катере, иногда катера ходят парами.
Разбойники изменили и время суток, в которое совершаются рейды. Если в 2018 году почти две трети нападений были совершены в дневное время, то в последние месяцы нападения у западного побережья Африки осуществлялись в основном ночью (поздним вечером либо перед рассветом).
В настоящее время суда, курсирующие в водах Гвинейского залива, используют легковооружённые катера сопровождения. Проводка судов осуществляется в пределах 100– 120 морских миль от берега. Расширение этого диапазона невозможно по логистическим (запас хода) и экономическим соображениям (охрана обходится в 10– 12 тыс. долларов в день). Пираты, способные действовать за пределами этого радиуса, более чем в 120– 140 морских милях от берега, спокойно продолжают нападения, не опасаясь встречи с охраной.
Расцветом сомалийского пиратства стал 2010 год: тогда удалось угнать 47 судов и заработать на выкупах $238 млн. В среднем за год пираты добывали около $150 млн, притом что ущерб от их действий специалисты консалтинговой компании Geopolicity Inc оценивали в $15 млрд – сюда входили не только прямой ущерб от атак, но и удорожание страховок, прокладка удалённых от Сомали маршрутов, дополнительные расходы на топливо, наем вооружённой охраны.
Ещё в 2008 году ЕС и страны НАТО начали проводить операции против пиратов, затем к ним присоединились ВМС России, Китая, Индии, Японии. Появление в Аденском заливе иностранных военных кораблей усложнило, но не разрушило деятельность бандитов – просто им пришлось охотиться подальше от побережья.
Навязанные родственнички
После утреннего дележа улова и покупки выращенной в неволе форели, уже перед отъездом с рыбалки Шура-моряк отозвал меня в сторону пошептаться:
– Скинь мне все свои файлы по обороне и организации охраны – не будь жлобом, – попросил Кабыла и протянул мне флешку. – У тебя ведь много всякой информации. И контакты запиши с начальством, с берегом, данные агентов: мэйлы, номера телефонов. А то я всего второй раз иду старшим, мой комп с информацией ведь ещё тогда, четыре года назад накрылся – в океане утонул.
– Ладно, не жалко, перешлю на электронную почту, но мог бы за эти годы новый ноутбук приобрести и туда информацию забить.
– От компьютеров и интернета всё мировое зло!
– Средневековый тип! Ты живёшь как архаичный старик: нет мобильника, нет компьютера, не знаком с интернетом… Может быть, и сколько у тебя денег на счетах в офшорах не ведаешь?
– Офшоров, увы, нет. И неправда твоя, кнопочный мобильник у меня есть. Я лишь про интернет с ним солидарен – мировое зло и зомбирование. Завтра ноутбук куплю – вынудили.
– Кнопочный в эру смартфонов... И зря ты так о необъятном информационном интернете! Тот, кто хочет найти плохое – всюду найдёт. С интернетом жить удобно – море информации. Эх, жалко с тобой расставаться, Шура. Однако чует моё сердце – нашей активной работе в море приходит каюк. Российских судов, которые мы сопровождаем все меньше, с Украиной рассорились, с иными иностранными фирмами работать не получается. А народа в компании много – морские документы у девятерых. Один пароход выплывает на нашу контору раз в месяц, но лишь раз в квартал работать я не согласен. (Эх, знать бы тогда, что рейс в море раз в квартал это вполне хорошо.)
Надо искать другую контору по охране судов – давай к иностранцам что ли завербуемся?
– Так нас там и ждали. Языков не знаем, международных сертификатов и страховки нет. Британцы, америкашки, греки хохлов и эстонцев с большим желанием набирают. Максимум эстонскоговорящих русаков. Да! Согласен с тобой, похоже, бизнес нашей фирмы из Британского Гондураса подходит к логическому завершению – к краху…, – согласился Шура. – Пора пенсию зарабатывать на берегу – законную. Через пару лет уже оформляться, а там лишь минималка вырисовывается, как у бомжа.
(Шура даже не мог предположить той под@лости, которую уже давно задумали: повышение пенсионного возраста мужчинам и женщинам на пять лет!)
