Анна перестала отдавать все деньги мужу в один обычный четверг, когда поняла кое-что интересное.
Она стояла у кассы детского магазина и смотрела, как Владимир покупает дорогую игрушку малышу лет пяти. Рядом с ним была женщина моложе Анны лет на пятнадцать. Это была кондукторша Тамара из автопарка, где работал Владимир.
— Возьми вот эту машинку, сынок, — говорил Владимир мальчишке, и голос у него был такой нежный, какого Анна не слышала уже лет десять. — Сколько она там стоит? Три пятьсот? Нормально.
Она стояла за стеллажом с канцтоварами и не могла пошевелиться. Владимир так легко отдал три с половиной тысячи за игрушку! А дома вчера их сын Максим, студент, просил денег на новые кроссовки, и муж ответил, чтоб тот подождал до зарплаты.
— Мам, ты чего такая бледная? — спросил Максим, когда Анна пришла домой. — Заболела?
— Нет, сынок, просто устала.
Но это была неправда. Анна не болела и не уставала, она просто поняла, что живет неправильно.
В тот вечер она, как и обычно, отдала мужу всю зарплату — сорок пять тысяч, полученные на трех работах. Владимир взял деньги, не считая, сунул в карман.
— Завтра у Димки день рождения, — сказал он. — Надо подарок купить.
— Какого Димки? — не поняла Анна. — Кто такой?
— Коллега один, — буркнул Владимир и ушел смотреть телевизор.
Анна помыла посуду и пошла спать. Лежала в темноте и думала. Никакого Димки среди водителей не было, она знала всех. Зато был пятилетний сын Тамары, которого та родила от бывшего мужа прямо перед тем, как тот сбежал. И звали его именно Димой.
***
На следующий день Анна решила прогуляться и направилась к автопарку. Она села на скамейку поблизости и разглядывала голубей. Владимир вышел в половине седьмого, но не один, а под ручку с Тамарой. Анна сидела на скамейке за пышным кустом, так что голубки ее не заметили и остановились рядом поболтать.
— Слушай, может, в кафе зайдем? — предложил Владимир Тамаре. — У меня сегодня деньги есть.
— А жена не будет ждать?
— Да она привыкла, всегда поздно прихожу.
Они пошли в кафе через дорогу. Анна сидела на скамейке еще полчаса, смотрела в освещенные окна и чувствовала, как что-то ломается внутри. Не сердце, оно болело уже давно. Ломалась привычная покорность.
Дома Владимир появился в десятом часу.
— Задержался на работе, — сказал он, даже не глядя на Анну. — Ужинать давай.
— Разогрею, — ответила она.
— А ты чего не ешь?
— Не хочется.
Через неделю соседка Галина Петровна случайно проговорилась:
— А ваш-то, Аннушка, подруженьку себе нашел. Видела их вчера у метро, с ребенком гуляли. Семейная идиллия.
Анна сжала зубы.
— Вы ошиблись, Галина Петровна. Это не мой муж.
— Да что ты, милая, я же его двадцать лет знаю. Это точно Владимир Иванович.
Вечером Анна позвонила Максиму.
— Сынок, скажи честно. Ты знаешь про папину... подругу?
Максим помолчал, потом вздохнул:
— Знаю, мам. Давно уже. Все знают.
— Почему ты мне не сказал?
— А зачем? Ты же и так не очень счастливая. Зачем еще больше расстраивать?
После разговора с сыном Анна долго сидела на кухне и пила чай. Значит, все знали, что у нее растут рога. Все, кроме нее. Владимир не особо скрывался, сын в курсе, соседи видели. А она, глупая, работала на трех работах и отдавала все деньги мужу, который содержал на них другую женщину с ребенком.
— Ты чего такая мрачная? — спросил Владимир, заходя на кухню. — Опять на работе что-то?
— На работе все нормально, — ответила Анна. — А вот дома странно как-то стало.
— В каком смысле?
— В том смысле, что денег все время не хватает. Хотя я работаю в три смены.
Владимир нахмурился.
— Ты на что намекаешь?
— Ни на что не намекаю. Просто думаю.
— О чем думаешь?
— О том, что надо что-то менять.
В следующем месяце Анна не отдала мужу не всю зарплату, оставила себе пятнадцать тысяч.
— Вот твоя часть, — сказала она, протягивая Владимиру тридцать тысяч.
— Как это моя часть? А где остальные деньги?
— Остальные — мои.
— В смысле? Ты всегда мне все отдавала.
— Отдавала, — согласилась Анна. — Но теперь буду распоряжаться деньгами сама.
Владимир посмотрел на нее так, словно увидел впервые.
— Ты что? Я же нас кормлю!
— И не только нас, другую семью тоже.
Владимир покраснел, потом побледнел.
— О чем ты говоришь?
— О Тамаре и ее сыне Диме. О том, что ты покупаешь им подарки на мои деньги. О том, что все об этом знают, кроме меня.
— Кто тебе наговорил?
— Никто не наговаривал. Я сама видела.
Владимир замялся, потом сел на диван.
— Слушай, Аня, это не то, что ты думаешь.
— А что это?
— Ну, в общем, Тамара же одна с ребенком. Мне ее жалко. А тебе нет, что ли? Бессердечная...
— Жалко на все мои деньги?
— Да при чем тут твои деньги? Я же тоже работаю!
***
Анна поднялась и пошла на кухню. Владимир остался сидеть на диване с деньгами в руках. Он явно не понимал, что происходит.
Две недели муж пытался все вернуть, то ругался, то упрашивал, то обещал больше не видеться с Тамарой, то говорил, что Анна все выдумала.
— Ты меня не понимаешь, — жаловался он. — У меня сложный период, кризис среднего возраста.
— Понимаю, — отвечала Анна. — У меня тоже кризис. Только я его решу по-другому.
И она уже знала, как именно это сделает... С 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 🔔