Все началось с того, что я каждый день стала находить на улице сто рублей.
Иду по тротуару и вижу: несет ветром к моим ногам желтенькую бумажку. Поднимаю, разворачиваю — сотенная купюра. Присяду на скамейку в парке, глядь, опять что-то желтеется на земле. Не поленюсь, нагнусь: ну конечно это она, сотня. И так было ровно семь дней. Потом как отрезало. Сколько под ноги не смотрела, ничего не находила.
Как-то вечером сижу в кухне у окна, любуюсь закатом и разговариваю сама с собой:
— Что же это было-то? И спросить не у кого. Почему мне деньги только неделю под ноги ложились? Я бы и дальше не отказалась обогащаться таким образом.
После этих слов в комнате что-то грохнуло, звякнуло и покатилось.
Прибежав на звук, я увидела на полу мою любимую вазочку, которая всегда стояла на подоконнике. Окно было закрыто, кошки в доме нет, и кроме меня в квартире никто не проживает.
“Чертовщина какая-то”, — подумала я. Восстановив порядок, на всякий случай перекрестилась, потом кому-то погрозила пальцем, сказала: “Не балуй!” и отправилась спать.
***
Ночью мне приснился странный сон.
Вижу я человечка примерно метрового роста, с белой окладистой бородой и усами. Личико у него розовое, нос картошкой, а хитрые голубенькие глазки прячутся под мохнатыми бровями. На ногах у него красные сапожки, в которые заправлены синие шаровары. И все это великолепие завершает белая косоворотка, расшитая цветами и листьями.
Сидит этот красавец на столе, ножками болтает и строго так мне выговаривает:
— Вот ты недовольна, что деньги больше на улице не валяются. А те, что нашла, куда дела? Ась?
А я, вроде как робея, отвечаю:
— Колготки купила, банку кофе да лампочку в люстре поменяла. Разве много купишь на семьсот рублей?
— То-то и оно! — ворчит старичок. — Профукала денежки. Нет бы меня порадовала: конфет купила, плюшек да баранок. Разве тебя бабушка не учила, что домового нужно задобрить? Тогда в жилище будет порядок и достаток.
— Так ты домовой? — с любопытством рассматривая гостя, спрашиваю я. — Симпатичный какой! А мне казалось, что ты страшный.
Человечек захихикал и пропал.
Тут я проснулась, но в голове у меня все звучали слова ночного посетителя: «Домового задобрить нужно!»
В тот же день я накупила всевозможных сладостей и разложила их на столе в красивых вазочках. Перед сном сказала. . .
. . . дочитать >>