Приехал домой с купленным уловом и ведром грибов.
Вечером созвонился с Суворовым – оказалось Денис ещё не в курсе предстоящего похода, но откликнулся на предложение с радостью:
– Давно пора, а то все семейные резервы проел. И младший родственник – братишка Макс в долгах уже как в шелках…
(Ушакова он называл младшим братом, хотя реально он был ему лишь дальним родственником – каким–то четвероюродным кузеном по папе или маме.)
– И я тоже все запасы истребил – живу на подножном литературном корме, – пошутил я. – Все ноги уже стоптал в хождениях по учебным заведениям.
– Когда вылет? – попытался уточнить детали Денис.
– Как обычно – все в информационном тумане. Предварительная приблизительная информация – рейс через неделю. Идём на каком–то небольшом корыте в Персидский залив. По информацию от боссов Полковника Алекса и Сержа – рейс предстоит долгий и маршрут замысловатый. Должны посетить несколько стран: Пакистан, Индия, Эмираты… Яркин сказал, что пока ещё идёт активная переписка с пароходством. Наши начальники и сами всех деталей не знают. Вроде бы завтра примут окончательное решение по вопросу перехода. Пока приготовь документы: мореходная книжка, справки о прививках, проверь загранпаспорт, не просрочен ли?
– У меня все в порядке…
– А у родственника Максима?
– Уточню сегодня, но вроде бы тоже порядок…
– Тогда ждём отмашки от боссов на низком старте…
О, боги! Опять этого неприятного типа Макса мне в экипаж!.. Я уже заранее чувствовал, что поход не доставит мне того обычного удовольствия, которое я испытывал, работая со своим дружным и проверенным коллективом.
Хроника пиратства в Гвинейском заливе
Украинский кризис заставил Европу всерьёз заняться поисками альтернатив российским нефти и газу. С этой точки зрения, пожалуй, самым привлекательным районом является Гвинейский залив. В настоящее время около 10% всей импортируемой ЕС нефти и 4% газа идут из стран Гвинейского залива, прежде всего Нигерии, при наличии потенциала для резкого увеличения объёмов этого импорта. При этом, однако, Гвинейским залив обладает одним серьёзнейшим недостатком – высочайший уровень преступности. Если говорить о морской преступности, то Гвинейский залив и особенно, Нигерия, стал мировым центром почти всех известных видов криминальной деятельности в судоходстве. Совет по международным делам ЕС принял специальный документ по Гвинейскому заливу: «Стратегия ЕС в Гвинейском заливе».
Документ фокусируется именно на обеспечении безопасности в водах региона. Страны Гвинейского залива и в целом всей Африки не оставляют без внимания вопросы безопасности от преступности на море, однако те решения, которые они принимают, отличаются не только отсутствием реальных мер, но и часто противоречат друг другу. Так, широко разрекламированный ООН и её дочерними организациями вроде ММО Кодекс поведения стран Западной и Центральной Африки в отношении пиратства и бандитизма на морях, принятый на саммите глав стран региона, призывает страны региона установить свои исключительные экономические зоны и поддерживать в них порядок и соблюдение законов. Африканским Союзом была принята к руководству стратегия судоходства, согласно которой необходимо принять единую для всех стран Африки исключительную экономическую зону как одно из воплощений главной идеи Африканского Союза, Африки без границ.
