Утром Игорь ушел на работу, бросив на прощание: "Не забудь про парикмахерскую".
Я кивнула, но вместо парикмахерской отправилась к Лиде.
Лида жила этажом выше, и мы изредка встречались в лифте или на лестничной площадке. Соседка по подъезду, не больше. Но она всегда улыбалась мне — просто, без скрытых мотивов.
Я постучала в дверь. Лида открыла в домашнем халате, с сигаретой в руке.
— Аня? — удивилась она. — Что случилось?
— Можно поговорить?
— Конечно, проходи.
Ее квартира была полной противоположностью нашей. Книги на полках, картины на стенах, живые цветы в горшках. Хаос, но уютный, обжитой.
— Кофе будешь? — спросила Лида, гася сигарету.
— Да.
Она поставила турку на плиту, достала чашки. Я сидела за кухонным столом и не знала, с чего начать.
— Новый цвет волос тебе идет, — сказала Лида, наливая кофе. — Освежает.
— Спасибо.
— Муж как отреагировал?
Вопрос застал врасплох своей прямотой.
— Не очень хорошо.
— Понятно. — Лида села напротив, закурила новую сигарету. — Он из тех, кто любит все контролировать?
Я кивнула, не доверяя голосу.
— А тебе это нравится?
— Нет. — Слово вырвалось само собой.
— Тогда что делаешь?
— Не знаю. — Я обхватила чашку руками, согреваясь. — Лида, можно тебя кое о чем спросить?
— Спрашивай.
— Ты счастлива?
Она затянулась, выпустила дым.
— В целом да. — Помолчала. — А ты?
Вопрос, который мучил меня уже неделю.
— Нет, — призналась я. — Кажется, нет.
— Давно так?
— Не знаю. Может, всегда. Может, я просто раньше не замечала.
— Что изменилось?
Я рассказала ей про встречу с Денисом. Не про поцелуй, которого не было, не про романтику. Просто про то, как чужой взгляд помог мне увидеть свою жизнь со стороны.
— Понятно, — сказала Лида, когда я закончила. — Знаешь, у меня был такой муж. Первый. Тоже очень заботливый.
— Что случилось?
— Ушла от него. — Она пожала плечами. — В двадцать пять лет поняла, что превращаюсь в домашнее растение. Красивое, ухоженное, но без собственной жизни.
— Не жалеешь?
— О том, что ушла? Нет. — Лида погасила сигарету. — Жалею только о том, что мучилась так долго.
— А как решилась?
— Проснулась однажды утром и поняла, что если ничего не изменю, то через десять лет буду сидеть на том же месте и задавать себе те же вопросы. Только будет уже поздно что-то менять.
Поздно. А сколько у меня времени? Год? Пять лет? Десять?
— Лида, — сказала я тихо, — а не страшно было начинать сначала?
— Страшно. Очень. — Она улыбнулась. — Но знаешь, что еще страшнее? Дожить до старости и понять, что ты ни дня не прожила для себя.
Мы просидели до пяти вечера. Лида рассказывала о своей жизни после развода — трудности, одиночество, но и свобода выбора. Право решать самой, что есть на завтрак, какую музыку слушать, с кем встречаться.
— Если что, — сказала она на прощание, — обращайся. Я через это проходила.
Дома я переоделась в привычную домашнюю одежду, убрала волосы в хвост. Рыжий цвет все еще бросался в глаза, но уже не так вызывающе.
Игорь вернулся в обычное время. Увидев меня, кивнул одобрительно.
— Завтра к парикмахеру?
— Да.
— Хорошо. — Он поцеловал меня в щеку. — Что на ужин?
Вечер прошел по стандартному сценарию. Ужин, новости, отход ко сну. Но я чувствовала себя иначе. Словно внутри загорелся маленький огонек, который Игорь пока не заметил.
