Прошло время. Улеглись в деревне волнения, вызванные таким радостным событием, как полет Гагарина. Весна в разгаре. У крестьян работы прибавилось. Соседей на телевизор стало меньше приходить. Хозяева вздохнули свободнее. Случались дни, что вообще никого не было. Марья даже удивлялась этому. Отвыкли уж без толпы чужих людей в избе жить.
В один из апрельских дней, Настя вышла на улицу. Видела, что почтальонка проходила мимо. Женщина знала, что Настя дома всегда бывает, когда приносила почту, пару раз стучала ей в окошко. В этот раз она мимо прошла. Но Настя все же вышла, посмотреть, не кинула ли почтальонка в ящик газету.
Газеты в ящике не было, но на самом дне притаился конвертик. Он как то прилип к задней стенке, сразу и не увидишь. Настя даже подумала, что может это письмо еще со вчерашнего дня лежит, никто его не заметил.
Настя вытащила конверт, с красивой картинкой на нем, прочитала от кого. Сердце забилось чаще. Письмо было из Москвы, от Виктора. Столько времени он не отвечал. Настя с Мишкой решили, что дядьке чем то не приглянулся их ответ, вот и не пишет. Было обидно, что снова отказался Виктор от родства с ними. Да насильно мил не будешь.
Настя вернулась в дом, не читать же такие письма на улице. Лучше уж дома, не торопясь, внимательно, когда не надо прислушиваться, не ревет ли Танюшка.
Она уселась поудобнее возле стола, вынула из конверта два листа, исписанных убористым почерком и принялась читать. Оказалось, что правильно они с Мишкой подумали, что Виктор был каким то боком причастен к запуску Гагарина в космос, да и спутников, что летали раньше.
Он хоть и не писал об этом напрямую, но догадаться было несложно даже ей. Читать письмо было легко. Виктор не строил из себя важного начальника. Он радовался, что Настена вышла замуж, что дочка у нее растет. Писал так, будто они всю жизнь были рядом.
Был доволен, что и Валентина ему ответила по доброму. Признала брата. Не отреклась от него, как он в свое время отказался от них. Пригласила его к себе в гости.
За удачное завершение многолетней работы, за какую то разработку, Виктора представили к награде. И ему предоставлен отпуск на две недели. Хотелось бы больше, но пока нет такой возможности. Работа же не закончилась, она теперь только начинается. Все еще впереди.
Известие об отпуске взбудоражило Настю больше всего. Виктор писал, что на майские праздники поедет в родную деревню, к Валентине. А потом, если все получится, как он думает, они с сестрой приедут к Насте. Он просто не может представить, как выросла его племянница, и очень хочет познакомиться с ее семьей.
Вечером, когда вся семья была в сборе, Настя перечитала письмо.
- Видишь, мы правильно с тобой думали. Виктор пишет, что в последнее время очень занят был. Готовили этот полет. В гости приехать обещает.
Марья разволновалась. Такой начальник, аж из самой Москвы, да к ним в гости. Как они его принимать то будут. Как бы не опозориться. Деревенские, они и не знают вовсе, какие в городе порядки.
Настя, хоть и тоже в какой то момент подумала об этом, но тут ответила.
- А что нам. Это он для кого то начальник, а мне так он родной дядя. Я его, когда маленькая была, “тятей” звала. Встретим, как свою родню. Не переживай. Не понравится, так как хочет. Пусть посмотрит, как мы живем.
Настя хоть и хорохорилась, но сама задумалась, как бы перед московским гостем не опозориться. Решила, что к празднику надо прибраться получше. Занавески не грех бы на окошки новые повесить. Поделилась своей задумкой с Марьей.
- Полотна бы вот надо на задергушки на окна, а заодно и накидушку на телевизор выстрочить. Подзоры то у меня еще почти новые, обойдусь.
Марья молча пошла в чулан, принесла отрез белого материала.
- Вот, берегла себе, сама знаешь зачем. Да тут нужнее. А случись что, так поверх земли все одно не оставите. А строчить то кто будет.
- Мама, что ты городишь то. Про что думаешь. Завтра к Нинке схожу. Уговорю ее, не откажет, чай. Если что, так я с Таней к ней смогу походить. Повожусь и с Юркой ее заодно, пока Нина работать будет. Только бы у нее заказов не было. А то ведь не одни мы такие дельные. Праздник на носу, всем охота покрасоваться.
На другой день Настя отправилась к подруге. Пришла и с порога вылепила, что ей прямо вот обязательно надо на майские праздники занавески новые повесить на окошки.
- Насть, ты что, сдурела что ли. До праздника то всего ничего осталось. Когда это я успею. Дома то ничего не успеваю делать. А тебе чего это приспичило, вынь да выложь.
Пришлось Насте коротенько рассказать о своем дяде, который из Москвы собирается к ним в гости приехать.