При этом следует отметить явное недопонимание политиками ЕС разницы между Аденским заливом и Гвинейским заливом, в их попытке перенести опыт борьбы с сомалийским пиратством на Гвинейский залив, без учёта огромной разницы между этими регионами. Так, например, Нигерия выдаёт лицензии на охрану судов только национальным охранным агентствам, международные агентства могут участвовать только на правах партнёров. В целом очевидно, что страны региона не желают следовать рекомендациям и пожеланиям ЕС, и каким образом можно будет найти какое–то общее для всех решение, пока остаётся непонятным. Вопрос безопасности судоходства в заливе приобрёл стратегический, геополитический характер…
Десантирование на «Сталинградскую битву»
Охрану парохода на переход через Индийский океан все же сумели согласовать, финансовые вопросы утряслись, и мы вылетели в Египет. Перелёт не составил больших хлопот и затруднений, хотя я немного нервничал. Например, с Денисом мы ходили уже шесть раз, и никогда никаких проблем: в прошлом настоящий боевой офицер, малопьющий, некурящий, спокойный и уравновешенный практически со всех сторон положительный. А этот его родственник – полная противоположность: скандалист, не знающий нормы в питье, вечно ввязывающийся в неприятности, о чем свидетельствовало потрепанное жизнью лицо: сломанный и слегка свёрнутый нос, штопаные губы, шрам на подбородке. По характеру неуживчивый, заносчивый, мнительный, хотя за душой не имеет ни образования, ни успешной карьеры... И ни семьи. Как говорится, перекати-поле...
Эх, чувствую, намаюсь. У-ф-ф!!!
Уже в самолёте, когда подавали бесплатные напитки, Денис принялся сдерживать кузена, а тот бурчал в ответ о самостоятельности.
– Мы не свободные люди? Какие-то проблемы?
– Никаких, – вздохнул Денис и отвернулся к иллюминатору.
– Я взрослый и самостоятельный мужчина! Не надо учить меня жить! Лучше займи пятьдесят долларов в счёт получки…
Начинается…Ну, да ладно, лиха беда начало, может быть, обойдётся – перебесится на судне.
По прилёту в Каир группу встретил новый незнакомый агент – дружелюбный Халид недавно уволился и болтливого Саида тоже уже нет в агентстве – ушли в дальнобойщики. Из общения с арабом узнали, что мелким клеркам, сопровождающим нас на торговые суда, морское агентство платит мало, а семьи у всех довольно многочисленные.
Агент передал нас давно знакомому болтливому толстяку-таксисту. Тот пытался навязчиво пообщаться, но мы, после нескольких однословных ответов, сделали вид, что устали и дремлем, тогда толстяк, кидая на нас презрительные взгляды врубил в приёмнике на полную мощь завывания какого-то проповедника – местный религиозный опиум.
Как говорил товарищ красноармеец Сухов: «Восток дело тонкое!»
Домчали в Суэц по новой трассе, быстро отобедали в отеле и с вещами на выход в офис. На экране компьютера (на АИС) портового офиса появился танкер «Сталинградская битва».
– Проходит канал…– прокомментировал агент и предложил собираться – пора выезжать в порт.
На мой вопрос слышал ли этот молодой араб про Сталинградскую битву (где, когда, кто с кем бился) – агент не смог ничего ответить, в принципе, он и про битву под Эль-Аламейном не слыхал. Его даже недавние проигранные арабо-израильские войны не особо волновали. Народы и правительства этих стран живут другой, мирной жизнью и им глубоко нап@левать на мобилизационной психологии и спекулируют на войны давно минувших дней. Не то, что наши правители, всё никак не выйдут из мобилизационной психологии и спекулируют на войне давно минувших дней и желают не заняться мирным обустройством собственной необъятной страны…
Высадка на борт танкера как стало обычным, в сумерках, на выходе из канала и на полном ходу. Короткий трап, мелкая волна захлёстывала нижнюю балясину – обувь моментально промокла. Ну да нам уже не привыкать – обычное дело, авось подошва не сразу отвалится разъеденная морской водой.
На борту осмотрелись: танкер примерно сто тридцать метров в длину, двадцать в ширину, надстройка две палубы вверх, и две палубы вниз в трюм, мостик, пеленгаторная со складывающейся для проходов под мостами мачтой. Надстройка белого цвета, палуба выкрашена в цвет морской волны, через все судно тянутся десятки трубопроводов и над ними узкий трап от рубки и до бака.
Боцман разместил по каютам: я на верхней палубе в лоцманской, родственники в двухместной – на нижней. Поднимаюсь на мостик представиться к капитану.