Лежа в постели, я думала о разговоре с Лидой. О том, что есть женщины, которые находят в себе силы начать сначала. Что страх — не приговор, а препятствие, которое можно преодолеть.
Может ли и у меня получиться?
Телефон завибрировал. SMS от Дениса: "Как дела? Думаю о тебе."
Думает обо мне. Мужчина думает обо мне просто так, без расчета и планов.
Я набрала ответ: "Все сложно. Но спасибо, что ты есть."
"Всегда рядом. Если что — звони."
Всегда рядом. Как давно никто не говорил мне таких слов.
Парикмахерская. Тот же мастер, что красила меня в рыжий.
— Хотите вернуть прежний цвет? — спросила она, увидев меня.
— Да.
— Жаль. Вам очень шло.
Два часа в кресле, и я снова стала прежней. Русые волосы, бледное лицо, потухшие глаза. Игорь будет доволен.
Но я не была довольна. Каждый взгляд в зеркало отдавался болью. Я предала саму себя ради его спокойствия.
Дома ждало новое испытание. На столе лежала записка от Игоря: "Дорогая, забронировал нам столик в ресторане на вечер. Праздную повышение. Надень красивое платье. И. П.С. Знаю, что ты расстроена из-за волос, но поверь, так лучше."
Расстроена. Он знал, что заставляет меня предавать себя, и считал это нормальным.
Повышение. Значит, сегодня будет особенный вечер. Игорь будет рассказывать о своих достижениях, я буду кивать и улыбаться. Идеальная жена идеального доктора.
Я достала из шкафа черное коктейльное платье — элегантное, дорогое, скучное. Такое же, как все в моей жизни.
Но потом вспомнила о красном платье. Том самом, которое висело в углу шкафа семь лет.
Примерила. Оно все еще сидело хорошо, хотя стало чуть тесновато в груди. Красный цвет делал бледную кожу фарфоровой, подчеркивал линию плеч.
В этом платье я выглядела как женщина, а не как тень.
Я оставила его на кровати и пошла собираться.
В семь Игорь вернулся домой с букетом белых роз. Увидев мои волосы, одобрительно кивнул.
— Вот теперь моя красавица.
Его красавица. Не просто красавица.
— Поздравляю с повышением, — сказала я.
— Спасибо. — Он поцеловал меня. — Теперь я заместитель главврача. Через пару лет, возможно, займу его место.
— Это здорово.
— Да. И знаешь, что это означает?
Я покачала головой.
— Мы можем позволить себе больше. Квартира побольше, машина получше. Может, дом за городом.
Больше пространства для той же пустой жизни.
— Иди переодевайся, — сказал он. — Не хочется опаздывать.
Я прошла в спальню, посмотрела на два платья на кровати. Черное — безопасное, одобренное. Красное — яркое, живое, мое.
Надела черное.
Ресторан был дорогим и пафосным. Белые скатерти, тихая музыка, официанты в перчатках. Игорь заказал шампанское, рассказывал о своих планах. Новая должность, новые возможности, новые перспективы.
— За нас, — сказал он, поднимая бокал.
— За нас, — повторила я.
Шампанское было дорогим, но безвкусным. Как и вся наша жизнь.
— Анечка, — сказал Игорь между основным блюдом и десертом, — я думал о наших планах.
— Каких планах?
— О детях. — Он взял мою руку. — Может, пора?
Дети. Мы не говорили об этом уже три года.
— Ты готов? — спросила я.
— Да. Карьера стабилизировалась, доходы выросли. Самое время.
Он говорил о детях, как о бизнес-проекте. Стабилизация, доходы, подходящее время.
— А я готова? — спросила я.
— Конечно готова, — удивился он. — Ты созданы для материнства. Заботливая, нежная, ответственная.
Созданы для материнства. Как будто это единственное мое предназначение.
— Игорь, — сказала я осторожно, — а если я хочу сначала поработать? Найти себя?
— Найти себя? — Он нахмурился. — Аня, тебе тридцать лет. В этом возрасте уже поздно "искать себя".
