Светлана решила отнять ребенка у бывшей жены Максима. С ними пасынок будет жить, а не с матерью. Ради этого она подкупала его дорогими подарками, фальшивой заботой и обещаниями, которые выполнять не собиралась.
— Кирилл, ты же понимаешь, что папа о тебе заботится больше всех на свете? — говорила она, вручая мальчику новые кроссовки.
Стоили они дороже, чем та обувь, что она сама себе покупала.
— А мама твоя... Она же работает на двух работах, устает. Может, не всегда замечает, что тебе нужно.
Кирилл кивал. В подростковом возрасте хочется быть понятым, к тому же после развода родителей мальчик особенно остро чувствовал нехватку отцовского внимания, а мама была нервная и занята работой.
А тут такая молодая, красивая тетя Света понимает его лучше всех, жалеет, уделяет время...
— У папы хорошие доходы, — продолжала Светлана, наблюдая, как парень любуется кроссовками. — Мы можем тебе комнату обустроить, как ты захочешь. Приставку купим, компьютер нормальный, все, что твоей душе угодно.
В глазах подростка зажигались искорки, а в глазах Светланы был расчет, холодный и точный, как калькулятор.
Максим в это время готовил ужин на кухне и напевал что-то веселое. Хорошее настроение у него было постоянно последние месяцы. А чего грустить? У него жена молодая, красивая, заботливая, к сыну относится лучше, чем родная мать. Разве не чудо?
— Папа, а правда, что мы с тобой скоро будем жить вместе? — спросил Кирилл, заглядывая на кухню.
Максим обернулся, улыбнулся:
— А ты хочешь?
— Очень, — честно ответил сын. — Мне тут хорошо. А дома...
Он помолчал, подбирая слова.
— Дома все время какие-то проблемы. То денег нет, то мама устала с работы.
А Светлана мысленно потирала руки. Разговор с Галиной, первой женой Максима, предстоял непростой, она к нему готовилась тщательно. Уже несколько недель она собирала компромат на бывшую жену мужа и обрабатывала пасынка.
Звонок Максима застал Галину на работе, и она не сразу поняла, о чем идет речь.
— Галя, нам надо серьезно поговорить, — голос бывшего мужа звучал официально. — О Кирилле.
— Что случилось? — в животе у Галины словно холодный комок образовался. — Он заболел?
— Нет, он здоров. Дело в другом. Светлана обратила внимание, что мальчик... Как бы это сказать... не очень ухожен.
— То есть?
— Рубашка мятая была, когда он к нам приехал. Следить же за внешним видом нужно... И вообще, Галя, может, тебе стоит больше внимания уделять сыну? Следить, чтобы одежда была в порядке, чтобы он нормально питался.
Галина молча слушала и чувствовала, как внутри поднимается знакомое чувство несправедливости. Вот так всегда, она одна тянет ребенка, работает на двух работах, чтобы было на что жить, пока муж отделывается копеечными алиментами, так еще и выговаривает ей.
Будто она нянька Кириллу, а не родная мать.
— Максим, я делаю все, что я могу, — сдержанно ответила она. — Если у тебя есть претензии к тому, как я воспитываю сына, давай встретимся и обсудим спокойно.
— А что тут обсуждать? — голос стал жестче. — Мальчику нужно внимание, забота. У нас есть возможности, у нас есть время. Может, ему лучше будет жить с нами?
Галина почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Ты серьезно?
— Вполне. Подумай об этом. И еще... Галя, мне нужны отчеты о том, на что тратятся алименты. Я имею право знать, куда идут мои деньги.
Трубку положили, а Галина еще долго сидела, держа в руке молчащий телефон. Отчеты об алиментах! Да она каждую копейку считает, каждую трату на сына тщательно планирует. А они там, в своей сытой жизни, требуют отчетности.
Вечером дома она пыталась поговорить с Кириллом. Осторожно, не желая давить.
— Сын, как прошел день у папы? — спросила она осторожно.
