Лена смотрела на мужа с нежностью. Женаты всего три года, а кажется, знает Диму целую вечность. Он опять колдовал на кухне. Сегодня воскресенье – традиционный обед с его родителями.
– Лен, попробуй соус. Не пересолил?
Она подошла, обняла его сзади, лизнула ложку.
– Идеально. Твоя мама опять скажет, что я не умею готовить.
– И добавит, что у тебя другие таланты, – усмехнулся Дима.
– Ой, да ладно! – Лена шутливо толкнула его в бок. – Помнишь, как она боялась, что я стану злой невесткой?
– А теперь души в тебе не чает.
Звонок в дверь – родители Димы всегда приходили минута в минуту.
– Димочка! – мама Димы, Татьяна Павловна, крепко обняла сына. – Лена, милая, как ты? Что-то бледненькая.
– Всё хорошо, просто на работе завал.
Отец Димы, Виктор Степанович, протянул пакет с тортом.
– От Марьи Захаровны, просила передать. Говорит, твой любимый.
За обедом разговор тёк легко и непринуждённо. Лена наблюдала, как Дима ухаживает за родителями – подкладывает отцу салат, наливает маме компот, рассказывает смешные истории с работы.
– А помните Олега? – спросил Дима. – Так вот, он теперь в Австралии.
– Как там его жена? – поинтересовалась Татьяна Павловна.
– Развелись, – пожал плечами Дима. – Не все же крепкие браки строят, как мы с Ленкой.
Лена улыбнулась и мысленно поблагодарила судьбу. После истории с первой женой Димы – той самой, что бросила его шесть лет назад – она боялась, что он разочаруется в браке навсегда. Но нет, Дима оказался надёжным. Честным. Открытым.
– Лен, а ты как думаешь насчёт поездки на майские? – Виктор Степанович протянул ей телефон с фотографиями какого-то пансионата.
– Мы с отцом присмотрели местечко, – пояснила Татьяна Павловна. – Семейный отдых, все вместе.
– Звучит здорово!
После обеда мужчины ушли на балкон "подышать воздухом ". Лена помогала Татьяне Павловне с посудой.
– Знаешь, – сказала свекровь тихо, – я так рада, что у Димы всё наладилось. После той истории с Кристиной я думала, он никому не сможет довериться.
– Он не любит вспоминать, – так же тихо ответила Лена.
– Конечно. Это было ужасно. Уйти к другому, да ещё и за границу... Но развод он пережил достойно. И тебя встретил. Ты настоящая, Лен. Не то что та...
Когда родители ушли, Дима плюхнулся на диван и притянул Лену к себе.
– Уфф, я объелся.
– Это потому что твоя мама считает, что я тебя не кормлю, – Лена щёлкнула его по носу.
– Лен, ты чего такая тихая была?
– Да так... Твоя мама опять про Кристину вспоминала.
Дима напрягся, но быстро расслабился.
– Старая история. Забыли.
– Знаешь, она сказала, что ты развод достойно пережил. А ты никогда не рассказываешь, как всё прошло.
– А что рассказывать? – Дима включил телевизор. – Обычная история. Разошлись, подписали бумаги, разбежались. Всё.
– И ты её больше не видел?
– Лен, ну зачем ворошить? – он поцеловал её в макушку. – Смотри, футбол начался.
Лена кивнула. Действительно, зачем? Дима счастлив с ней. Родители его обожают. Она любит свекровь и свёкра. У них прекрасная, крепкая семья.
Тогда почему ей кажется, что в этой идеальной картине чего-то не хватает?
Письмо пришло во вторник. Лена вертела конверт в руках – штамп ЗАГСа, официальный бланк. Вскрыла, пробежала глазами – и замерла.
"...просим подтвердить... в связи с поступившим заявлением... проверка документации о статусе брака гражданина Соколова Дмитрия Викторовича..."
Что за бред? Какой статус? Они с Димой женаты уже три года, свидетельство о браке лежит в папке с документами.
– Что это может быть? – спросила она у пустой кухни.
