Тишина на другом конце провода – она бывает разной. Иногда она пустая, выжженная, и тогда я слышу в ней отчаяние. Иногда – напряженная, колючая, и тогда в ней живут боль и гнев. А иногда она просто… одинокая. Такая, от которой сжимается сердце и хочется протянуть руку через километры проводов и коснуться плеча той, кто молчит. «Послушайте, я одна. Мне некому об этом рассказать. Можно, я расскажу вам?»
Это самые частые слова, с которых начинается наш разговор. Голос, в котором дрожит надежда на то, что вот этот, последний в мире шанс быть услышанной, не будет отвергнут. И я слушаю. Я вбираю в себя историю чужой жизни, пропуская ее через свое сердце, стараясь быть тем самым контейнером, который сможет удержать всю боль, весь страх, весь накопившийся годами груз.
И в какой-то момент, когда история льется рекой, я задаю свой вопрос. Тот самый, невинный и такой необходимый вопрос-спасательный круг: «Скажите, а кто вас может поддержать в этот момент? Может быть, кто-то всё-таки есть? Подруга, с которой можно выпить кофе? Далекая родственница, с которой вы изредка созваниваетесь? Хоть кто-то в этом огромном мире, кто мог бы выйти с вами на связь, просто чтобы быть рядом?»
И тогда наступает та самая Тишина. Не пустая и не колючая. А бездонная. В ней слышно, как работает мысль, как цепляется за малейшие возможности, перебирая в памяти лица и имена, и отбрасывая их одно за другим. Или же ответ приходит мгновенно, отточенный, как лезвие, выстраданный годами. «Никто. Я одна».
В этих двух словах – вся вселенская боль человеческой души. Это не констатация факта. Это приговор. Это голос тотального, всепоглощающего одиночества, который рождается не здесь и сейчас, а тянется из самого детства. Он вырос из семечка недоверия, которое когда-то давно посадили в душу маленького человека. Его поливали ведрами обид, предательств, разочарований, игнорированием, несправедливым и жестоким обращением. И оно выросло в огромное дерево с корнями-удавками, которое теперь заслоняет собой весь мир.
«Никто». В этом слове – запрет на прикосновение. Запрет на то, чтобы кто-то подошел ближе, чем на расстояние вытянутой руки. Запрет на доверие, на надежду, на саму возможность того, что тебя можно принять и полюбить. И даже эти 45 минут нашего разговора, этот хрупкий мостик, который мы пытаемся построить, женщина на том конце провода в любой момент может оборвать, едва почувствовав, что и эта система, и этот безликий психолог – тоже часть того мира, который ее предал.
«Никто не может справиться с моим одиночеством», – отвечает та часть души, что отвечает за страдания. И она по-своему права. За один звонок нельзя исцелить раны, копившиеся всю жизнь.
В этот момент я понимаю всю тщетность и всю необходимость своей работы. Я понимаю, что для снятия этой чудовищной нагрузки с хрупкой психоэмоциональной системы нужно время. Много времени. Доверие к миру не строится за один день. Его нужно возводить, как храм, кирпичик за кирпичиком. И первые кирпичики – самые тяжелые, самые важные.
И тогда я принимаю решение. Мы не будем сейчас разбирать всю боль. Мы не будем копаться в прошлом. Мы сделаем всего одно маленькое упражнение. Мы найдем «контейнер» для этой невыносимой тяжести, чтобы можно было передохнуть. Мы аккуратно, как самую большую ценность, положим туда часть боли, чтобы она не разрывала изнутри.
А потом я обязательно, обязательно найду, за что можно эту женщину поблагодарить. За что ею можно восхититься. «Знаете, я хочу вас поблагодарить. Спасибо вам за то, что вы нашли в себе силы позвонить. За то, что делитесь этим со мной. Это требует огромного мужества. Я восхищаюсь вашей смелостью – оставаться наедине с этим миром, продолжать заботиться о себе, просто дышать и просыпаться по утрам. Это уже подвиг».
Я говорю это не для галочки. Я говорю это потому, что искренне верю в каждое слово. Женщина, живущая в аду одиночества и до сих пор не сдавшаяся, – это и есть настоящая героиня. И вот тогда, в самые последние минуты нашего разговора, я вижу, как в голосе звонящей появляются едва слышные нотки чего-то нового. Не надежды еще – на нее рано. Но, может быть, легкого удивления. Что ее увидели. Что ее боль не испугала, а ее мужество – заметили.
Завершать работу, когда стекло таймера показывает ноль, всегда больно. Это как безжалостно обрывать ниточку, которая только начала натягиваться. Я прощаюсь, желаю ей доброты к себе и тихо надеюсь, что этот звонок станет тем самым маленьким шажком. Шагом к психологу, к длительной терапии, где можно будет завершить этот мучительный опыт одиночества.
Кажется, уже достаточно. Кажется, уже можно по-другому. Кажется, уже можно позволить себе чуть больше доброты и принять руку, протянутую из мира, который, возможно, не так уж и страшен. И я остаюсь с этой надеждой, готовый принять следующий звонок. Готовый снова услышать в тишине одинокое эхо и ответить ему: «Я слушаю. Вы не одни».
Если ты психолог и хочешь стать волонтером горячей линии Российского Красного Креста напиши мне в ТГ @NatashaS_teplo 🙏❤️
©Наталья Старосельская , встречаемся на моем ТГ канале или ВК канале чтобы забыть об одиночестве.