Представте: тихий сад при клинике, поздний день. Осень уже слегка касается листвы - в воздухе влажная прохлада, и всё вокруг будто приглушено. На старой, покосившейся скамейке сидят двое: он - в своём неизменном пальто, она - тонкая, с растрёпанными волосами, словно только что вернулась из долгой прогулки внутри самой себя. Людвиг слушает её дыхание - неровное, чуть учащённое. И вдруг она, глядя прямо в его лицо, почти без разгона говорит: - Я люблю вас. Слова падают как камешки в воду - без подготовительных жестов, без смущённого взгляда в сторону. У Лендорфа внутри что-то вздрагивает. И прежде чем он успевает ответить, Изабелла продолжает, с тем же ровным, но уже чуть напряжённым голосом: - И ненавижу вас. В этих словах нет противоречия - по крайней мере, для неё. Она живёт в мире, где чувства не нужно «согласовывать» между собой. Любовь и ненависть у неё - две грани одной близости, двух состояний, которые рождаются от того, что человек стал слишком важен. Людвиг молчит, потому