- Какая Мята? - Валька наклонилась к Лисе, и в глазах сверкнули красные искры. Нос вытянулся вперёд, изо рта показалась пара острых клычков, на щеках и подбородке редкими пучками встопорщилась рыжая щетина.
Превращения произошли стремительно и, не ожидавшая этого Лиса, закричала, забилась, рванулась в попытке сбежать...
- Держите её! Чтобы голову не разбила! - сквозь шум в ушах донесся голос Вальки. - Натуся! Посмотри у Алиски в карманах. Может там есть таблетки?
- Нету... - пропыхтела Натуся - Только сотик...
- И... куколка... - Лиса кое-как смогла сфокусироваться на испуганных лицах девчонок. - Там еще куколка... куколка там... из травы и тряпочек...
- А... ты ее Мятой назвала! - понимающе протянула Валька. - Бабка Сима её для тебя навертела? Вот же ведьма!
- Потому тебя так скрутило! - Галька помогла Лисе подняться.
- Мне примерещилось... - слова перекатывались на языке как тяжелые камни, и Лиса судорожно сглотнула. - Примерещилось, что Валя ... что у неё голова!
- У всех голова, - хихикнула Натуся, и Галька сердито зашикала.
- Не слушай её, Алис. Куклы больше нет, и тебе обязательно полегчает...
- Как - нет? - прохрипела Лиса. - Где она? Куда...
- Молчи! Дыши поглубже. - велела Лисе Валька. - Давай на раз-два: вдох-выдох, вдох- выдох. Голова не кружится?
- Ккажется ннет...
- В баню бы её сводить, а, Вальк? Чтобы вся сурочь смылась.
- Какая баня, Гальк! Здесь и воды нету. - скривилась Валька. - Для обмывки настой нужен особый. А к нему - заговор.
- Тётка говорила, что его по три раза начитывают. - подхватила Нина. - По всем сторонам света. Сначала на каждую поклон положить нужно, потом - заговор начитать. И пострадавшему на голову вылить отвар!
- И баннику жертву принести. С жертвы нужно начинать!
- Верно. Курицу резануть на порожке.
- Закопать её нужно. Шею свернуть и закопать.
- Резануть! Чтобы кровь порожек омыла!
- Нет - скрутить!
- А вот и резануть!
- Как думаете - мы не из-за куколки заблукали? - Натуся не дала разгореться спору.
- Не. Кукла же для одной наверчена. Для Алиски. Нам чертяки могли дорожку заплевать.
- Не говори про них! - Галька заткнула уши. - Вдруг услышат и под землю утянут!
- Ой, ладно! Мы и без этого влипли!..
- Потому и влипли, что на Алиске сурочь!
- Какая ещё сурочь? - смогла, наконец, спросить Лиса. Что-то важное юлой крутилось в голове. Но она никак не могла ухватить эту мысль, не могла вспомнить.
- Ну, сурочь. Это как порча или сглаз. Ведьма сурочит — значит наводит чары, болезнь насылает, падучую. Вот как у тебя.
- Нет у меня падучей!
- Ёще как есть! Уже второй раз корчило!
- Я просто испугалась...
- Так из-за куклы все. Знать бы, какая она была.
- Это важно?
- Еще бы! Если нитками рот зашит - то немтырка. Чтобы человека немым сделать. Или голос его украсть. А если руки перевязаны или ноги - чтобы обездвижить. Если на шее вроде хомута из лозы пристроено - то на порчу да полный извод. Чтобы человек совсем пропал. Понимаешь? Бабка Сима старая уже, а живет долго. Она могла у тебя силу потягивать. Ну, чтобы жизнь еще продлить.
- Как это?
- Не знаю. Ведьма вроде на куклу наговорить должна, и та все передать жертве. Ты можешь описать ту, что у тебя была? Необычные детали? Странности?
- Не могу, не помню, - повинилась Лиса. - Я её не рассматривала. Спрятала сразу и забыла.
- Вы, городские, все недалекие. - вздохнула Натуся и дёрнулась от резкого звука в печи.
В топке весело загудело пламя, и девчонки радостно затарахтели:
- Шишиморка печь растопила! И щепочки нашлись!
- Спасибо! Спасибо! Спасибооо!
- Должны ей будем! - вздохнула Валька.
- Почему должны? - удивленно переспросила Лиса.
- Потому что помогла! Придётся сюда вернуться. С отдарком. И с оберегом. Чтобы больше не плутать.
- Вернемся! - согласилась Нина. - Принесем шишиморке новый веник. И нитки. У нас веретенце от бабушки на чердаке лежит. Его тоже принесем. Кикиморы прясть любят.
- Кикиморы только все портят и нитки путают... - начала было Натуся, и за печкой громок ворохнулось.
