Найти в Дзене

Маленькая история из театра абсурда, или «А что, так можно было?», 1933 год

Никоим образом не утверждаю, что данная история была характерна для СССР 30-х годов. И тем не менее эта история случилась. Причем без букета цветов. Менжинскому, Ягода, Прокофьеву, Агранову 17 мая с.г. при проверке Читинской РТК вместо вызванной числящейся в списках заключенных Тарасовой Елены Селиверстовны явился Тарасов Иван Емельянович. На замечание, что вызвана была Тарасова Елена Селиверстовна, Тарасов ответил, что Елена Селиверстовна является его женой и что он сидит за нее. Расследованием было установлено, что в декабре 1932 т. за сокрытие хлеба нарсудом Колышлейского района (НВК) была осуждена и заключена под стражу гражданка д. Лощиновки Колышлейского района Тарасова Елена Селиверстовна. Тарасов Иван Емельянович - муж ее, рабочий текстильной фабрики им. Розы Люксембург (в 1931 г. демобилизован из рядов РККА), получив письмо от жены о предании ее суду, поехал на родину. Жену дома не застал, т.к. она находилась под стражей в Колышлейском РУМе. На свидании Тарасова просила м
Оглавление

Никоим образом не утверждаю, что данная история была характерна для СССР 30-х годов. И тем не менее эта история случилась. Причем без букета цветов.

Спецсообщение СПО ОГПУ о семье Тарасовых из д. Лощиновка Колышлейского района НВК

4 августа 1933 г.

Менжинскому, Ягода, Прокофьеву, Агранову

17 мая с.г. при проверке Читинской РТК вместо вызванной числящейся в списках заключенных Тарасовой Елены Селиверстовны явился Тарасов Иван Емельянович. На замечание, что вызвана была Тарасова Елена Селиверстовна, Тарасов ответил, что Елена Селиверстовна является его женой и что он сидит за нее.
Расследованием было установлено, что в декабре 1932 т. за сокрытие хлеба нарсудом Колышлейского района (НВК) была осуждена и заключена под стражу гражданка д. Лощиновки Колышлейского района Тарасова Елена Селиверстовна. Тарасов Иван Емельянович - муж ее, рабочий текстильной фабрики им. Розы Люксембург (в 1931 г. демобилизован из рядов РККА), получив письмо от жены о предании ее суду, поехал на родину.
Жену дома не застал, т.к. она находилась под стражей в Колышлейском РУМе. На свидании Тарасова просила мужа заменить ее на время содержания под стражей, так как находящийся у нее на руках трехмесячный ребенок заболел. Тарасов с предложением жены согласился, обратился к начальнику РУМа, последний направил его в прокуратуру.
-2
Прокурор Колышлейского района Ковалев заключение под стражу Тарасова Ивана Емельяновича вместо его жены санкционировал и вынес постановление об отмене приговора суда в отношении Тарасовой Елены Селиверстовны. «Тарасова И.Е. заключить под стражу для отбывания МСЗ по приговору суда от 17 декабря 1932 г., женщину Тарасову Елену Селиверстовну из-под стражи освободить».
Приводим отдельные выдержки из показаний Тарасова:
«Работая на фабрике, я пришел домой и узнал, что жена осуждена на 10 лет за несдачу и сокрытие хлеба. На свидании моя жена с трехмесячным ребенком на руках меня просила временно заменить ее в содержании под стражей, так как ребенок заболел. Начальник РУМа в моей просьбе отказал и предложил обратиться к прокурору, последний разрешил заменить жену.
Через три дня я с партией был направлен в г. Балашов на работу. На заявление, что я нахожусь под стражей временно, начальник ответил: «Ничего, пойдешь». Поработав в Балашове 13 суток, я был направлен в г. Саратов на Мостстрой, где я работал два месяца, а потом был взят в партию и направлен в концлагерь на ст[анцию] Ерофей Павлович Забайкальской жел[езной] дороги, затем, под конвоем доставлен на ст[анцию] Черновская на рудники.
На рудниках я был принят под стражу, хотя пом[ощнику] нач[альника] колонии я говорил, что меня нужно направить на место родины, но он не обратил на это никакого внимания. Я находился там две недели больным, затем, как больного, направили в Читинскую РТК».
Тарасов Иван Емельянович из-под стражи освобожден 17 мая.
Нач. 6 отд. СПО ОГПУ Коркин

ЦА ФСБ РФ. Ф. 2. Оп. 11. Д. 59. Л. 232—232 об. Подлинник.

Опубликовано: «Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД. Документы и материалы». Том 3, книга 2. 1932-1934. с.442-443.
Опубликовано: «Советская деревня глазами ВЧК-ОГПУ-НКВД. Документы и материалы». Том 3, книга 2. 1932-1934. с.442-443.

Проверка, судя по всему, должна была пересмотреть наказания, назначенные по «закону о трех колосках». Интересно, если бы не она, сколько бы еще просидел тов. Тарасов?

Благодарю за внимание! 👍 порадует автора:)

Еще одна небольшая история про однофамильца нашего героя: