- Интересное другое.
- Что?
- Ты, находясь вдали от семьи, до сих пор можешь влиять на нас, играя в свои игры.
- Я? – не поверил отец. – За что ты так со мной?
- Ты в этом весь, - сказал Сергей, слегка обиженный.
- Мы с мамой учили вас правильно выражать мысли, - упрекнул отец. – Что-то случилось, раз ты начал говорить загадками?
- Я нормально говорю, - возразил Сергей.
- Тебе так кажется, - ответил отец.
- Ты устал, поэтому тебе чудится, что я несу бред, - не успокаивался Сергей.
- Я не выжил из ума! – возмутился Иван Петрович. – Я помню всё, что тебе говорил. Могу повторить.
- Не надо, - попросил сын. – Иначе начнутся снова твои игры.
- Какие игры? – не понял отец. – Я никогда не прикидывался легкомысленным. Обычно это делала мама.
- Ты читал мне сказки перед сном и комментировал их, а я смеялся, - напомнил Сергей.
- Может, и читал, но не помню, - признался отец. – Зато помню, как ты говорил маме, что я однообразный и простодушный.
- Говорил, что ты бесхитростный, - поправил Сергей.
- Видишь, Серёжа, одно слово из моих уст всё же задержалось в твоей голове, - с усмешкой заметил отец.
- Но я не могу его использовать так часто, как тебе хотелось бы, - парировал сын.
- Тогда поменяй окружение, - посоветовал отец.
- Папа, жизнь — это не просто слова, - возразил Сергей.
- Жизнь — это и есть слова, - твёрдо сказал Иван Петрович.
- Это ещё и переживания, - взбрыкнул Сергей.
- Серёжа, иди спать, иначе мы поссоримся, а я этого не хочу, - закрывая глаза, произнёс отец.
- Спокойной ночи, папа, - сказал Сергей, наклонился и поцеловал отца в щёку. – Добрых снов.
- Открой окно, пожалуйста, - попросил Иван Петрович.
Сергей открыл окно.
- Так лучше? – спросил он.
- Да. Иди спать, и тебе доброй ночи, - ответил отец.
Когда Сергей закрыл за собой дверь, Иван Петрович лёг на спину, раскинул руки и уставился в потолок. Сон опять ускользнул, оставив его наедине с мыслями.
- Как хорошо, что я не высказал своих чувств и не сравнил кое-кого с животным, - рассуждал он. - А ведь мне так хотелось сказать сыну, что без слов чувства ничего не стоят. А твоё недовольство — это просто попугайство, пока не найдёшь слова, чтобы объяснить причину.
Он повернулся на правый бок, повторил про себя слово «недовольство» и уснул.
Вера, добравшись до кровати, почувствовала себя измотанной до предела. Когда Оля подвела её к комнате, ей показалось, что она ступает по гигантским комкам ваты, а комната с кроватью раскачивается. Она тихо улеглась, провалившись в пуховое тепло и наконец закрыла глаза. От долгого дня, полного слёз и переживаний, её глаза распухли и болели, как будто в них попал песок.
Несмотря на усталость, она, как и Иван, не могла сразу уснуть.
- Всё из-за тревоги за завтрашний день, - размышляла она, прокручивая варианты встречи с Николаем. Она пыталась закрыть глаза и глубоко дышать, чтобы избавиться от мыслей.
- Нужно подумать о чём-то спокойном, - решила она.
И тут же мысленно перенесли её в детство, представив, как играет с подружками во дворе, и слышит голос мамы: «Вера, домой!»
От этих мыслей ей стало так уютно и радостно, что она чуть не расплакалась, но сдержалась, понимая, что это лишь воспоминания.