— Отлично, — у Кирилла даже глаза засветились. — Мам, а ты знаешь, у них такая красивая квартира! И Света говорит, что мне можно свою комнату обустроить, как я только захочу... Мам, а правда, что ты папе должна рассказывать, куда деньги тратишь?
Галина поперхнулась чаем.
— Кто тебе это сказал?
— Света. Она говорит, что это нормально, что папа имеет право знать, куда ты его денежки тратишь. И вообще, может, мне лучше к ним переехать? Они не жадные, понимают, что подростку нужно. Света пообещала, что приставку мне купят, компьютер, даже айфон последней модели... Даже машину, когда мне восемнадцать будет!
Слова сына резанули Галину ножом. Жадная она, значит, не понимает, что ему на самом деле нужно. А ведь она из кожи вон лезет, чтобы ему было хорошо.
— Кирилл, я стараюсь дать тебе все, что я могу, — попыталась объяснить она. — Понимаю, что тебе хочется больше, но у нас возможности ограничены.
— А у папы возможности лучше, — возразил сын. — И там меня не считают обузой.
— Никто тебя обузой не считает, — мягко сказала Галина. — Просто я одна тебя воспитываю, работаю. Это не всегда легко.
— Любила б больше, то подарками б меня завалила просто... — буркнул сын и ушел к себе в комнату.
А Галина осталась сидеть на кухне и думать. Что происходит? Почему сын вдруг стал таким? Раньше они отлично ладили. А теперь он смотрит на родную мать как на жадную тетку, которая мучает ребенка.
***
Через несколько дней Максим написал Галине. Он потребовал встретиться, чтобы поговорить про содержание Кирилла. Тон был официальный, почти канцелярский. Как будто она не мать его сына, а нерадивый подчиненный.
На встрече в кафе возле ее работы Максим был подчеркнуто вежлив и холоден. Рядом с ним сидела Светлана, молодая, ухоженная, с участливым выражением лица.
— Галя, мы переживаем за Кирилла, — начала она мягким голосом. — Видишь ли, подростковый возраст такой сложный. Мальчику нужна стабильность.
— У него есть стабильность, а еще любящая мать и родной дом, — ответила Галина.
— Но есть и проблемы, — вмешался Максим. — Ты работаешь слишком много, устаешь, сын предоставлен сам себе. А мы окружим его внимание, заботой.
— И у нас больше денег, — добавила Светлана. — Максим хорошо зарабатывает, Кириллу светит достойное будущее. Хорошее образование, развитие.
Галина глядела на эту парочку и злилась все сильнее. Сидят тут такие правильные, обеспеченные и выставляют ее плохой матерью.
— А что говорит сам Кирилл? — спросила она.
— Он хочет жить с нами, — твердо ответил Максим. — Мы его не принуждаем, он сам так решил.
Сердце Галины болезненно застучало. Неужели это правда? Неужели сын действительно предпочитает их?
— Мы не хотим лишать тебя сына, — продолжала Светлана. — Просто считаем, что ему будет лучше в стабильном, полноценном доме. Ты сможешь его навещать, конечно.
Навещать собственного сына... Как будто она не мать, а дальняя родственница.
— Я подумаю, — сказала Галина и встала из-за столика.
А дома, оставшись одна, Кирилл был у друга, она за долгое время позволила себе расплакаться. Что она делает не так? Почему сын стал от нее отдаляться? Неужели она правда плохая мать, раз подросток выбирает отца и чужую женщину?
Она вспомнила слова сына о том, что наобещала ему Светлана. Приставка, модный смартфон, даже машина... Что-то тут не так. Слишком много обещаний, слишком дорогих подарков. Кто ж чужому ребенку столько всего сулит... Почему Светлана так старается? И тут ей в голову пришла страшная мысль.
А если это не забота о пасынке, а что-то другое? Если Светлана преследует свои цели? На следующей неделе она решила проверить свои подозрения. 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 🔔