Людмила стояла у окна и смотрела на двор. Серый февраль. Слякоть. И эта женщина идёт к дому.
Высокая. Красивая. В элегантном пальто.
— Господи, только не это — прошептала Людмила.
А женщина уже поднималась по ступенькам. Каблуки стучали... так уверенно. Людмила знала этот звук. Звук чужого успеха.
Звонок. Резкий. Настойчивый.
— Людмила Петровна? Я Анна. По объявлению.
Голос... мягкий. Но что-то в нём было. Что-то такое.
Людмила открыла дверь и поняла — ошибка. Огромная ошибка. Перед ней стояла не домработница. Стояла... как это сказать... соперница? Хотя соперница в чём? Но почему-то ей пришла именно эта мысль...
— Проходите — сказала Людмила. И подумала: «Дура, зачем пустила».
Анна прошла в прихожую. Оглядела квартиру. Кивнула одобрительно.
— Хорошая квартира. Уютная.
— Спасибо — Людмила нервно поправила волосы. — Проходите на кухню. Чай?
— С удовольствием.
Они сидели за столом. Анна пила чай маленькими глотками. Людмила не могла оторвать взгляда от её рук. Ухоженные. Маникюр... дорогой, наверное.
— Я могу начать хоть завтра — сказала Анна. — У меня опыт. Рекомендации есть.
— А почему... — Людмила запнулась. — Почему домработницей?
Анна улыбнулась. И в этой улыбке было что-то... грустное?
— Жизнь, знаете ли. Поворачивается разными сторонами.
Людмила кивнула. Конечно. У всех свои проблемы. У неё тоже были проблемы. Муж работал всё больше. Дома бывал редко. А когда бывал... молчал. Ел и молчал.
— Хорошо — сказала Людмила. — Приходите завтра. В десять.
Анна ушла. И в квартире стало как-то... пусто. Хотя ничего не изменилось. Та же мебель. Те же стены. Но что-то...
Вечером пришёл муж. Павел. Усталый. Голодный.
— Ужин готов? — спросил он, даже не поздоровавшись.
— Готов. — Людмила поставила тарелку. — Я домработницу нашла.
Павел поднял голову:
— Да? Наконец-то... И какая она?
— Обычная. — Людмила отвернулась. Почему солгала? Анна была совсем не обычная.
Утром пришла Анна. В джинсах и простой кофте. Но даже так она выглядела... особенно.
— С чего начнём? — спросила она.
— С уборки, наверное.
Анна кивнула и принялась за работу. Людмила наблюдала украдкой. Движения точные. Уверенные. Она не просто убирала — она преображала пространство.
— У вас красивый дом — сказала Анна, протирая зеркало в гостиной.
— Спасибо.
— Но грустный.
Людмила вздрогнула.
— Что?
— Дом грустный. Будто... будто в нём никто не живёт. По-настоящему не живёт.
Людмила хотела возразить. Но слова застряли в горле. Потому что Анна была права. Дом действительно был грустным. И жизнь в нём была грустной.
— А вы... вы замужем? — спросила Людмила.
— Была. — Анна помолчала. — Развелась. Муж сказал, что я слишком... сложная.
— Сложная?
— Много хочу. Много чувствую. Много думаю. Мужчинам это не нравится.
Людмила смотрела на Анну и думала: «А мне муж никогда не говорил, что я сложная. Наверное, потому что я простая. Слишком простая».
Дни шли. Анна приходила каждое утро. И дом менялся. Не только становился чище — он оживал. Цветы расцветали пышнее. Окна сверкали ярче. Даже воздух был другим.
А ещё менялся Павел. Людмила заметила это через неделю. Муж стал приходить домой раньше. Стал задавать вопросы:
— А домработница сегодня была?
— Была.
— А что она делала?
— Убиралась. Готовила.
Павел кивал. И в глазах у него было что-то новое. Интерес? Любопытство?
Однажды Людмила вернулась из магазина раньше обычного. И услышала голоса в гостиной. Павел и Анна разговаривали.
— ...никогда не думал об этом — говорил муж.
— А зря. Жизнь коротка. Надо успеть почувствовать... всё.
Людмила замерла у двери. В голосе Анны была такая... страсть. К жизни. К чувствам. К тому, чего у Людмилы никогда не было.
Она тихо прошла на кухню. Села за стол. И поняла...
Поняла, что происходит что-то страшное. Что-то, чего она уже не сможет остановить.
Что Анна пришла в её дом не просто убираться.
И что муж... муж смотрит на Анну совсем не так, как на домработницу.
А впереди ещё столько дней. Столько встреч. Столько разговоров...
Людмила закрыла глаза и подумала: «Что же я наделала? Что же я наделала?»
А в гостиной всё продолжался разговор. Тихий. Доверительный. Опасный.
И Людмила впервые за много лет почувствовала...
Страх.
Прошёл месяц
Анна стала частью их дома. Частью их жизни.
Павел теперь звонил днём:
— Я сегодня пораньше приду. Анна будет?
— Будет — отвечала Людмила. И слышала в трубке... радость?
