Рассказ о колесно-гусеничном танке БТ-5, который ныне стоит в музее-заповеднике "Прорыв блокады Ленинграда"
У танков, которые сохранились со времен Великой Отечественной войны, судьба складывалась по-разному. Как правило, далеко не лучшим образом. После окончания войны подавляющее большинство устаревших танков списали и отправили в металлолом, оставив единичные экземпляры в Кубинке, куда, у слову, простые смертные смогли попасть не так уж и давно. Для остальных же были Т-34, Т-34-85, СУ-100, ИС-ы, ИСУ и крайне немногочисленные танки других типов, стоящие на памятниках. Нынешнее изобилие появилось не так давно, в том числе благодаря поисковой работе.
В случае с танками есть такое поверье, что "они железные". То есть они вполне могут стоять десятилетиями под открытым небом, и им ничего не будет. На самом деле это большое заблуждение, особенно что касается тех танков, которые подняты на местах боёв. На поверхности они гниют вполне себе исправно, постепенно покрываясь трещинами. Один из таких танков находится в музее-заповеднике "Прорыв блокады Ленинграда". Это колесно-гусеничный танк БТ-5, один из участников операции "Искра", в ходе которой прорвали блокаду Ленинграда.
Если БТ-2 являлся довольно быстрой, с минимальными доработками, адаптацией колесно-гусеничного танка M1940 Christie Tank, то БТ-5 оказался продуктом длительной эволюции. Можно сказать, что он стал танком Кристи здорового человека, по крайней мере на первом этапе развития. На тот момент развития советское танкостроение еще не было настолько развито, чтобы столь быстро и радикально менять конструкцию танка. История ПТ-1 тому пример: танк создали, но он так и остался опытным. Между тем, требовалась массовость, и не когда-нибудь, а прямо сейчас.
На первом этапе требовалось устранить наиболее серьёзные недостатки, а также перевести документацию в метрическую систему. Так последовательно появились БТ-3, с документацией, переведенной в метрическую систему (такой индекс не прижился, танк продолжали именовать БТ-2) и опытный БТ-4 с рядом улучшений. Вместе с тем, КБ ХПЗ во главе с А.О. Фирсовым двигалось дальше, и в октябре 1932 года на испытания вышел первый опытный образец еще более совершенного танка, который получил обозначение БТ-5.
Уже в марте 1933 года БТ-5 встал на конвейер, заменив БТ-2. С точки зрения шасси они были друг на друга очень похожи, более того, имелась практически полная взаимозаменяемость, что позже очень пригодилось, когда начался процесс крупной модернизации БТ. Тем не менее, БТ-5 был уже шагом вперед, поскольку на нем текущая конфигурация шасси уже сформировалась окончательно. Впрочем, как уже говорилось выше, БТ-5 был продуктом длительной эволюции. Поэтому те же опорные катки у него были сначала диаметром 815, а затем 830 мм. К тому же не стоит забывать про задел по деталям, он тоже шел в дело.
Принципиальным отличием БТ-5 от предшественника стала башня, а также вооружение, которое в ней находилось. БТ-2 получил, можно сказать, промежуточную башню, поскольку она была одноместной с опцией размещения в ней двух человек. Между тем, башня требовалась двухместной, причем тут ХПЗ шел в кильватере танка Т-26. Для него последовательно разработали сначала двухместную башню без кормовой ниши и с 37-мм танковой пушкой, а затем поставили более совершенную 45-мм танковую пушку обр.1932 года. Также у башни имелась кормовая ниша, довольно узкая.
Данная башня перекочевала на БТ-5, правда, с некоторыми изменениями, связанными с тем, что производили ее не на Ижорском заводе, а в Мариуполе. Выпускали такую башню недолго: вскоре появилась башня с развитой кормовой нишей, которая стала основной. Существовала она в трех видах - базовая, Ижорского завода, для Т-26, облегченная, для бронемашины БТ-3, и мариупольская, для БТ-5. Мариупольская башня имела отличия по технологии сборки, также в ходе производства внутренние заслонки пистолетных портов заменили на "груши", как более надежные.
БТ-5 стал куда более массовым танком, чем предшественник. Сдали их 1884 штуки, при этом уже в 1933 году стали сдавать первые радийные танки. Они получили радиостанции, размещавшиеся в забашенной нише, такие танки можно легко определить по наличию у них поручневых антенн. Всего радийных танков сдали 325 штук, что для того периода не так и мало. У нас очень любят язвить, что радиостанций стояло мало. Однако есть интересный вопрос, во многих ли танках 1933-34 годах стояли радиостанции. Если внимательно посмотреть, то выяснится немало интересного.
Если БТ-2 был, можно сказать, продуктом внутреннего потребления, который вплоть до 1941 года не воевал, у БТ-5 оказалась совсем другая судьба. Впервые он пошел в бой во время Гражданской войны в Испании. Там танк показал, скажем так, неоднозначные результаты, Т-26 оказался более удачным с точки зрения орудийной платформы. Причиной тому была большая продольная раскачка. В дальнейшем БТ-5, совместно с появившимися позже БТ-7, использовались в целом ряде боевых операций.
Подобно БТ-2, данные танки проходили программу модернизации. Собственно, разрабатывалась она для БТ-5, а дальше ее перенесли на БТ-2. Наиболее заметным изменением стала замена глушителя на прямоточные выхлопные трубы, соответственно, переделывали жалюзи и заваривали отверстия под трубы глушителя. Впрочем, часть танков глушители вполне сохранили. Воздушный фильтр теперь защищался жестяным кожухом увеличенного диаметра. Часть танков получила гусеничные ленты с мелкозвенчатыми траками, более удачными по конструкции. Следует отметить, что модернизация проводилась неоднородно, посему внешний вид танков отличался.
