Всем привет, друзья!
Осень 1941 года стала для Карелии временем суровых испытаний. Враг рвался к Петрозаводску, столице республики. В эти критические дни, с 25 по 27 сентября, у маленького разъезда Орзега разыгралась трагедия и родился легендарный подвиг. Всего 390 бойцов сводного батальона Наркомата внутренних дел Карело-Финской ССР встали на пути превосходящих сил финской армии. Их задача казалась невыполнимой: задержать наступление на Петрозаводск. Ценой невероятных усилий и огромных потерь они её выполнили. Прорваться к своим смогли лишь 26 человек. История этого подвига, рассказанная участником событий Георгием Парамошниковым и документами НКВД, – это летопись невероятного мужества и самопожертвования.
Формирование сводного батальона НКВД
Когда линия фронта неумолимо приближалась к столице Карелии, в окопы встали не только регулярные части, но и сотрудники всех служб НКВД. Основанием стал строгий приказ «Об организации строевых соединений органов НКВД КФССР» от 21 июля 1941 года. Этот документ предписывал сформировать воинские подразделения по армейскому образцу из сотрудников различных подразделений наркомата. Ответственная миссия легла на плечи опытного офицера, бывшего пограничника и участника Советско-финляндской войны капитана Михаила Алексеевича Горькова.
К 21 августа формирование было завершено. В состав сводного батальона НКВД вошли сотрудники Управления госбезопасности, милиции, тюремного отдела и исправительно-трудовых колоний, пожарной охраны, Управления шоссейных дорог и даже Административно-хозяйственного отдела. Батальон представлял собой серьёзную силу: четыре стрелковые роты, пулемётный, сапёрный, хозяйственный взводы, взвод связи, автовзвод и санчасть. Интересно, что оперативное руководство осуществлял комбриг С.Я. Вершинин, при этом сотрудники не освобождались от выполнения своих прямых обязанностей – война требовала максимальной мобилизации всех ресурсов.
Роковые дни сентября: Битва за Орзегу
К концу сентября 1941 года ситуация под Петрозаводском стала критической. Попытки остановить врага, в том числе ввод в бой части батальона у деревни Каскессельга 23-24 сентября, не увенчались успехом. Пали Пряжа, Матросы, Вилга. Войска 7-й армии под командованием генерал-лейтенанта Ф.Д. Гореленко были прижаты к Сулажгорским высотам. Особую тревогу вызывал маневр противника, обойдя позиции с юга и заняв стратегически важную станцию Орзега. Это создавало смертельную угрозу как самому городу, так и частям армии, сражавшимся южнее. Финны получили возможность перерезать коммуникации и взять Петрозаводск в клещи.
Именно в этот отчаянный момент, по просьбе командующего армией, к Орзеге были брошены последние резервы – остатки сводного батальона НКВД и рота ВОХР (военизированной охраны). Всего около 390 человек. Задача звучала почти как приговор: выбить превосходящего противника со станции и задержать его наступление любой ценой. Казалось, шансов нет. Но батальон принял бой.
28 сентября капитан Горьков мастерски перебросил своих бойцов на платформах к разъезду «Онежский». Организовав тщательную разведку, он скрытно вывел роты на исходные позиции для атаки, наладив взаимодействие с соседями – частями 3-й Ленинградской дивизии народного ополчения. Это был ключевой момент для успеха операции.
На рассвете 29 сентября бойцы пошли в наступление. Третьей роте предстояло штурмом взять деревню, четвёртой – подавить вражеские огневые точки и выбить финнов за линию железной дороги. Четыре часа длился ожесточённый бой. К 11 часам утра противник не выдержал натиска и отступил, бросив на поле боя пулемёты, убитых и раненых. Казалось, оборона Петрозаводска получила передышку. Станция Орзега была освобождена!