- Вот, а задергушечки то у нас старенькие уже, застиранные все. Охота мне новые повесить, чтоб глаз радовали. Я уж прибираться начала. Стены все вымыла, потолок побелила известкой и печку тоже. Еще вот пол да лавки в избе выскоблю.
- Да ладно тебе про лавки то с потолком. Ты лучше про дядю своего расскажи. Чего старик то раньше к вам не приезжал. И ты его никогда не поминала.
Настя рассмеялась, когда Нинка Виктора стариком назвала. У них с ней разница то совсем не большая. Нинке сейчас тридцать два года, а Виктор с двадцать пятого. Получается ему в этом году тридцать шесть будет.
Нинка уставилась на подружку. Чего такого она сказала, что Настя хохочет и остановиться не может. Наконец та успокоилась.
- Нин, тот старик то тебя на четыре года всего старше. Рано ты его в старики записала. - Она замолчала, о чем то задумалась о своем, а потом неожиданно продолжила. - Я знаешь чего подумала. А не сосватать ли нам вас. Вот бы пара хорошая получилась. Ты не гляди, что он разведенный. Жена то от него ушла, что детей не было. А у тебя то Юрка есть. Хватит вам одного.
Нина ошалело смотрела на подругу. Совсем видно Настька с ума сошла. Надо ведь, чего придумала.
- Совсем ты, подружайка, видно сдурела. Вон чего напридумывала. Да разве глянет твой Виктор на бабу деревенскую, да еще и с дитем нагулянным. У него, чай, в Москве их не пересчитать. Ладно, приноси свое полотно, да нитки сороковку не забудь. Только помогать водиться будешь приходить. А то не успею я. Копотное ведь дело то.
Настя довольная поспешила домой. Вечером, когда они с Мишкой улеглись спать, она зашептала ему, чтоб свекровь не слышала.
- А что если нам Виктора с Нинкой свести. Он ведь там в своей Москве с тоски погибает. А она здесь мается. Вот и получилась бы парочка, гусь да гагарочка. - Нина довольно захихикала. Ей уже это идея не казалась совсем сумасбродной. Только вот как все это сделать, надо придумать. Свахой то она никогда не была. Ох, приедет то он совсем не надолго. Так бы можно было что то придумать. А тут все в сроки упирается.
Мишка даже присел на кровати, внимательно поглядел на жену. Он не понял, смеется та или и вправду ей такая мысль в голову пришла.
- Настена, ты чего. На самом деле так придумала, женить их.
- Конечно. Только вот придется про Лазарева Нинке рассказать. А то получится, вроде как скрыли. Хотя что, теперь уж про то и не вспоминает никто. Мне их жалко. Мыкаются оба. А тут бы сошлись и больно бы хорошо.
Оба замолчали. Мишка не знал, что на это сказать. А Настя думала о другом. Не хотела про это Мишке говорить. Но и в себе держать больше не могла. Ей опять стала чудиться музыка. Звуки скрипки, тихие, манящие. В такие моменты она зажимала уши, хотя и понимала, что звук то где то в голове ее сидит. Она успокаивала сама себя, что видно по роду ей передалось. Только вот не все в их роду слышали эту скрипку.
А сейчас она с нетерпением ждала приезда Виктора. Очень уж ей хотелось узнать, бывает у него такое или нет.
Настя не стала откладывать дело с занавесками в долгий ящик. На другой день, когда Марья с Мишкой ушли на работу, она собрала Танюшку, завернула ее в одеяло, прихватила материал, нитки рассовала по карманам и отправилась к Нине. Хоть и болела у нее душа, что дома еще не все прибрано к празднику, но тут тоже было важное дело.
Что ей втемяшилось в голову, что новые занавески просто необходимо повесить, она и сама не знала. Но вот хотелось и все. А тут уж, когда такое бабское хотение появляется, тут никакие преграды не страшны. Ничего, дома она все успеет сделать.
- Ты, Нинка, не переживай. Я ведь заплачу тебе. - чтоб подбодрить Нину, объявила Настя.
- Вот еще надумала. Ты, чай, моя подруга коренная. Я с тебя никаких денег не возьму.
Но Настя даже спорить с ней не стала. Знала, что с деньгами у подруги туго. А тут они ей кстати будут. Отдаст, и никуда Нинка не денется, возьмет, как миленькая, еще и рада в душе будет.
Почти весь день просидела она у подружки. Качала ее Юрку, когда тот начинал кукситься. Пообедала Нинкиной похлебкой. Только к вечеру домой собралась. Скоро свекровь с работы придет. Нина, провожая Настю домой, пообещала, что она и вечером посидит, и завтра пораньше возьмется за работу. Только бы Юрка дела делать дал.
Домой Настя шла довольная. Как захотела, так и получается. Будут ей к празднику новые занавески на окошках.