Иногда кажется, что эмпатия это что-то абстрактное: «понимать чувства других» или «быть добрым». Но с физиологической точки зрения, это конкретная биологическая способность. Мы учимся ей ещё до того, как начинаем говорить.
Младенец смотрит в лицо матери и тут же улавливает настроение: голос, улыбку, тон. Его тело реагирует на это так, как будто у него внутри встроен датчик. Если мама смотрит с теплом, ребёнок чувствует себя в безопасности. Если взгляд тревожный или отстранённый это записывается как опыт небезопасности.
Алан Шор — клинический психолог и нейропсихоаналитик, чьи исследования о том, как ранние отношения формируют работу мозга и способность к саморегуляции, показали: именно через взгляд, объятия и телесную близость у ребёнка закладывается основа для эмпатии и безопасной привязанности
Алан Шор объясняет это через три «станции» развития мозга:
• Амигдала - та часть мозга, которая отвечает за базовое «безопасно <-> опасно». Она включается первой, ещё при рождении. Если в детстве ребёнок часто чувствует, что рядом есть поддержка и забота, амигдала учит воспринимать мир как место, где можно быть. Если же поддержки не хватает, то этот «внутренний будильник тревоги» срабатывает слишком часто, и человек во взрослом возрасте живёт с постоянным ожиданием опасности.
• Поясная извилина — зона, которая развивается примерно с трёх месяцев. Именно она отвечает за удовольствие от совместности: игру, смех, созвучие с другим. Благодаря ей мы можем радоваться, когда кто-то смотрит на нас с любовью, или чувствовать облегчение, когда нас обнимают. Если эта часть не получила опыта отклика и игры, во взрослом возрасте становится сложно выдерживать близость: мы можем избегать или, наоборот, слишком жадно искать её.
• Орбитофронтальная кора — развивается ближе к году. Она даёт возможность регулировать возбуждение: возвращаться в спокойствие. Это тот самый центр, который помогает нам оставаться в контакте с собой и другими даже тогда, когда эмоции сильные. Если в детстве ребёнка поддерживали, радовались его открытию мира, он вырастает с внутренним ощущением, что может справляться с трудностями. А если поддержки не было - может быть трудно сдерживать импульсы, переносить разочарования, выдерживать границы.
И всё это напрямую связано с эмпатией. Потому что эмпатия не только про понять, что чувствует другой, а пережить это телом: отразить взгляд, шагнуть в общий ритм, поддержать через прикосновение.
Вот почему в Биоданзе мы делаем такие простые вещи: смотрим в глаза, синхронизируем шаги, обнимаем, танцуем с закрытыми глазами, доверяя партнёру. Всё это заново активирует системы в мозге, которые отвечают за привязанность. Мы как будто возвращаем себе тот опыт, которого могло не хватать: опыт, что рядом есть кто-то надёжный, что мой ритм могут подхватить, что я не один.
Я часто вижу, как это работает в группах. Кто-то приходит зажатым, с трудностью выдерживать чужой взгляд. Но проходит 15–20 минут, и после одного упражнения «зеркало» человек вдруг расслабляется, начинает улыбаться. В конце обнимает так, словно это его первый настоящий контакт за долгое время.
Биоданза — это живая лаборатория аффективной регуляции. Мы заново учимся:
• как выдерживать взгляд другого и чувствовать при этом безопасность;
• как телесная синхронизация снижает уровень стресса;
• как доверие в паре укрепляет способность к зрелым отношениям.
Это имеет не только терапевтический, но и социальный эффект: люди, практикующие телесную эмпатию, легче строят поддерживающие связи, меньше подвержены изоляции и эмоциональному выгоранию.
В статье были использованы материалы исследований:
Schore, A. N. (1994). Affect Regulation and the Origin of the Self: The Neurobiology of Emotional Development. Lawrence Erlbaum Associates.
• Schore, A. N. (2003). Affect Dysregulation and Disorders of the Self. W. W. Norton & Company.
• Schore, A. N. (2012). The Science of the Art of Psychotherapy. W. W. Norton & Company.
Автор: Богарт Симма Александровна
Психолог, Аналитический психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru