- Когда ты уже отвяжешься, какие же вы с бабкой дотошные, всюду вам свой нос засунуть надо. Ты вон жил в городе, я к тебе лез? Отчёт спрашивал? А ты прибыл на мою территорию и третируешь меня уже второй месяц, - кричал Захар на сына.
- Так ты купил дом Антонины или нет? – настаивал на своём вопросе Семён, - можно же просто ответить и всё. Так нет же, ты кричать взялся, как резанный. Нечисто тут что-то.
- Я тебя по-хорошему прошу, отстань от меня. Со времён, когда ещё у бабки вынужден был жить, меня воротит от необходимости отчёт держать. Таких вот, как ты, много было в жизни, всем надо нос свой засунуть и свои порядки навести в моей жизни. Не выйдет, у твоей бабки ничего не вышло и у тебя ничего не получится.
- При чём тут бабушка Ольга? Ты с темы не съезжай, дом зачем купил? Что там за мужик?
- Сын товарища моего, а дом захотел и купил, не могу, что ли я жильё прикупить дополнительное? Тебя же не выгнать и метлой отсюда, так может сам позже съеду от вас, надоели вы мне до чёртиков. Один внук путёвый и того именем испохабили.
- Какого товарища? Знаю я его? – допытывал Семён.
- Не знаешь, - буркнул себе под нос Захар, - армейский товарищ. Сюда не приезжал. Я у него бывал.
- Ладно, но всё же странно всё это. А что за тип? Кто он, кем работает?
- Хороший малый, в какой-то путёвой организации трудится, прибыл сюда, чтобы отдохнуть.
- А один чего? Семья есть у него?
- Слушай, ну отвяжись ты от меня, откуда же я знаю? – Захар больше не мог терпеть такого натиска, отправляясь прочь из дома.
- Дед, не уходи, я борщ разогрел, на стол накрыл, давайте ужинать, - позвал Роберт, замечая, как Захар собирался уже скрыться из виду.
- Ты сегодня вместо матери хозяйничаешь? – Семён улыбнулся, посмотрев на сына, - бросила нас твоя мамка, на работу решила устроиться.
- Найдёт Нинка там себе мужика, ты чего жену отправил в такси работать? Не боишься, что уведут? – Захар будто бы обрадовался, что можно было наконец сменить тему разговора.
- А чего? Светка вон работает же, всё хорошо, чего на Нину наговариваешь-то?
- У Светки есть, кому нервы мотать, да кем манипулировать. Они с Лёшкой хоть и скандалятся между собой, но душа в душу живут: он её обгавкает, она его в ответ, так и ладят.
- Так мы также с Ниной ругаемся, как и Лёшка со своей.
- Также, да не так. У Светы интерес имеется к Лёшке, у них словно бы игра. Он от неё деньги прячет, а она выуживает, интриги создаёт, да манипуляции разные. Пока женщина от мужика что-то хочет, на том брак и держится, а у твоей пусто в глазах, огонька, как у Светки нет. Свои разочарования на тебя выливает, а управлять не пытается, плохо это.
- Бать, не городи ерунду, - Семён сел за стол, взял ложку и пододвинул тарелку ближе к себе, - Роберт, у тебя же день рождение в субботу, что хочешь-то?
- Давай, парень, проси, чего хочешь, - поддержал Захар разговор и посмотрел на внука, тоже усаживаясь за стол, чтобы отужинать.
- Мотоцикл, - медленно и спокойно сообщил Роберт.
- Как это? А как же? – у Семёна от неожиданности дар речи пропал, - как станешь на нём кататься?
- Не знаю, не решил ещё, - Роберт пожал плечами и продолжил есть, затем поднял всё же взгляд на удивлённых мужчин, - а вы видели, у того мужика, про которого вы спорили, мотоцикл во дворе? Вася сказала. Может он байкер?
Семён ещё раз глянул на отца, тот же сделал вид, что не слышит, увлекаясь тарелкой с борщом. Когда с ужином было покончено, Семён решил прогуляться, чтобы дома не засиживаться, отправляясь до Ольги Николаевны. Там его вновь усадили за стол, чтобы попить чаю, да поболтать обо всём.
- В субботу бабуль приходи на день рождения Роберта, - для вежливости сделала предложение Семён, прекрасно зная о её вражде с отцом.
- Нет уж, пусть лучше Роберт ко мне прибудет в субботу, может быть днём. Я ему небольшой подарок подготовила. Ничего покупать не стала, денег дам, пусть себе что-нибудь присмотрит сам.
- Бабуль, а знаешь, что я хотел спросить? – Семён не стал заострять внимание на том, что Ольга Николаевна отказывалась появляться в доме Захара, прекрасно понимая, что эти упрямые люди так и не станут общаться никогда, - Роберт сказал, что Василина видела у дома, где их прятали, две могилы. Одна говорит была побольше, другая меньше. Ты же знала всю эту историю про Полину, про ту девицу, с которой батя встречался до появления матери в его жизни?
- Вот недоумок, - Ольга Николаевна ударила ладонью по столу, - зачем он это тебе рассказал? Всегда Захар был безответственным, ещё и тебе вот эту грязь всю выложил?
Ольга Николаевна была явно недовольна тем, что её зять решил открыть тайну своему родному сыну. Она даже встала, прихватив с собой кружку, чтобы хоть немного отойти от этой новости и подлить себе чаю. После вернулась на свой стул, покачала головой, недоумённо приподнимая брови вверх и поправляя одной рукой свои седые пряди, что выбелись из пучка.