Они разговаривали теперь каждый день. О книгах. О фильмах. О том, чего Людмила никогда не понимала. Анна рассказывала о выставках, которые видела. О спектаклях. О поездках.
А Людмила слушала. И понимала — она живёт не той жизнью. Не в том мире.
— А вы не хотите поехать в театр? — спросила однажды Анна.
— Я... я не очень... — Людмила запнулась.
— Понимаю. — В голосе Анны не было насмешки. Только грусть. — Жаль.
И Людмила почувствовала себя... неполноценной.
Вечером за ужином Павел сказал:
— Анна интересная женщина.
— Да.
— Образованная. Много читает.
— Да.
— А ты... ты, когда последний раз книгу читала?
Людмила подняла глаза. В них стояли слёзы:
— Не помню.
Павел кивнул. И больше не спрашивал.
А Анна продолжала приходить. И дом становился всё красивее. А жизнь Людмилы — всё печальнее.
Людмила стала замечать детали. Как муж поправляет галстук перед приходом Анны. Как надевает лучшую рубашку. Как бреется дважды в день. Как смеётся её шуткам.
А когда Анны не было — молчал. Ел молча. Смотрел телевизор молча.
— Может, нам Анну уволить? — решилась однажды Людмила.
Павел резко поднял голову.
— Зачем? Она же хорошо работает.
— Просто... я думаю...
— Не думай. — Голос стал жёстким. — У нас наконец-то порядок в доме.
Людмила поняла: поздно. Слишком поздно.
А потом был тот день.
Людмила поехала к врачу. Записалась на три часа, но врач заболел. Приём отменили.
Она вернулась домой в час дня. Тихо открыла дверь.
И услышала смех. Анны. И Павла.
Они были на кухне. Очень близко друг к другу. Анна что-то показывала в журнале. Павел смотрел. Не на журнал — на неё.
— ...а здесь мы жили три месяца — говорила Анна. — Потрясающее место. Ты бы...
Людмила замерла. "Ты"? Когда они перешли на "ты"?
А потом увидела.
Рука Павла лежала на плече Анны. И Анна не убирала её.
Людмила попятилась. Тихо закрыла дверь. Спустилась во двор.
Села на лавочку. И заплакала.
Не от боли — от понимания. Что всё кончено. Что семнадцать лет брака умерли за месяц. Что она проиграла женщине, которую сама привела в дом.
Когда поднялась обратно, Анны уже не было. Павел сидел в кресле. Читал газету. Делал вид, что ничего не произошло.
— Как съездила? — спросил он, не поднимая глаз.
— Нормально.
— Анна ушла. Сказала, завтра не придёт. У неё дела.
— Понятно.
Людмила прошла в спальню. Легла на кровать. И лежала до вечера.
А вечером Павел сказал:
— Нам надо поговорить.
— О чём?
— О нас. О том, что... что мы потеряли друг друга.
Людмила молчала.
— Я не хотел, чтобы так получилось, — продолжал он. — Но Анна... она другая. Понимаешь?
— Понимаю.
— Она живая. А мы с тобой... мы как будто умерли. Давно умерли.
— Да. — Голос Людмилы был тихим. Спокойным.
— Прости меня.
— За что?
— За то, что... что я влюбился.
Людмила закрыла глаза. Вот оно. То, чего она боялась весь месяц. Случилось.
— А она?
— Что — она?
— Она тоже... влюблена?
Павел помолчал:
— Да. Кажется, да.
И тогда Людмила поняла окончательно. Что Анна пришла не случайно. Что увидела красивый дом, равнодушных друг к другу людей — и взяла то, что плохо лежало.
Взяла чужого мужа.
А может, не взяла. Может, он сам...
Неважно.
Людмила встала. Подошла к шкафу. Начала складывать вещи в сумку.
— Ты что делаешь? — спросил Павел.
— Уезжаю. К сестре. Дом твой. Мои только вещи…
— На какое время?
— Не знаю.
Она сложила немного одежды. Взяла документы. Деньги.
— Люда...
— Не надо. — Она не обернулась. — Просто... просто живи. С ней. Будьте счастливы.
— А ты?
— А я... я буду учиться жить заново.
Павел молчал.
Людмила взяла сумку. Прошла к двери.
— Когда вернёшься за остальными вещами?
— Скоро. Когда сниму квартиру…
— Я подам документы на развод. И дам тебе денег. Ты сможешь купить себе небольшую квартиру…
— Спасибо…
Она ушла. И дверь закрылась за ней тихо.
А в пустой квартире Павел сидел в кресле и думал: получилось ли у него то, чего он хотел? И чего он вообще хотел?
Завтра придёт Анна. И они будут... счастливы?
А Людмила шла по вечернему городу с маленькой сумкой. И впервые за много лет не знала, что будет завтра.
И это... это было страшно.
Но не так страшно, как теперь оставаться там...
Рекомендую:
Подписывайтесь, чтобы не пропустить следующие публикации.
Пишите комментарии 👇, ставьте лайки 👍