– Да вижу, что прибыли... Не мешай... Иди, отдыхай, пока не до тебя... Лоцман мозг выносит, и со всех сторон в заливе «движуха», как на скоростной автостраде: догоняют, обгоняют, встречные мчатся. Выйдем из узкости – встанем на якорь, на мелкий ремонт, кое-что надо в машине поделать. Зайди ко мне в каюту через пару часов – поговорим...
Разместился, устроился, перекусил, подышал на палубе, полюбовался яркими звёздами. В указанный срок зашёл в гости.
– Я тебя уже заждался! – пробурчал капитан.
Мастер – Антон Усенко. Плотный, даже слишком плотный – много больше центнера живого веса, ему неплохо бы сбросить десяток килограммов, иначе в Персидском заливе будет тяжко. Лохматый, давно не стриженный. Коротко переговорили.
Заметив мой внимательный взгляд, мастер несколько раз провёл ладонью по густой шевелюре:
– Зарос как барбос – никак на землю не сойду подстричься…
И про лишний вес капитан посетовал, что располнел за последний год.
– Ну, ничего, в Персидском заливе все похудеем, – заверил меня мастер. – Наш танкер класса река-море, к дальним походам не приспособлен. Мы раньше на Севастополь бегали из Новороссийска, да на Сирию ходили, а теперь в тропики кинули. А холодильная камера маленькая – скоропортящиеся продукты скоро кончатся.
– Что делали в Сирии? Военная тайна?
– Никакой тайны. Вся информация есть в открытом доступе в интернете. В результате мы теперь под двойными санкциями: и за Крым, и за Сирию. Все провинились: компания, судно и лично я. Топливо возили для армии, и нашей, и сирийской. Так что: «и вы дорогие товарищи, добро пожаловать под международные санкции!» – громко произнёс Антон последние фразы, подражая голосу престарелого Леонида Брежнева. – Кстати, мы и сейчас на судне везём крайне опасный груз: гексан. Знаешь, что это?
– Про гептил знаю и слышал – ракетное топливо. А гексан…
– Из этой же весёлой серии – компонент для ракетного топлива, и очень ядовитый. И к тому же взрывоопасен. А мы ползём малым ходом, на не приспособленном для океанских переходов судне отважно прём в пиратскую зону. Ура-ура!!!
Капитан добродушно рассмеялся и пригласил на завтра после ужина к своему столу.
– Так что, заходи ко мне чаще, если есть с чем…
– Конечно, всегда есть напитки для знакомства. Зачем откладывать на завтра, то, что можно сделать сегодня?
– Согласен! Сейчас стол подготовлю! – засуетился скучавший до общения Усенко.
– Сейчас вернусь…, – пообещал я и поспешил за командой.
Вызвал напарников: налаживать контакт и обговаривать порядок прохождения пиратской зоны. Переоделись в чистое – явились при полном параде: побритые, умытые, наглаженные.
Мастер оказался человеком на редкость словоохотливым, что мне на руку: слушать, запоминать, записывать байки, мотать на ус чужой морской опыт…
Разлили по стаканам литр виски «Ballantines», а мастер выставил на закуску сыр, сало, колбасу и прочую консервированную снедь.
– Сало под виски…
– Эх, дружище... Как говорится: ж@ри что дают!
– Этот я для поддержания разговора…
– Ну, если реплика прозвучала для завязки общения – принимается. Давно работаю на реках, но думаю, это мой последний рейс в этом поволжском речном пароходстве – не хочу ходить на Сирию и в эти богом забытые жаркие края. И в Европу теперь под санкциями с семьёй не съездить. Уйду из конторы – выведут из санкционного списка. К тому же я привык по речкам водить суда, самый максимум: Балтийский бассейн, Чёрное, Каспийское и Азовское моря. А наши руководители схватились за прибыльные контракты, и гонят неприспособленные речные танкеры в открытый океан. Сейчас все три наших «систер-шипа» (суда одной серии) бегают по Средиземноморью. Зачем мне этот геморрой? То ли дело Волга, Дон, Свирь, Нева…
Сидим, слушаем мастера, закусываем, молча киваем в поддержку, не мешаем длительному монологу.
