Три недели спустя Екатерина сидела в банке и смотрела на выписку со счёта с нарастающим ужасом. За последние дни с их семейной карточки ушло восемьдесят тысяч рублей. Восемьдесят тысяч!
– Простите, – обратилась Катя к консультанту, – а можно посмотреть детализацию трат?
– Конечно. Сейчас распечатаю.
Список покупок поверг Екатерину в шок. Продуктовые магазины, рестораны, доставка еды, цветочные салоны, элитный алкоголь, деликатесы...
– Лидия Михайловна, – пробормотала она, изучая чеки. – Что же вы творите...
После того памятного завтрака с Игорем и Леной в семье действительно наступил мир. Лидия Михайловна извинилась, пообещала измениться, и первые дни даже сдерживала слово. Убиралась без нареканий, готовила то, что просили, не критиковала.
Но потом что-то пошло не так.
Екатерина ворвалась домой как ураган:
– Лидия Михайловна! Нам нужно поговорить!
Свекровь выглянула из кухни с довольным лицом:
– О, Катюша! Как вовремя! Смотри, что я приготовила!
На кухне Катю ждал настоящий пир. Стол ломился от изысканных блюд: красная икра, сёмга, крабовые салаты, мясо по-французски, торт из дорогой кондитерской.
– Лидия Михайловна, что это?
– Ужин! Хотела порадовать семью!
– Сколько это всё стоит?
– Ну... точно не считала... тысяч пятнадцать, наверное.
– Пятнадцать тысяч на ужин?! Для трёх человек?!
– Катюша, а что? Нельзя иногда себя побаловать?
Екатерина достала банковскую выписку:
– Лидия Михайловна, посмотрите на это.
Свекровь надела очки и пробежалась глазами по списку:
– И что?
– Восемьдесят тысяч за три недели!
– Дорогая, но ведь деньги есть!
– Есть – не значит, что их нужно швырять на ветер!
– Я не швыряю! Я создаю уют! Покупаю качественные продукты!
Катя села за стол и положила перед собой выписку:
– Лидия Михайловна, давайте разберём по пунктам. Вот эта покупка – десять тысяч в ресторане. Что это?
– Ах да! – просветлела свекровь. – Я пригласила соседку Марию Петровну на обед! Она такая милая женщина!
– Десять тысяч на обед с соседкой?
– Мы в хороший ресторан пошли! Заказали лобстеров!
– Лидия Михайловна, это же безумие!
– Почему безумие? Женщина всю жизнь лобстеров не ела! Решила угостить!
Екатерина перевела дух и указала на следующую строчку:
– А это что? Пятнадцать тысяч в цветочном магазине?
– Цветы покупала!
– На пятнадцать тысяч?!
– Катюша, но мне же хотелось украсить дом! Я заказала композицию из орхидей!
– Где эта композиция?
– Завяла уже... Орхидеи капризные...
Катя почувствовала, как у неё начинает дёргаться глаз:
– А вот эта трата? Двадцать тысяч в продуктовом?
– Делала запасы! Красная икра, сёмга, трюфели... Вдруг гости придут!
– Какие трюфели? Где они?
– Съели уже. Я с Марией Петровной пробовала. Очень вкусные!
В этот момент в квартиру ввалился Дмитрий:
– Катя, банк звонил! Говорят, у нас превышен лимит по карте!
– Знаю. Мы как раз обсуждаем наши траты.
Дмитрий увидел стол, ломящийся от деликатесов:
– Мам, опять? Мы же договаривались!
– Димочка, но сегодня же пятница! Конец рабочей недели нужно отмечать!
– Отмечать, но не разоряться! – Катя показала мужу выписку.
Дмитрий побледнел:
– Восемьдесят тысяч? За три недели?
– За три недели, – подтвердила свекровь. – И что здесь такого? Деньги должны работать!
– Работать, а не исчезать! – возмутился Дима. – Мам, это же наши накопления на отпуск!
– Отпуск можно отложить, а хорошую еду нужно есть каждый день!
Екатерина встала из-за стола:
– Лидия Михайловна, вы понимаете, что происходит?
– Что происходит?
– Вы тратите наши деньги как свои собственные!
– А разве это не так? Мы же семья!
– Семья – не значит общий кошелёк без ограничений!
Свекровь обиженно поджала губы:
– Катюша, но я ж не на себя трачу! На семью! На дом!
– На трюфели с соседкой и лобстеров – это на семью?
– А что, нельзя побаловать близких людей?
Дмитрий тяжело опустился на стул:
– Мам, ты не понимаешь. Эти деньги мы копили полгода на поездку в Грецию.
– Грецию можно посетить в следующем году!
– А если в следующем году у нас ребёнок будет? – тихо спросила Катя.
Лидия Михайловна оживилась:
– Ребёнок? Какой ребёнок?
– Мы планировали начать попытки после отпуска. На деньги, которые вы потратили на лобстеров.
Повисла неловкая тишина. Свекровь растерянно переводила взгляд с сына на невестку.
– Дети... я не знала...
– Не знали, потому что не спрашивали, – сказала Екатерина. – Опять.
– Но вы же не сказали, что эти деньги на что-то откладываете!
– Лидия Михайловна, – Катя устало потёрла виски, – это семейный бюджет. Каждый рубль в нём имеет своё назначение.
– Но у вас зарплата хорошая...
– Зарплата уходит на ипотеку, коммуналку, еду, одежду. А накопления – это отдельная история.
Дмитрий взял выписку и ещё раз внимательно изучил:
– Мам, а вот эта трата на восемь тысяч? "Доставка продуктов"?
– А, это я заказывала японскую еду! Суши, роллы...
– На восемь тысяч?
– Там минимальная сумма заказа была! А я не могла выбрать!
– Так вы заказали всё меню? – ужаснулась Катя.
– Почти всё. Хотела попробовать разные виды! И Марию Петровну угостила!
– Опять Марию Петровну!
– А что? Женщина полжизни прожила, а суши никогда не ела!
Екатерина почувствовала, как в ней снова просыпается тот самый зверь, который три недели назад заставил свекровь рыдать на кухне. Только теперь речь шла не о принципах, а о деньгах. О их общих деньгах.
– Лидия Михайловна, – сказала она очень спокойно, – а помните нашу договорённость?
– Какую?
– О том, что все семейные решения мы принимаем вместе.
– Но это же еда! Еду решения не принимают, еду покупают!
– Покупают на свои деньги. А тратить чужие – это воровство.
Свекровь взвилась:
– Как воровство! Я же не для себя!
– Для кого бы ни было – без разрешения владельцев это воровство.
– Катюша, да что ты такое говоришь! Я же бабушка будущих внуков!
– Будущих, – подчеркнула Катя. – А пока что вы просто дорогая гостья, которая живёт за наш счёт.
– Девочка!
– И раз уж мы заговорили об этом, – продолжила Екатерина, вставая из-за стола, – давайте подсчитаем полную стоимость вашего содержания.
Она достала блокнот и ручку:
– Коммунальные платежи выросли на треть из-за дополнительного жильца. Это примерно две тысячи в месяц. За три недели – полторы тысячи.
Лидия Михайловна напряжённо слушала.
– Электричество, вода, отопление – вы же дома целый день. Ещё тысяча. Плюс ваша еда до начала транжирства – тысяч десять.
– Катя, к чему ты ведёшь? – забеспокоился Дмитрий.
– К тому, что твоя мама за три недели обошлась нам в сто тысяч рублей. Сто тысяч, Дим!
– Но она же семья...
– Семья, которая ведёт себя как постоялец в пятизвёздочном отеле!
Свекровь возмутилась:
– Я не постоялец! Я бабушка!
– Бабушка несуществующих пока внуков, которая живёт на шее у молодой семьи и тратит их деньги налево и направо!
– Катюша!
– И знаете что, Лидия Михайловна? – Екатерина встала и подошла к свекрови. – Раз вы так любите тратить деньги, давайте сделаем это официально.
– Что значит официально?
– Заключим договор найма жилья. Двадцать тысяч в месяц за комнату. Плюс коммуналка. Плюс ваша еда отдельно.
Дмитрий подскочил:
– Катя, ты с ума сошла!
– С ума? Твоя мама хочет жить как королева – пусть платит как королева!
– Но мама же не работает!
– Тогда пусть ищет работу!
– В шестьдесят лет?
– А что? Лидия Михайловна полна сил! Сама говорила!
Свекровь растерянно смотрела на Катю:
– Девочка, ты серьёзно?
– Абсолютно. Раз вы считаете нормальным тратить наши сбережения на лобстеров с соседкой, то мы считаем нормальным брать с вас плату за проживание.
– Но я же мать Димы!
– А я жена Димы! И у меня есть права в этом доме!
– Катя, остынь, – попросил Дмитрий. – Давайте обсудим спокойно...
– Спокойно? – Екатерина повернулась к мужу. – Дим, за три недели мы потеряли отпуск и сбережения на ребёнка! Что тут обсуждать?
– Хорошо, – неожиданно спокойно сказала Лидия Михайловна. – Хорошо, Катюша. Ты права.
– Что? – Дмитрий удивлённо посмотрел на мать.
– Я сказала – она права. Я действительно веду себя как... как нахлебница.
Свекровь села за стол и сложила руки:
– Знаешь, девочка, эти три недели я впервые за много лет чувствовала себя нужной. Готовила, убирала, заботилась...
– За наш счёт, – напомнила Катя.
– За ваш счёт, – согласилась Лидия Михайловна. – И это неправильно.
Она встала и подошла к окну:
– Димочка, завтра я начну искать работу.
– Мам, в твоём возрасте...
– В моём возрасте люди ещё работают! Я найду что-нибудь. Уборщицей, сиделкой...
– И съедете от нас? – спросила Екатерина.
– А вы этого хотите?
Катя задумалась. Честно говоря, за эти три недели она привыкла к тому, что дома есть кто-то ещё. К горячим ужинам, чистой квартире, уюту.
– Я хочу, чтобы вы были самостоятельной. И ответственной.
– Понимаю, – кивнула свекровь. – Тогда предлагаю компромисс.
– Какой?
– Остаюсь жить с вами, но плачу за всё сама. Работаю, получаю зарплату, покупаю свою еду, оплачиваю свою часть коммуналки.
– И не тратите наши деньги на лобстеров с соседкой?
– И не трачу ваши деньги ни на что. Вообще.
Дмитрий облегчённо вздохнул:
– Это было бы справедливо.
– А детская? – спросила Катя.
– Когда у вас появится ребёнок, я верну вам комнату. А пока поживу у вас.
Екатерина посмотрела на свекровь внимательно. В её глазах не было ни обиды, ни раздражения. Только понимание и решимость.
– Лидия Михайловна, а вы не злитесь на меня?
– За что злиться? За то, что ты научила меня жить по средствам?
– За то, что я была жёсткой.
Свекровь улыбнулась:
– Катюша, если бы ты не была жёсткой, я бы так и продолжала вас эксплуатировать. А теперь я поняла главное.
– Что?
– Что быть семьёй – не значит жить за чужой счёт. Быть семьёй – значит нести ответственность друг за друга.
Через месяц Лидия Михайловна устроилась работать консультантом в пенсионный фонд. Зарплата была небольшая, но её хватало на скромную жизнь. Она покупала свои продукты, оплачивала свою часть счетов и больше не приглашала соседок на лобстеров.
Зато дом стал по-настоящему уютным. Не из-за дорогих деликатесов, а из-за того, что каждый в нём знал своё место и свои обязанности.
А главное – когда через полгода Катя объявила о беременности, свекровь радовалась искренне, без тени собственничества. Потому что наконец-то поняла: настоящая семья строится не на деньгах и не на контроле, а на взаимном уважении.
Урок действительно оказался дорогим – сто тысяч рублей. Но он того стоил.