Телефон пиликнул сообщением от Димы: "Буду поздно, совещание затягивается."
Лена уставилась на экран. Впервые за три года у неё возникло странное чувство. Тревога? Недоверие? Она тряхнула головой. Глупости какие. Наверное, просто ошибка в документах.
Вечером она положила письмо на журнальный столик – прямо на виду. Дима вернулся в десятом часу, уставший, с покрасневшими глазами.
– Ты ужинал?
– Перекусил в офисе, – он плюхнулся на диван. – Ленка, я в душ и спать, вырубаюсь просто.
– Дим, тут письмо пришло. Из ЗАГСа.
Он застыл на полпути к ванной.
– Из ЗАГСа? – переспросил слишком ровным голосом. – Чего им надо?
– Понятия не имею. Что-то про проверку твоего... брачного статуса.
Дима подошёл, взял письмо. Лена внимательно наблюдала. Его пальцы едва заметно дрогнули.
– Ерунда какая-то, – он небрежно бросил конверт обратно. – Бюрократы. Наверное, какой-то сбой в базе данных.
– И что делать?
– Ничего. Я сам завтра позвоню, узнаю.
Утром Дима уехал раньше обычного. Вечером Лена спросила про ЗАГС.
– А, это... – он махнул рукой. – Нужно подойти с документами. Я схожу на неделе.
Лена кивнула, но червячок сомнения уже грыз изнутри. Слишком отстранённый Дима. Слишком незаинтересованный.
В четверг она позвонила свекрови.
– Тань Паш, а вы помните, когда Дима развёлся с Кристиной?
– Конечно, милая. Это было ужасное время. Шесть лет назад, весной. А что?
– Просто пытаюсь восстановить хронологию для нашего семейного альбома.
Вместо обеда Лена поехала в ЗАГС. Очередь. Духота. Наконец её вызвали к окошку.
– Соколова? – пожилая женщина за стеклом просмотрела документы. – Да, вот запрос. Скажите, а у вас есть доверенность от мужа?
– Нет, а зачем?
– Видите ли, запрос касается его предыдущего брака. Без доверенности я не могу...
– А что с предыдущим браком?
Женщина замялась.
– Я не имею права... Но раз вы супруга... В общем, к нам обратилась гражданка Соколова Кристина Андреевна с запросом о статусе брака.
– И в чём проблема?
– Дело в том, что... – женщина понизила голос, – формально их брак до сих пор не расторгнут.
Лена покачнулась. В глазах потемнело.
– Это невозможно. Мы женаты три года.
– Сожалею. По документам получается, что ваш супруг состоит в двух браках одновременно. Первый брак не был расторгнут.
– Но как? Он говорил, что развёлся шесть лет назад!
– По нашим данным, заявление на развод подавалось, но процедура не была завершена.
Лена вышла на улицу. Ноги не держали. Села на скамейку. В голове гудело.
"Шесть лет врал. Всем врал. Мне, родителям. А я-то... дура."
Домой она вернулась поздно. Дима сидел на кухне с потерянным видом.
– Ты была в ЗАГСе, – не вопрос, утверждение.
– Был шанс всё объяснить раньше, – тихо сказала Лена. – Шесть лет шанса.
– Лен, я всё объясню, – Дима встал, попытался взять её за руку, но она отстранилась.
– Что именно объяснишь? Что ты в двух браках одновременно? Что шесть лет врал мне и своим родителям?
– Не так всё было! – он нервно провёл рукой по волосам. – Мы с Кристиной действительно расстались шесть лет назад. Она уехала в Швецию, потом в Америку. Какая разница – бумажка, штамп...
– Какая разница? – Лена сдерживалась из последних сил. – Ты женился на мне, когда был женат на другой! Ты понимаешь, что это незаконно? Что наш брак могут аннулировать?
Дима сел, обхватил голову руками.
– Я думал, всё уладится само собой. Кристина пропала с радаров, новая жизнь, другая страна... А потом появилась ты. И я... я испугался, что если начну возиться с документами, с судами, ты передумаешь. Решишь, что я несвободен, что у меня хвосты...