Трое суток в аду: Цена задержки врага
Однако радость победы была недолгой. Финны, получив подкрепление по лесным дорогам и закрепившись на ближайшем разъезде, перешли в яростные контратаки. Начались три страшных дня и две ночи непрерывных боёв за станцию, которая по нескольку раз переходила из рук в руки. Сражения доходили до рукопашных схваток. Противник методично засыпал позиции защитников минами. В попытке подавить финские батареи к станции подошёл советский бронепоезд. Но его огонь, увы, не был эффективен из-за отсутствия корректировки. Ситуация стала катастрофической, когда финны разрушили пути отхода – и на юг, и на север. Бронепоезд пришлось взорвать своим экипажем, чтобы он не достался врагу.
Сводный батальон НКВД оказался в плотном кольце. Потери были чудовищными. Погибли больше половины бойцов, пали смертью храбрых командиры рот – лейтенант Лосев и капитан Сорокин. Пули и осколки не щадили никого, даже раненых в санчасти. Батальон истекал кровью, но продолжал сковывать силы противника. В ночь на 28 сентября капитан Горьков, собрав оставшихся в строю (тех, кто мог хоть как-то передвигаться), повёл их на отчаянный прорыв из окружения. У деревни Ужесельга им удалось соединиться с такими же измотанными бойцами-ополченцами 3-й Ленинградской дивизии и сразу же вступить в новые бои с наседавшим врагом. Их жертва не была напрасной – ценой своих жизней они задержали врага, дав возможность организовать эвакуацию Петрозаводска и перегруппировку сил.
Долгий путь к своим: От Петрозаводска до Ошты
1 октября 1941 года под грохот взрывов и в зареве пожаров части 7-й армии оставили Петрозаводск. Для бойцов отряда Горькова, отступавших (точнее, пробивавшихся) на юг, путь лежал через территории, уже занятые противником. Это был путь невероятных лишений и постоянной опасности. 8 октября остатки батальона вышли к станции Пай. Здесь, в ходе тяжелейшего ночного боя, отряд был рассечён на две части.
Группе капитана Горькова, в которой было 58 человек (из них 16 раненых!), предстояло пробиваться дальше через глухие леса, минуя вражеские засады и участвуя в бесчисленных стычках. Их целью была река Свирь, за которой держал оборону Волховский фронт. Но как её преодолеть? Подходы простреливались. Георгий Парамошников вспоминал:
"Измученные, голодные люди двигались по направлению к Свири. Но как попасть на левый берег? Кто на брёвнах, кто вплавь под огнём противника преодолел и это препятствие. Но многих бойцов и командиров нашего батальона поглотили свинцовые волны реки."
Лишь 17 октября 1941 года капитан Горьков привёл своих людей – вернее, то, что от них осталось – в расположение 272-й стрелковой дивизии у села Ошта. На берег Свири вышли 26 человек. 26 истощённых, израненных, дошедших до предела человеческих возможностей бойцов из 390, трое суток назад вставших насмерть у разъезда Орзега. "26 истощённых измученных человек" – такими их запомнил Парамошников. Их подвиг у Орзеги стал одной из самых трагических и героических страниц обороны Карелии в 1941 году.
Специальное сообщение НКВД Карело-Финской ССР: Хаос в Сортавале
Подвиг на фронте имел свою мрачную параллель в событиях, происходивших в тылу. Секретное сообщение НКВД Карело-Финской ССР от (дата в документе не указана, но контекст указывает на июль-август 1941 г.) рисует картину хаотичной эвакуации города Сортавалы, ставшей примером дезорганизации и паники.
Обстановка паники и материальный ущерб
24 июля 1941 года в 20 часов командир 168-й стрелковой дивизии полковник Бондарев объявил о срочной окончательной эвакуации Сортавалы. Однако действия городского руководства (секретари ГК и РК КП(б) Богданов, Каджев и и.о. председателя горсовета Лезин) лишь усугубили ситуацию. Они отвели на эвакуацию нереально короткий срок – всего 2 часа. При этом сбор сопровождался паническими репликами вроде: "Скорей собирайтесь", "Время выходит", "Скоро будут жечь город". Это не могло не вызвать массового психоза.