– Константин, ты ведь бывал на Свири? А то часто так случается, что люди живут рядом с великолепными местами и нигде не бывают.
– Бываю и на Ладоге, и на Свири, и почти каждый год в Вознесенье приезжаю, в Лодейное поле, в Подпорожье, в Олонец…
– О, да ты географ! Следопыт?
– Литературные марафоны по региону провожу регулярно – сею доброе, вечное, несу знания взрослым и детям. А ещё Онега, Ладога, Волхов…
– И мне все эти места хорошо знакомы – пройдены на самоходных баржах, балкерах и танкерах. Наш танкер «Сталинградская битва» как раз построен для судоходства по всей этой речной водной системе. Сам, когда-нибудь по рекам ходил?
– Кто же меня возьмёт? Не доводилось…
– Я возьму. Обещаю! Если случится оказия и приду на танкере в Питер – запишу пассажиром, поедем, хоть до Астрахани. Можешь даже супругу в каюту взять. Обожаю рейсы вверх по Волге до Свири и обратно: по каналам шлюзоваться – романтика! А в этих широтах я впервые, это не моё. Я скоро зажарюсь как бифштекс…
– Обойдётся, дойдём до цели и вернёмся!
– Возможно, что и обойдётся, да вот скажи мне мил человек, а где автоматы ваши? Когда и где оружие получите? Вы же с пустыми руками явились, мне боцман доложил. Так?
– Утром получим! В Сафаге...
– В порту?
– На рейде. Или в движении.
– Накладок не будет? Не заметут?
– Все отработано – не первый рейс.
– Точно? Знаю я эти арабские гнусные шутки: вместо оружия приедут пограничники, руки заломят, закуют в кандалы и в зиндан засунут. Стар я для отсидок в темницах. Значит, вы мне предлагаете изменить курс и к берегу приблизиться?
– Придётся чуть-чуть сойти с курса. Подойдёт буксир «Safa» – на ходу передадут ящик, и мы обратно на курс.
– Ох, вводите вы меня со своим подозрительным типом, Полковником Алексом, в какой-то сомнительный блуд! Чую есть во всей истории скрытый подвох…
Однако мастер зря волновался, все прошло, как его я и заверял: вовремя, на малом ходу, получили со склада стволы, привезённые ботом «Safa» и в путь.
Проверили АК по номерам, пересчитали патроны, почистили оружие. В принципе считай не считай, проверяй не проверяй – все основано на доверии. Никому никаких претензий не предъявишь в случае какой-то нестыковки или подлянки со стороны арабских товарищей...
Послал пространный отчёт боссу на мэйл – целый лист. В ответ одно слово – принял!
Как обычно!..
До начала пиратской зоны ещё три дня хода – можно наслаждаться путешествием. Танкер постепенно опускался к южным широтам мимо Египта, Судана, Эритреи, и с каждым часом становилось жарче – «туристы» начали принимать солнечные ванны на корме. Максу на корме не сидится – пошёл на бак.
– Костя, этот твой Макс идиот? Топливо токсичное! Экипажу без респираторов запрещено перемещаться по палубе, тем более ходить на бак.
– А разве кто-то нам об этом сказал?
– Я же вчера за столом говорил о характере груза! Вы прям как дети малые. Может, конечно, гулять и дышать, но часть лёгких позже выплюнет.
Мастер прокричал в «матюгальник» по громкой связи и вернул Ушакова в надстройку. Макс ленивой походкой подошёл назад, выслушал на мостике замечания, состроил недовольную физиономию, обиделся и спрятался в каюту.
На обиженных – воду возят!
А Денис тяжко вздохнул, и сел в тенёчек и начал предаваться размышлениям – в очередной раз впал в меланхолию из-за крупных семейных неурядиц.
Николай Прокудин. Редактировал BV.
======================================================
Желающие приобрести роман обращаться n-s.prokudin@yandex.ru =====================================================
Друзья! Если публикация понравилась, поставьте лайк, напишите комментарий, отправьте другу ссылку. Спасибо за внимание. Подписывайтесь на канал. С нами весело и интересно! ======================================================