– Так и есть! У тебя хвосты! Целая жена!
– Но я не видел её шесть лет! Мы чужие люди!
– Дим, – Лена пыталась дышать ровно, – ты мог всё рассказать потом. После нашей свадьбы. Объяснить, что нужно доделать формальности. Но ты молчал три года. ТРИ ГОДА, Дим!
– Я боялся... – он поднял на неё глаза. – Боялся потерять тебя. Твоё доверие.
– И что теперь? – Лена прислонилась к холодильнику. – Кристина вдруг объявилась и решила проверить статус вашего брака. Зачем?
Дима замялся.
– Она... хочет выйти замуж. В Штатах.
– И ей нужен развод. Логично.
Повисла тяжёлая пауза.
– Звони родителям, – наконец сказала Лена. – Они должны знать.
– Лен, не надо их впутывать...
– Они уже впутаны! Твоя мать шесть лет считала, что ты честный, порядочный сын! Что разведён! А оказывается...
Звонок в дверь прервал её на полуслове. Они переглянулись.
– Это мама, – побледнел Дима. – Она говорила, что заедет вечером, отдать рецепт для твоего торта.
– Отлично. Самое время.
Татьяна Павловна влетела в квартиру с привычной энергией.
– Ленка, я тут... – она осеклась, увидев их лица. – Что случилось?
– Мам, сядь, – Дима указал на стул. – Нам надо поговорить.
– Что-то с ребёнком? – свекровь испуганно посмотрела на Лену. – Вы...
– Нет, не с ребёнком, – Лена скрестила руки на груди. – С вашим сыном. Он вам сейчас всё расскажет. Правду, наконец-то.
Дима сбивчиво, путано начал объяснять. Про Кристину, про незавершённый развод, про страх потерять Лену. С каждым его словом лицо Татьяны Павловны становилось всё более потрясённым.
– Погоди... Ты хочешь сказать... – она смотрела на сына неверящими глазами. – Ты не развёлся? Всё это время? И женился на Лене... незаконно?
– Технически, да, – Дима опустил голову.
– И ты нам врал? – свекровь повысила голос. – Мне, отцу, всем врал шесть лет?
– Мам, я...
– Нет, подожди, – Татьяна Павловна встала. – Ты понимаешь, что натворил? Ты обманул Лену! Нас! Ты нарушил закон! И ради чего? Чтобы не возиться с бумажками?
– Я исправлю всё, – Дима умоляюще посмотрел на жену. – Лен, клянусь, я всё улажу. Завтра же пойду в суд, подам на развод с Кристиной, потом мы заново поженимся...
– Заново? – Лена горько усмехнулась. – А смысл? Я больше не знаю, кто ты.
Татьяна Павловна подошла к Лене, обняла её за плечи.
– Пойдём, девочка. Виктор сейчас приедет. Нам всем нужно остыть.
– Мам, куда вы? – Дима вскочил.
– К нам домой. Лене нужно время подумать. И мне тоже.
– Но...
– Дим, – Лена посмотрела ему в глаза, – ты шесть лет жил во лжи. Дай мне хотя бы шесть дней без неё.
Неделя у свекрови превратилась в две. Лена брала отгулы, помогала Татьяне Павловне с ремонтом на даче, смотрела старые фильмы с Виктором Степановичем. И думала. Постоянно думала.
Дима звонил каждый день. Сначала она не брала трубку, потом начала отвечать короткими сообщениями. Да, жива. Нет, не готова говорить. Да, нужно ещё время.
В пятницу он приехал к родителям. Лена сидела на веранде, когда его машина остановилась у калитки.
– Лен, – он подошёл, но сел на соседний стул, не пытаясь прикоснуться. – Я развёлся с Кристиной. Вот, – протянул бумаги.
Она пробежала глазами документы. Судебное решение, свидетельство о расторжении брака.
– Быстро.
