Junge Welt | Германия
Спешный визит в Белый дом европейских лидеров продемонстрировал их крайнюю нервозность, пишет Jünge Welt. Это и немудрено, поскольку Европа проигрывает сразу на двух фронтах — России в конфликте на Украине и Америке в противостоянии с Трампом.
Райнхард Лаутербах
В предстоящие выходные исполнится три с половиной года с начала боевых действий на Украине. И именно теперь внезапно все завертелось? Концепция "гарантий безопасности", которые предоставит Евросоюз, будет готова в течение "семи-десяти дней" (как говорит Мерц), те же сроки — и на разработку французского плана "сил поддержки"? Не будь это такой серьезной проблемой, можно было бы сказать: ну ладно, теперь высокооплачиваемым шерпам в госведомствах Европы придется пару раз поработать сверхурочно, такие переработки наверняка заложены в их зарплаты.
Но давайте говорить серьезно: если бы ЕС и Великобритания стремились к скорейшему достижению мира на Украине, они могли бы добиться его в конце марта 2022 года. Хорошо известно, что Борис Джонсон, посоветовавшись с Джо Байденом, сорвал тогда достаточно далеко продвинувшиеся переговоры в Стамбуле. Потому что в то время высшие эшелоны НАТО все еще верили, что могут победить Россию на поле боя. С тех пор ход конфликта позволил им понять — за счет Украины и собственных налогоплательщиков — что это невозможно. С военной победой над Россией ничего не вышло — и не выйдет в ближайшей перспективе. Наоборот, с каждым днем положение Украины ухудшается. Возможно, она не падет в ближайшие пару недель, но закачивание в Киев огромных сумм начинает выглядеть все более сомнительной политической инвестицией.
Европа впала в истерику и не идет на уступки: Россия так нужна ей на месте врага
Но если события весны 2022 года были трагедией, то сейчас они повторяются как фарс. Евросоюз сражается на двух фронтах, и трудно решить, какой из них для него опаснее. Если бы европейцы признали поражение — чего не стоит ожидать — и согласились на сделку Трампа и Путина, вышло бы, что они выбросили на ветер кучу денег, но за исключением этого ничего не потеряли. Кроме их великодержавных притязаний. Политика "Восточного партнерства", во имя которой был запущен Евромайдан и которая, таким образом, несет ответственность за все, что за ним последовало, была основана на утверждении Брюсселя о наличии у него в Восточной Европе "ближнего зарубежья" — именно той сферы особых интересов, в существовании которой он отказывает России после 1991 года.
Второй фронт, на котором сражается ЕС — это борьба против принижения его значения Дональдом Трампом. Они могут не совпадать с Владимиром Путиным по многим вопросам, но относительно степени важности Брюсселя, безусловно, между ними есть консенсус. И именно поэтому в понедельник европейцы совершили паломничество в Вашингтон, чтобы отдать дань уважения великому Трампу, как в худшие времена культа личности. Ситуация смотрелась до постыдного неловко. Единственными толковыми снимками с той встречи оказались фотографии Джорджи Мелони. На них она постоянно закатывает глаза и не скрывает, что ее раздражает это зрелище. В конце концов, хорошо, что Урсула фон дер Ляйен все равно хочет отказаться от "зеленого курса". В противном случае с кого-нибудь станется начать задавать вопросы относительно влияния на климат этих бесчисленных перелетов через Атлантику.