- Тебе не всё равно? - осадила подружку Валька. - Мы принесем, а шишиморка сама решит, что с ними делать.
Пламя гудело, дровишки потрескивали. И в комнате постепенно теплело. Дождь тихо постукивал по окнам, и Лису потянуло в сон.
Девчонки снова заговорили про кукол. Натуся вспомнила страшилку про проклятую свадьбу, когда посреди праздничного застолья вместо невесты и жениха все увидели пару кукол самоделок.
- Люди превратились в кукол? - Лисе трудно было представить такое.
- Нее. Молодых колдун сразу из церкви увел. А на их место кукол подсадил. Гости под мороком ничего и не заметили! Пили, гуляли, горько кричали... а потом - бац! - Натуся прихлопнула в ладоши для наглядности и оглядела подруг. - Прикиньте, девы - вот так живете себе, радуетесь, а против вас уже кто-то приколдовывает!
- Зачем? - перебила ее Лиса. - Зачем невеста с женихом колдуну?
- Ой, разные причины. Может, невеста ему понравилась. Или, наоборот - посмотрела не так.
- Или на свадьбу не пригласили. - предположила Нина. - Он обиделся и решил отомстить. Раньше колдунов на свадьбы всегда зазывали. Как самых важных гостей. Они за молодыми присматривали. Чтобы тех никто не попортил.
- А могли?
- Попортить? Ещё бы! Из зависти, из вредности. Много из-за чего.
В печке стрельнуло, и девчонки заспорили - чья очередь подложить в топку уголь.
- Жаль, что здесь нету дров. - разочарованно протянула Натуся. - Дерево сухое хорошо горит!
Дров! Ну конечно же! Лиса вспомнила, что не давало ей покоя - чурбачок, который Галька нашла в топке! Вырезанная из дерева фигурка женщины с медвежьим лицом!
- Куда вы её дели? Ту фигурку?
- Какую фигурку? - удивилась Валька. А Галька поняла, показала рукой куда-то вниз: «Под лавку укатилась. Там лежит».
- Сейчас достану... - пропыхтела Натуся. - Как раз в топку закинем...
- Не надо! - Лиса вырвала у неё деревяшку. - Нужно её получше рассмотреть!
- Зачем? - Валька завела к потолку глаза. - Обычная же деревяшка!
- Не обычная... ничего не понимаю!.. - Лиса повертела чурочку со всех сторон, поскребла ногтем черный налёт, зачем-то понюхала.
Ничего. Ни намёка на линии и формы. Но они же были! Были тогда!
- Что - почему? - девчонки выразительно переглянулись. - Опять тебе что-то помстилось?
- Не что-то, а кто-то... - пробормотала Лиса. - Почудилось. Наверное. Раньше. Сейчас - нет.
Она пересказала девчонкам свои давешние ощущения и попросила Гальку подтвердить их.
- Галь! Ты же тоже видела! Вспомни! Ты деревяшку нашла и сразу бросила!
- Там в трещине какая-то швалька была. Похожая на высохший кокон. А я насекомых ужасно боюсь... - нехотя призналась Галька.
- Это тебе от страха всё примерещилось. - сочувственно вздохнула Нина.
- Изурочили её! - рассердилась Валька. - Ведьма куклу просто так давать не станет! А бабка Сима - известная ведьма! По молодости стольких попортила!
Валька заявила об этом с такой уверенностью, что Лиса поверила и испугалась.
- И что мне делать? Это лечится?
- Снять сурочь можно. Если знающая ведовка попадется. Вот вернемся когда - ты матери расскажи. Пусть потребует от Симы, чтобы сурочь назад забрала.
- Нельзя назад. - встряла Натуся. - Ведьма на такое не согласится.
- Почему? - Лиза облизнула онемевшие от страха губы.
- Потому! Тогда сурочь обратно вернётся. А ведьме такого не надо!
- Тогда пусть перекинет на что-то. На дерево или вещь. - Валька слегка подпихнула оцепеневшую Лису. - Запомни, Алиска. И матери обязательно всё расскажи. Иначе сурочь тебе жизнь перепортит.
- А малина? Может она тоже нехорошая была? А мы её съели! - Лиса вдруг вспомнила про корзину с ягодами на крылечке. - Если на землянику ведьмы помочились... То и на малину могли?
- Не. - улыбнулась Натуся. - Малина - медвежья ягода. Ведьмы против медведя не пойдут. Поостерегутся последствий.
- У них с медведем договор. Вроде нейтралитета... - начала объяснять Валька, но её перебил скрип отворяемой двери.
Порыв ветра донёс запахи дождя и опада, а на порог ступила высокая худая фигура. Лиса разглядела очертания длинного платья, платок и...