– Заплатил юристам, чтобы ускорили. Без проволочек.
– Как шесть лет назад не сделал.
– Да. Как надо было сделать тогда.
Они замолчали. Где-то на участке Виктор Степанович гремел инструментами.
– Дим, я всё думаю – как можно столько лет врать? Всем? Даже самому себе?
Он провёл рукой по лицу.
– Сначала это казалось мелочью. Потом появилась ты, и я запаниковал. А потом... потом просто не знал, как выпутаться, чтобы не потерять тебя.
– Ты мог доверять мне!
– Знаю. Я всё испортил.
Лена отвернулась, глядя на яблони в саду.
– Мам очень переживает, – сказал Дима после паузы.
– Она не виновата, что её сын... такой.
– Какой, Лен?
– Трус, – она посмотрела ему в глаза. – Ты испугался сложностей и выбрал ложь.
– Ты права, – он опустил голову. – Знаешь, отец сказал то же самое. Только добавил ещё пару эпитетов покрепче.
Лена невольно улыбнулась. Это было так похоже на Виктора Степановича.
– Мне предлагают перевод в Питер, – сказала она внезапно. – На полгода минимум. Хороший проект.
– Ты... уедешь?
– Да. Мне нужно время, Дим. Настоящее время, а не неделя-две.
– Я понимаю, – он кивнул. – А потом?
– Не знаю. Правда не знаю.
Из дома вышла Татьяна Павловна с подносом.
– Чай, – она поставила поднос и критически осмотрела сына. – Похудел. Сам-то ешь нормально?
– Мам...
– Ладно-ладно, ухожу. Вам поговорить надо.
Когда дверь за свекровью закрылась, Лена вздохнула:
– Она не перестанет тебя любить, что бы ты ни натворил. Только переживает сильно.
– А ты? – тихо спросил Дима. – Ты перестала?
Лена долго смотрела на него. Родное лицо. Любимое когда-то безоговорочно. Сейчас – через призму лжи, недоверия, боли.
– Нет, – наконец сказала она. – Не перестала. Но любовь без доверия – это как... дом без фундамента. Красивый, но ненадёжный.
– Я могу всё восстановить? Доверие, фундамент?
– Не знаю, Дим. Честно – не знаю.
Через неделю она уехала в Питер. Дождливый город встретил промозглым ветром и новой работой, которая отнимала почти всё время.
Они созванивались. Сначала раз в неделю, потом чаще. Дима не торопил, не давил. Рассказывал про родителей, про работу, спрашивал о её проекте. Без намёков, без манипуляций.
В ноябре она вернулась на выходные. Зашла в их квартиру – странно пустую, но чистую. Дима ждал в гостиной.
– Я подумала, – сказала Лена, глядя в окно на падающий снег. – Мы можем попробовать. Не жить вместе пока, но... встречаться. Как будто заново.
– Правда? – в его глазах мелькнула надежда.
– С одним условием. Абсолютная честность. Даже в мелочах. Без умолчаний, без отговорок.
– Обещаю.
– И ещё, – она наконец посмотрела на него. – Мы должны пожениться заново. Законно. И я возьму свою фамилию.
– Как скажешь.
– Не "как скажешь", Дим. Или ты согласен, или нет. Своё мнение тоже надо говорить честно.
Он улыбнулся – впервые за долгое время искренне.
– Я согласен, Лен. Честно. На твоих условиях. Я хочу тебя вернуть.
Она кивнула и села рядом. Не слишком близко, но и не на другом конце дивана.
– Ты будешь приезжать в Питер? – спросила она.
– Да. На выходных. И на Новый год, если позволишь.
Лена посмотрела на заснеженный город за окном. Шесть месяцев в Питере. Шесть лет лжи позади. Полгода на то, чтобы понять – можно ли склеить разбитое доверие.
– Приезжай на Новый год, – сказала она. – Посмотрим, что из этого выйдет.
Друзья, ставьте лайки и подписывайтесь на мой канал- вас ждет много новых и интересных рассказов!
Советую почитать: