Незнакомец осекся, поняв, что видит на пороге совсем не Зинаиду Петровну. Первым опомнился Григорий, подвинулся и пригласил:
— Входите.
Анатолий Васильевич, так представился гость, прошел следом за Григорием и замер, увидев накрытый стол и близких в полном сборе.
— Ой, у вас гости... — смутился она. — Зина, ты же говорила, что свободна сегодня.
Кристина, молодая и непосредственная, первая пришла в себя:
— Бабушка, так вы в театр собирались? А как же ваше больное сердце?
Анатолий Васильевич расхохотался:
— Какое сердце? Мы вчера до часу ночи танцевали! Зина всех перетанцевала! А в прошлое воскресенье на теплоходе катались, потом по набережной прогулялись!
Он достал телефон, начал показывать видео. На экране Зинаида Петровна лихо отплясывала в окружении таких же бодрых пенсионеров.
— В «Ретро» это было! Мы там каждую среду и пятницу встречаемся, — откровенничал Анатолий Васильевич. — Зиночка — звезда танцпола!
Григорий стоял белый как полотно. Его мать пыталась что-то объяснить, но слова застревали в горле.
— Ты... врала... — прошептал он. — Я бросал все, мчался к тебе, а ты...
— Я боялась! — Зинаида Петровна разрыдалась.
Но это были уже настоящие слезы, не театральные.
— С тех пор как отца не стало, ты почти не приезжал! Я думала, забудешь меня совсем!
— Забуду? — голос Григория дрожал от ярости. — Я каждые выходные у тебя торчал! Каждые, мама! Я отменил поездку на серебряную свадьбу с Алисой из-за твоего вранья!
Денис встал из-за стола, подошел к отцу, положил руку на плечо.
— Пап, успокойся.
— Как я могу успокоиться? — Григорий оттолкнул руку сына. — Она изображала умирающую, а сама...
Он ткнул пальцем в экран телефона Анатолия Васильевича, где все еще была видна застывшая картинка с танцующей Зинаидой Петровной.
— Отплясывала!
Анатолий неловко переминался с ноги на ногу.
— Я, наверное, пойду...
— Стойте! — Кристина вскочила. — Расскажите все! Сколько раз в неделю вы встречаетесь с Зинаидой Петровной?
— Да почти каждый день, — растерянно ответил мужчина. — То в парке погуляем, то в шахматы сыграем. По средам и пятницам — танцы в клубе «Ретро». В воскресенье часто на концерты ходим или на теплоходе катаемся, если погода хорошая.
С каждым словом лицо Григория становилось все багровее.
Алиса сидела молча, сложив руки на коленях. Внутри у нее все похолодело, но не от злости, а от понимания, вот оно, подтверждение того, что она была права. Так что она, получается, была единственной, кто не удивился такому вот повороту...
— Мама, — Григорий повернулся к Зинаиде Петровне, и в голосе его звучала такая боль, что даже Алисе стало не по себе. — Зачем? Объясни мне, зачем ты это делала?
Зинаида Петровна всхлипнула, достала платок.
— Ты не понимаешь... Мне было так одиноко. А потом я познакомилась с Анатолием, и жизнь снова заиграла красками. Но я боялась, что если ты узнаешь... Что если увидишь, что я справляюсь сама, то перестанешь приезжать совсем.
— То есть лучше было врать? Манипулировать моим чувством вины?
— Каким чувством вины? — удивилась Зинаида Петровна.
— Я не попрощался с отцом! Был в командировке, когда его не стало!
— Гриша, милый, — мать посмотрела на него с искренним изумлением. — Даже если бы ты был дома, ты бы все равно не успел попрощаться. Он просто не проснулся утром. Ты ни в чем не виноват.
Григорий застыл, потом медленно опустился на стул.
— Но ты говорила...
— Я говорила, что тебя не было рядом. Это правда. Но я никогда не винила тебя за это! Это ты сам себя накрутил!
Алиса не выдержала, встала и пошла к выходу.
— Алис, постой! — Григорий бросился за ней.