- Это она! Та женщина! Она пришла! Не отдавайте меня! Не хочу!!.
- Опять началось! - испуганно пискнула Нина.
- Алиса! Алиса!! - кто-то резко встряхнул Лису за плечи.
Валька подбежала и с грохотом захлопнула дверь.
- Не бойся, Алис. Это просто ветер. Здесь же нет защелки, вот он и играется.
- Я видела её! Ту женщину! Как тебя сейчас! - Лиса вырвалась от Гальки и заметалась. - Нужно что-то придвинуть к двери! Чтобы она не могла открыться! Может, лавку?
- Успокойся! - прикрикнула Валька. - У входа трава насыпана. Сюда никто не сможет войти!
- Но она была здесь! Стояла в проёме! Неужели вы не видели? Мята, Мята! - Лиса вдруг сообразила, что давно не видела шестой девчонки и быстро пересчитала подружек. Так и есть. Их было пятеро. Пять! Мята пропала!
- Это был ветер, Алиса! Всего лишь ветер! - повторила за Валькой Нина.
- Он печку задул, вот ты и испугалась, - пробормотала Натуся. - То и хорошо, что задул. А то уже попахивало.
- Вы же не слепые! Почему не видели её? - надрывалась Лиса. - Она была здесь! Была! Стояла! Смотрела!!
- Алиса! Послушай! Никого не было. Никто сюда не приходил! - голос Вальки зазвучал медленно и уверенно. - Это всё сурочь! Из-за неё тебе мстится! По-хорошему, тебе бы в бане попариться. Чтобы стало полегче.
- Может, в устье её? - предложила Нина. - Меня в детстве баба туда сажала.
- Нас всех туда сажали... когда болели...
- Ну вот! А раньше, давно-давно, печь вообще вместо бани была!
- Точно! - Валька подошла к печке, осторожно пощупала разогретую стену. - Дядька рассказывал, что деревенские там парились, этим, как его... щелоком натирались и травами. А смывали всё в комнате. В тазу или... лоханьке!
- Воды у нас нет. И щёлока тоже...
- Зато печь разогрелась! Алиса может там просто посидеть, чтобы паром пробрало!
- Точно! Ты молодец, Нинк! Классно придумала! - девчонки загалдели довольно. - Пока печка не остыла, пускай попробует!
Лиса слышала их, но не понимала смысла. Все мысли были сейчас о женщине с медвежьим лицом. Почему она преследует их? Выбирает очередную жертву? И то, что девчонки не видят её... не знак ли, что жертвой будет она, Лиса??
- Алис, ты должна залезть в печку... - кажется, это сказала Валька. - Она уже прогорела. Но жар остался. Ты прогреешься, и сурочь отступит. А потом, когда в деревню придём, бабка Сима её на что-нибудь переведет. Нужно только будет пригрозить ей. Мне тётка рассказывала - как. Я тебе подскажу.
- Алиса, - к сестре подключилась Галька. - Тебе нужно пролезть через устье. Там дальше будет место вроде пещерки. Ты поместишься. Посидишь там, согреешься. Может, и легче станет...
- Станет, станет! - одновременно заговорили Натуся и Нина. - Алиса, только быстрее давай, пока еще тепло.
Плохо понимая, что делает, Лиса сунулась в темный провал, и её обдало волной жара. Лицу и рукам сделалось нестерпимо горячо, но выбраться ей не позволили - наоборот, подтолкнули поглубже, приговаривая, что все будет хорошо.
Застряну! - только и успела подумать Лиса, а цепкие лапки шишиморки ухватили её за подмышки и втащили внутрь. Раскаленный воздух ожёг легкие, застыл в груди горячим комком. Лиса закашлялась, а над ухом успокаивающе затарахтело. Те же лапки стащили с Лисы футболку, потянули джинсы и носки... Спине сделалось колко. Кто-то больно прошёлся по коже сухим травяным пучком. Что-то плеснуло на стены, и густой пар заполнил клетушку. Запахло пряно и резко - как от разогретой на солнцепеке травы на исходе августа. Пот залил лицо. Удерживать голову становилось всё труднее. Лиса почти ничего не видела и лишь хрипела: «Пустите, пустите... я не могу дышать... мне плохо...»
Наконец, её услышали - что-то загремело снаружи, и навстречу Лисе сунулась широкая деревянная лопата.
Лиса схватилась за крепкое полотно, и последующий резкий рывок выволок её из печи.
Другие руки подхватили Лису, погрузили в теплую душистую воду, принялись намыливать, тереть, приговаривать что-то, покашливая.
Откуда вода? - только и успела подумать Лиса. А потом сквозь мыльную пелену разглядела рыжую шерсть да вытянутую медвежью морду...