Глава 15.
Приказ Османа-бея упал на Бурсу, как стальная сеть. Мирный, процветающий город в одночасье превратился в огромную ловушку, в растревоженный муравейник.
Тяжелые городские ворота были заперты и взяты под усиленную охрану. Впервые с момента завоевания был введен комендантский час. С наступлением темноты улицы пустели, и лишь мерный шаг патрулей Тургут-бея нарушал гнетущую тишину.
Воины, еще вчера улыбавшиеся горожанам, теперь были суровы и подозрительны. Они обыскивали каждую повозку, входили в каждый дом, заглядывали в каждый подвал.
Город затаил дыхание. Хрупкое доверие между тюрками и греками, с таким трудом выстроенное Османом, начало давать трещину. Греки, видя вооруженных воинов на своих порогах, вспоминали старые страхи.
Тюрки, оскорбленные тем, что враг смог подобраться так близко к их бею, с подозрением смотрели на своих соседей-греков, видя в каждом из них потенциального пособника.
Воздух был пропитан страхом и недоверием. Великий дука Алексей в далеком Константинополе, даже не зная об этом, уже начал выигрывать. Он заставил Османа самого запереть свой город и посеять в нем семена раздора.
***
А тот, на кого была объявлена эта грандиозная охота, был в самом безопасном и самом страшном месте. Глубоко под землей. В лабиринте древних византийских катакомб, о существовании которых большинство жителей города даже не подозревало. Тень нашел убежище в заброшенном склепе, среди истлевших костей и забытых святынь.
Он был ранен. Стрела, выпущенная лучником Аксунгара, глубоко вошла в плечо, и хотя он сумел ее извлечь, рана воспалилась и горела огнем. Боль, непривычная и унизительная, смешивалась с холодной, всепоглощающей яростью.
Впервые за свою долгую карьеру он потерпел неудачу. Впервые его жертва осталась жива. И виной тому была не охрана, не доблесть воина, а нелепая, абсурдная случайность. Птица.
Эта мысль сводила его с ума. Его профессиональное хладнокровие, его отстраненность, с которой он вершил свою работу, испарились. Теперь это стало личным. Он больше не был просто исполнителем. Он стал мстителем.
Он знал, что город заперт. Он знал, что на него охотятся. Но он не собирался бежать. Раненый зверь не уходит из леса. Он затаивается, чтобы нанести последний, смертельный удар. Ему нужно было лишь одно: переждать, пока ослабнет хватка, пока люди устанут бояться. И ему нужны были лекарства.
***
Во дворце Османа царила атмосфера военной ставки. Дни шли, а охота не приносила результатов. Тень словно растворился в воздухе.
– Мы перевернули каждый камень, мой Бей! – докладывал Тургут на совете. Его лицо было измученным. – Мы проверили сотни домов, допросили десятки подозрительных. Он исчез.
– Призраки не исчезают, они просто становятся невидимыми, – тихо сказал Аксунгар. – Мы ищем его силой, а он действует хитростью. Наши грубые методы его не найдут.
– Так что ты предлагаешь? Ждать, пока он нанесет новый удар?! – взорвался Бамсы-бей.
В этот момент в зал совета, куда женщинам вход был обычно заказан, твердым шагом вошла Малхун-хатун. Все замолчали, удивленно глядя на нее.
– Вы ищете его мечами, а нужно искать умом, – сказала она, не обращая внимания на удивленные взгляды. Она подошла прямо к столу, за которым сидел Осман.
– Этот человек, кем бы он ни был, – профессионал. Он не будет прятаться там, где его ищут – в гостиницах, на постоялых дворах. Но он ранен. Ты сам сказал, Аксунгар, что твои лучники его задели. Раненому зверю нужны лекарства. Ему нужны чистые бинты, травы, снимающие жар, мази для ран. Он не может пойти к обычному лекарю, его тут же схватят.
– Что ты хочешь сказать, госпожа? – спросил Тургут.
– В каждом городе есть свои тени. Свои подпольные лекари, знахари, к которым ходят воры, разбойники и беглые рабы. Люди, которые лечат и молчат. Мы должны найти не его. Мы должны найти того, кто его лечит.
Идея была гениальной в своей простоте.
– Но как заставить его обратиться к ним? Он будет осторожен, – заметил Аксунгар.
– Мы заставим его торопиться, – ответила Малхун. – Объяви в городе, мой Бей, что ты, устав от тревог, отправляешься на три дня в горячие источники у подножия Улудага. Чтобы отдохнуть и восстановить силы. Пусть все поверят, что ты ослабил бдительность. Раненый зверь, услышав, что его жертва сама выходит из укрытия, захочет как можно скорее залечить свои раны, чтобы не упустить шанс. Он станет неосторожным. Он пошлет за лекарством.
План Малхун был принят. Слух об отъезде Османа разнесся по городу. А люди Аксунгара, сменив тактику, начали свою тихую охоту. Они больше не вламывались в дома. Они растворились в городе, превратившись в нищих, пьяниц, торговцев. Они следили за каждой знахарской лавкой, за каждым домом, где, по слухам, жили подпольные лекари.
Прошло два дня. И ловушка сработала.
Один из лучших агентов Аксунгара, переодетый в оборванного дервиша, сидел у лавки старого, почти слепого греческого травника на самой окраине города. Это место пользовалось дурной славой, и сюда редко заглядывала стража.
В лавку вошел худой, испуганный мальчишка, из тех, что жили на улице и были готовы на все за пару медных монет. Он протянул старику список, написанный на клочке пергамента. Старик, водя по строчкам почти незрячими глазами, начал собирать травы.
– Странный набор, – прошамкал он. – Мак, чтобы унять сильную боль. Корень алтея, чтобы снять жар от воспаленной раны. И особый горный мох, чтобы остановить кровь. Такие травы нужны воину после тяжелой битвы, а не торговцу. Для кого ты берешь, мальчик?
Мальчишка, услышав этот вопрос, побледнел. Он выхватил у старика сверток, бросил на прилавок монеты и выбежал из лавки.
Агент Аксунгара, не торопясь, поднялся и пошел за ним. Он не пытался его догнать. Он просто держал его в поле зрения, как охотник, идущий по следу. Мальчишка петлял по узким, грязным улочкам портового квартала, постоянно оглядываясь.
Наконец, убедившись, что за ним никто не следит, он подбежал к старой, полуразрушенной церкви на самом краю города. Он еще раз огляделся и юркнул в узкий, темный проем, ведущий в склеп под церковью.
Агент, укрывшись за углом, подал условный знак. Из соседних переулков тут же бесшумно появились еще несколько теней. Он не знал наверняка, но его сердце охотника бешено колотилось. Кажется, они нашли. Они нашли логово призрака.
Благодаря острому уму Малхун-хатун и мастерству Аксунгара, наши герои, кажется, вышли на след самого опасного убийцы Империи! Но не является ли это новой, еще более хитроумной ловушкой? Что ждет их в темных катакомбах под старой церковью? Решающая схватка или смертельная западня?