Поздно в тридцать лет. А в сорок будет еще позднее. В пятьдесят — совсем невозможно.
— Кроме того, — продолжал он, — беременность и карьера несовместимы. Ты же не хочешь навредить ребенку?
Манипуляция, завернутая в заботу. Я начинала распознавать этот прием.
— Нет, не хочу.
— Вот видишь. — Он улыбнулся. — Значит, решено. Начнем планировать.
Планировать. Как все в нашей жизни.
Дома он был особенно нежен. Помог расстелить постель, массировал плечи, шептал о том, как мы будем счастливы с ребенком.
— Представляешь, — говорил он, — маленький сын или дочка. Мы дадим ему лучшее образование, лучшие возможности.
— А если ребенок захочет стать художником? — спросила я. — Или путешественником?
— Зачем ему это? — удивился Игорь. — Медицина — надежная профессия. Стабильный доход, уважение в обществе.
— Но счастье не только в стабильности.
— Аня, — он повернулся ко мне, — ты опять за свое. Мы же договорились, что хватит этих странных идей.
Мы не договаривались. Он решил, я согласилась.
— Хочешь ребенка? — спросила я прямо.
— Конечно хочу.
— А хочешь меня?
— Что за вопрос? Конечно хочу.
— Настоящую меня. Со всеми странностями и желаниями.
Он помолчал.
— Я хочу тебя правильной, — сказал наконец. — Хочу, чтобы ты была счастлива и здорова.
— А если мое понимание счастья отличается от твоего?
— Не отличается. — Голос стал жестче. — Ты просто временно запуталась. Это пройдет.
Временно запуталась. Мои чувства, мои сомнения, мои желания — все это временная путаница, которая пройдет.
Мы занимались любовью той ночью. Технично, правильно, по расписанию. Игорь был нежен и заботлив, как всегда. Но я чувствовала себя чужой в собственном теле.
После он заснул, обняв меня. А я лежала в темноте и думала о том, что завтра он начнет планировать нашего ребенка. Составит график овуляции, купит витамины, запишет к врачу. Все будет правильно и продумано.
И через девять месяцев появится маленький человек, который тоже будет жить по расписанию папы.
Я тихо высвободилась из объятий, прошла в гостиную. Села у окна, смотрела на ночной город. Где-то там жили люди, которые влюблялись, ссорились, мирились, принимали спонтанные решения. Настоящие люди с настоящими чувствами.
А я была куклой в красивом доме. Хорошо функционирующей, но пустой внутри.
Телефон завибрировал. Сообщение от Дениса: "Не сплю. Думаю о тебе. Все хорошо?"
Я посмотрела на экран и поняла, что больше не могу молчать.
Набрала номер, позвонила.
— Привет, — его голос был сонным, но радостным.
— Привет. Прости, что поздно.
— Ничего. Что случилось?
— Денис, — сказала я, глядя в окно, — что если я скажу, что хочу все изменить?
— Что именно?
— Все. Жизнь, работу, отношения. Все.
Пауза.
— Тогда я скажу, что давно пора.
— А если не получится? Если я не справлюсь одна?
— Кто сказал, что ты будешь одна?
Мое сердце пропустило удар.
— Денис...
— Я не предлагаю тебе убежать со мной в закат, — сказал он быстро. — Я предлагаю тебе начать жить. А там видно будет.
— Мне страшно.
— Я знаю. Но ты сильнее, чем думаешь.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что помню ту девочку, которая не боялась ничего. Она все еще там, внутри. Просто очень глубоко спряталась.
Мы говорили до утра. О страхах, о мечтах, о том, что значит быть живым. Когда я повесила трубку, за окном уже светало.
И я знала, что решение принято.
Читать пятую часть:
Понравился рассказ?
Поделитесь в комментариях 👇, интересно узнать ваше мнение!
Поставьте лайк ♥️, если было интересно.