По состоянию на январь 1941 года в Красной Армии было 1270 линейных БТ-5 и 402 радийных. Большее количество радийных танков, чем было выпущено, связано с модернизацией ранее произведенных БТ-5. В ходе боёв лета-осени 1941 года основная масса БТ-5 погибла. Вместе с тем, говорить о том, что для них война закончилась, явно не стоит. БТ-5 эпизодически применялись в ходе битвы под Москвой, но куда дольше их карьера развивалась на Ленинградском фронте. Собственно говоря, в ЛВО их и до войны было прилично - 226 линейных и 31 радийный.
Ленинградский фронт в этом смысл был еще тем заповедником, достаточно сказать, что в определенный момент (в сентябре 1942 года) там было больше БТ-2, чем БТ-5. Далее БТ-2 стали переделывать в БТ-5, благо что для этого требовалось немного работы, а именно заменить башню, а также башенный погон. Прожили на Ленфронте БТ-5 долго. Например, в январе 1944 года 49-й Гвардейский тяжелый танковый полк получил аж 20 танков данного типа. Правда, часть из них осталась на месте, в виду технических неисправностей.
Участвовали БТ-5 и в операции "Искра", в ходе которой удалось прорывать блокаду Ленинграда. Использовались они как минимум двумя подразделениями, которые 13 января 1943 года перебрались через Неву. Южнее 136-й стрелковой дивизии действовал 286-я стрелковая дивизия, а вместе с ней 86-й отдельный танковый батальон, на вооружении которого находились БТ-5 и БТ-7. Южнее 286-й СД совместно действовали 45-я стрелковая дивизия и 118-й отдельный танковый батальон. В его составе использовались танки Т-26 и БТ.
В 5:30 утра 13 января 1943 года один из БТ-5 118-й ОТБ провалился под лёд и затонул. Двое членов экипажа, механик-водитель и башенный стрелок, также утонули. Танк оказался на глубине 15 метров, затонув в 120 метрах от берега в районе населенных пунктов Красные сосны и Кировска. Ушел он на дно со всем боекомплектом. Интересно, что в составе БТ имелись и подкалиберные снаряды, которые к тому моменту являлись новинкой.
Сам танк тоже оказался весьма интересным. Он является типичным примером того, как проходила модернизация БТ-5 в ходе Великой Отечественной войны. Танк имеет еще раннюю 45-мм танковую пушку, обр.1932 года, с характерной конусностью ствола. А вот во всём остальном тут полная "прокачка" по программе модернизации БТ-5. Кроме того, имеются уже локальные, ленинградские доработки. Больше всего в глаза бросаются наварки на траки (сами траки мелкозвенчатые), что является типичной деталью для ленинградских БТ.
Ничуть не меньше интереса вызывает двигатель, который стоял в танке. Так повелось, что по поводу БТ-2 и БТ-5 есть распространенное утверждение насчет использования в них моторов М-5. Так вот, на 100% известных БТ-2 и БТ-5 с моторами они все - Liberty L-12, модернизации Alisson. Советский Союз закупил несколько тысяч таких моторов под установку в БТ, поэтому, может быть, какая-то часть танков имела моторы М-5 (советская копия Liberty L-12), но вообще модернизированные моторы были более надежными. Потому основная масса БТ-2 и БТ-5 имели американские двигатели.
Танк удалось поднять в июле 2007 года, из тех мест к тому моменту вытащили уже два тяжелых танка КВ-1. Основная масса поднятых из Невы танков позже оказалась на открытой площадке музея-заповедника "Прорыв блокады Ленинграда". Перед тем, как оказаться на музейной площадке, БТ-5 прошел реставрацию на судостроительном заводе. И по поводу происходящего есть очень смешанные чувства. Как написали те, кто танк поднимал, весь цветмет ушел в металлолом, чтобы... оплатить покраску. Нет, сам танк в Неве погнил, но это вот такое совсем перебор.
Сейчас на Невском Пятачке есть два БТ-5 - оригинал, который стоит на открытой площадке, и макет на диораме, которая размещается в музее-панораме "Прорыв". Так вот, оригинал очень было бы неплохо под крышу. Постепенно броня у БТ-5 растрескивается, причем это видно невооруженным взглядом. Покраска пустого чучела (всё изнутри вытащили в ходе приведения в порядок) проблему не решит. Тут разве что карательные меры могут помочь, но для этого должен настать как минимум 2034 год, то есть когда танку исполнится 100 лет. Будем надеяться, что доживет.
Список источников:
ЦАМО РФ
Память Народа
Архив автора
tankist-31.livejournal.com
www.photo.aroundspb.ru
Другие статьи по танкам семейства БТ:
Рассказ о колесно-гусеничном танке БТ-2, находящемся в музейном секторе парка "Патриот"
Танки БТ-2 и их башни в боях за Ленинград
О моторах Liberty L-12 в танках БТ
Из истории танкового двигателя БД-2 (В-2), изначально создававшегося для танков БТ
Рассказ о БТ-7 из коллекции военно-исторического клуба "Капонир", новинке выставки "Моторы Войны
История экранировки для советского быстроходного танка БТ-7, которая оказалась не столь и единичной