- Зачем этот стыд на люди выносить? – продолжала негодовать Ольга Николаевна.
- Отчего же это стыд, бабуль?
- А что это? Скажешь, что так и должно было быть? Спутался с этой Полькой. Голову нужно иметь на плечах, не только одним местом думать.
- Может он и правда любил эту Полину? Может было в ней что-то такое, что его притягивало.
- Может, да не может. Что там может тянуть? Больная она на всю голову была. Говорили, что её отец мать уволок за волосы в лесу и там прибил, а после всем какую-то ересь нёс про лесного духа, который якобы его жену утащил. Он был психически больным, умалишённым человеком. Его нужно было в психушку закрыть, а Полю эту сдать сразу же в интернат для таких же вот детей, чтобы не мешали нормальным людям жить. Глядишь бы и моя дочь была бы счастлива, а может и жива до сих пор.
- Бабуль, если так начинать думать, то много кого можно спрятать в интернаты, да в психушки. Если не определили его никуда, значит не было на то веских причин. Может что другое случилось с женой этого Нестора?
- Не знаю я и знать не хочу, а только людей нормальных важно изолировать от вот таких вот странных иродов, которые могут сотворить страшное.
- Ладно, я не об этом, - Семён решил вернуть бабушку к тому разговору, что был для него важен в этот момент, - ты не знаешь, что там за две могилы могут быть?
- Слушай, да чего ты ко мне с этой Полей пристал? – Ольга Николаевна начинала злиться всё больше, - что за тему выдумал? Эта Полька всю жизнь моей дочери испортила, я ещё переживать за неё должна, что ли? Плевала я на неё с высокой колокольни, понял?
- Бабуль, да чего ты разоряешься? Не пойму я, чего ругаешься? У кого мне спросить? Батя тоже хорош, мне кажется, что он утаивает что-то, а что не знаю я.
- А чего там знать? Нагулял этот паршивец ребёнка на стороне, - ворчливо произнесла Ольга Николаевна, - бессовестный он, нет у твоего отца ни морали, ни ответственности. Как можно было так поступать?
- Как нагулял? – не понял Семён, - он сказал, что в лесу её после встретил, дом ей из жалости поставил. На тот момент он уже знал, что она тронулась умом.
- А вот ты его и спроси, - Ольга Николаевна установила обе руки на стол и повернула голову в сторону внука, - где его стыд? Дома жена нормальная, здоровая была, а он я этой юродивой по кустам бегал. Ещё и ребёнка ей сделал.
- Точно? А почему я этого не слышал? В Зябликово бы кто-нибудь донёс до моих ушей, а ты откуда знаешь, бабуль?
- Ниоткуда я не знаю, - дышала Ольга Николаевна тяжело, было очень по ней видно, что она взволнованна. Какое-то время женщина молчала, а после стала рассказывать, - Лида приходит как-то, вся в слезах, поведала мне, что Захар ей предложил ребёнка его воспитывать. Того самого, которого нажил от Полины. Он тогда только родился, Захар хотел забрать этого ублюдка и домой притащить к жене. Тебе тогда лет пять может было примерно.
- Его? Значит это мальчик? – уцепился за информацию Семён.
- Да, пацан, вроде, так Лида сказала. Она тут у меня плакала, всё пересказывала, что ей муженёк дома говорил. Так и сообщил ей, что любви никакой к ней никогда не испытывал, что живёт с ней из надобности, а эту Полю бросить не может, но и ребёнка с ней оставить был не готов, боялся, что у неё крыша поедет, и она что-то сделать может с ним.
- Ничего себе, вот это страсти, - удивился Семён, - и всё это вы в тайне сохранили? Как же ребёнка утаить можно? Это же не кукла, он же плачет, его лечить нужно или ещё чего. Кто-то бы точно увидел эту Полю в лесу с ребёнком и тревогу забил.
- Лида была всегда тихушницей. Она и тогда мне всё это выложила, а на следующий день сказала, что мужа любит и никуда от него уходить не собирается, а я её умоляла бросить этого оболтуса. Лучше уж совсем без мужика, чем с таким вот хмырём жить, как Захар.
- Подожди, бабуль, правильно ли я понимаю, что ребёнок тот умер вместе с матерью?
- Почём я-то знаю? – Ольга Николаевна отвернулась, не желая договаривать до конца.
- Бабуль, рассказывай, не можешь ты не знать.
- Ой, как же ты мне дорог, чего ворошить старое? Ушёл бы Захар и унёс бы своё постыдное дело в могилу, столько лет никто не знал, а тут на тебе, вытащили грязное бельё.
- Я бы не сказал, что никто не знал. Мне Алексей рассказывал, что были такие сплетни про моего отца и Полину эту.
- То сплетни, никто не доказал, никто не видел, - Ольга Николаевна махнула рукой, - Лида моя отказала Захару, сказала, что нянчить его приплод не станет. А через несколько дней муженёк сообщил, что ребёнок скончался.
- Как это? Сам помер?
- Захар не распространялся, да и Лида у него не допытывала, просто сообщил ей, что нет больше этого ребёнка и всё. На том эта история и завершилась.
- Сама Полина тоже следом умерла, я так подозреваю?
- Этого я уж не знаю. Мне это не нужно знать, - Ольга Николаевна с трудом поднялась и пошла к кухонным шкафам, чтобы уже избавиться от этого разговора.
продолжение:
Начало истории:
Друзья, у меня есть канал в Телеграмме, где я рассказываю о своей жизни, делюсь мыслями, фото и личными видео. Приглашаю и вас к себе в гости:
Я живу в Сибири