— Не трогай меня, — она обернулась, и он увидел в ее глазах такую усталость, что остановился. — Григорий, ты выбирал ее вместо меня. Всегда. Я говорила тебе, что она манипулирует, ты же называл меня бессердечной.
— Я не знал...
— Ты не хотел знать! — Алиса повысила голос. — Тебе было удобнее верить, что твоя мать без тебя не сможет, чем признать, что она тобой манипулирует!
— Мама, папа, давайте все успокоимся, — попытался вмешаться Денис.
— Нет, — Алиса покачала головой. — Я спокойна, удивительно спокойна. Знаете почему? Потому что я устала быть третьей лишней в собственном браке.
Она вышла, за ней хлопнула дверь. Григорий хотел броситься следом, но Денис удержал.
— Дай ей время, пап. Мама права.
В квартире повисло молчание. Анатолий Васильевич тихо прокашлялся.
— Зина, мне действительно пора. Театр...
— Идите, — махнул рукой Григорий. — Идите в свой театр.
Когда за Анатолием Васильевичем закрылась дверь, Зинаида Петровна попыталась взять сына за руку, но он отдернул ладонь.
— Не трогай меня. Просто... не надо.
— Гриша, сыночек...
— Я не могу на тебя смотреть, — он встал. — Пойдемте, Денис, Кристина.
— Вы меня бросаете? — голос Зинаиды Петровны стал жалобным. — Все бросаете?
— Мама, — Григорий обернулся у порога. — У тебя есть Анатолий, клуб «Ретро». Теплоходы. Ты прекрасно справляешься без меня, так что справляйся дальше.
***
Месяц Григорий не общался с матерью, не отвечал на звонки, не открывал дверь. Алиса в это время жила у подруги.
А потом Зинаида Петровна пришла с повинной. Стояла под дождем у подъезда, ждала сына с работы, промокшая, несчастная.
— Прости меня, — сказала она просто. — Я была неправа. Я боялась остаться одной и натворила глупостей.
Григорий смотрел на мать и видел просто испуганную старую женщину. Не монстра, не манипулятора, просто человека, который ошибся.
— Мама, я могу простить тебе ложь. Но я не могу простить себе, что поверил в нее. Что выбрал ее вместо жены.
— Поговори с Алисой. Объясни... — начала Зинаида Петровна.
— Что объяснить? Что я был слепым и доверчивым глупцом? Она это и так знает.
Но он все-таки поехал к Алисе. Жена согласилась выйти поговорить, и они сидели в машине, смотрели на вечерний город.
— Давай попробуем все сначала? — сказал Григорий. — Я понимаю, как сильно виноват. Но мы же столько лет вместе...
— Именно, — кивнула Алиса. — И последние из них я была для тебя пустым местом. Знаешь, что самое обидное? Не то, что ты ездил к матери. А то, что ты мне не верил. Я же чувствовала, что она врет, а ты смотрел на меня как на бессердечную эгоистку.
— Алис...
— Дай мне время, — попросила она. — Мне нужно подумать.
— Ты меня больше не любишь? — спросил Григорий.
— Люблю, — призналась Алиса. — Но любовь и доверие — разные вещи. А без доверия... Гриш, я все время жду подвоха. Что снова что-то случится, и ты снова выберешь не меня.
Алиса словно в воду глядела. Они пытались наладить отношения, даже съездили в отпуск, пусть и с опозданием. Но что-то ушло из отношений, и они чувствовали себя друг рядом с другом как чужие люди. А когда они вернулись, Зинаида Петровна позвонила сразу же и попросила сына приехать, уверяя, что ей действительно стало плохо.
Григорий взглянул на жену виновато, и она поняла, что в итоге ничего не изменилось и не изменится.
— Иди к матери, — сказала она.
А когда муж вышел, Алиса пошла собирать вещи, понимая, что их браку конец. Неважно, что будет дальше, лжет ли Зинаида Петровна, или ей правда стало плохо, но доверие было утрачено.
И его уже не вернешь, потому что некоторые вещи нельзя простить. 🔔
делитесь в комментариях своими историями 👈🏼(нажать на синие буквы)
поддержите канал лайком 👍🏼 или подпиской ✍