Результатом стала неоправданная поспешность, переросшая в панику, которая нанесла государству огромный материальный ущерб. Руководители учреждений в спешке побросали в кабинетах массу служебных документов. Председатель горсовета Лезин забыл в столе штамп и печать горсовета – критически важные атрибуты власти! Работники горсовета и ГК КП(б) бросили пишущие машинки. Но самое страшное было впереди.
Брошенные ресурсы и действия НКВД
После того как руководители и аппараты торговых организаций (Военторг, Карелторг, Леспромторг, Карелпотребсоюз и др.) покинули город, выяснилась шокирующая правда. На складах остались брошенными:
- Сотни тонн муки;
- Десятки тонн крупы;
- Большие запасы кондитерских изделий, жиров, сахара, консервов;
- Значительные объёмы табака, папирос, промтоваров;
- Крупные запасы вина и водки.
При этом, несмотря на неоднократные предупреждения городского отдела НКВД, учёт запасов перед эвакуацией проведён не был. Органам НКВД было заявлено, что основные запасы эвакуированы, что оказалось ложью.
Городской отдел НКВД вынужден был брать ситуацию под контроль. Сотрудники собрали и уничтожили забытые печати, штампы и документы. Обнаружили и взяли под охрану склады с брошенными ресурсами, организовав их использование для снабжения частей Красной Армии. Пишущие машинки были собраны и переданы в войсковые штабы. Запасы алкоголя, по согласованию с военным командованием, уничтожили, понимая опасность их попадания к врагу или разбазаривания. В донесении особо подчёркивалось, что "до настоящего времени в городе продолжают оставаться большие запасы муки", и предлагалось принять экстренные меры к их вывозу.
Эпилог: Мужество на фронте и уроки тыла
История сводного батальона НКВД у разъезда Орзега – это памятник невероятной стойкости и самопожертвования. 390 бойцов, большая часть которых не имела опыта полевых боёв, ценой своих жизней задержали врага на критическом направлении к Петрозаводску. Их подвиг, завершившийся трагическим прорывом через вражеское кольцо и форсированием Свири, где из 58 человек группы Горькова к своим вышли лишь 26, навсегда вписан в летопись Великой Отечественной войны в Карелии. Капитан Горьков проявил себя как талантливый, хладнокровный и заботливый командир, сумевший вывести хотя бы горстку своих людей из ада.
Параллельно, документ НКВД о событиях в Сортавале обнажает другую, горькую правду войны – хаос, панику и преступную халатность в тылу, приведшие к неоправданным потерям ценных ресурсов в критический момент. Он служит суровым уроком о важности организованности, ответственности и хладнокровия не только на передовой, но и в штабах, и в гражданских учреждениях в условиях катастрофы. Действия же сотрудников НКВД Карелии в Сортавале, взявших на себя ликвидацию последствий чужой нераспорядительности, показывают их роль в наведении порядка в экстремальной ситуации.
Эти две истории – фронтовая и тыловая – неразрывно связаны общей темой: испытанием человека войной. Одни проявили беспримерное мужество в бою, другие – растерянность и безответственность в тылу, третьи – оперативность и распорядительность в наведении порядка. Подвиг бойцов у Орзеги и уроки сортавальской эвакуации остаются частью нашей памяти о суровом 1941 годе, напоминая о цене Победы и сложности тех испытаний, которые выпали на долю защитников Карелии.
★ ★ ★
ПАМЯТЬ ЖИВА, ПОКА ПОМНЯТ ЖИВЫЕ...
СПАСИБО ЗА ВНИМАНИЕ!
~~~
Ваше внимание — уже большая поддержка. Но если захотите помочь чуть больше — нажмите «Поддержать» в канале или под статьёй. От души спасибо каждому!