Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
— А вы? — Мари посмотрела на Ноэля.
— Мы с Марио из одного выпуска, — улыбнулся офицер. — Когда узнали, что полковник Бермудес собирает тех, кто готов воевать за свободу Никарагуа, сразу прибыли в Гондурас. Правда, нас тут никто не ждал — пришлось даже посидеть в тюрьме. Но теперь мы в деле и готовы отомстить сандинистам за погибших парней.
— Но ведь вы тоже можете погибнуть…
— Сеньорита, лучше погибнуть за родину, чем быть человеком второго сорта на чужбине.
— Вы считаете, что сможете победить? — Мари вновь глотнула из чашки.
— А зачем начинать войну, если нет уверенности в победе? — усмехнулся Марио.
— А ваши родные? Они в Никарагуа или покинули страну?
— Наши родители живут в Манагуа… Они не знают о нашей судьбе, — вздохнул Ноэль.
— В таком случае мы не будем вас фотографировать, чтобы случайно не подвергнуть вас и ваших родных риску… С вашего позволения, пойду пообщаюсь с женщинами. — Мари поднялась, набросила ремень кофра на плечо, подхватила фотокамеру и направилась к домикам.
— Вы служите при штабе? — Андрей, пригубив из чашки, вновь закурил.
— Простите, но нам не хотелось бы обсуждать некоторые вопросы службы.
— Ну, нет так нет, — пожал плечами Андрей. — Расскажите, куда забросила вас судьба после того, как пришлось покинуть Никарагуа.
— Семнадцатого июля семьдесят девятого, когда стало известно о бегстве Сомосы и большинства старших офицеров гвардии… С верными коммандос, приняв бой, нам удалось вырваться из столицы., — глядя на крышку стола, произнес Ноэль. — Мы осознавали, что до границы с Гондурасом нам не добраться: к тому моменту сандинисты уже контролировали все дороги, ведущие на север. Посовещавшись, приняли решение направиться в Потоси. Наш выбор оказался верным — сандинисты не взяли под контроль этот маленький порт. На рыбацких лодках мы переправились в Сальвадор, где пограничники нас сразу разоружили. После этого с нами побеседовал офицер контрразведки. Нас отправили на военную базу, а через три дня предложили либо вступить в ряды гвардии Сальвадора, либо покинуть страну. Мы с Марио предпочли отправиться в Майами… Вот только там нам не оказали теплого приема. В аэропорту нас арестовали, отвели в какую-то комнату, где сотрудница пограничной службы орала на нас целый час. Благо, мы ни слова не понимаем по-английски, а она не знала испанского… — засмеялся офицер, глядя на улыбающегося друга. — В общем, было несложно слушать ее визг. Потом появился какой-то светловолосый сеньор в дорогом костюме и с сигарой в руке, но он тоже не владел испанским. Он пытался поговорить с нами, но толку… Часа через три-четыре наконец-то появился тот, с кем мы смогли поговорить. Нас отвезли в город и поселили в трехэтажном доме, где уже жили несколько офицеров и солдат гвардии. Нас кормили — не сказать что хорошо, но это лучше, чем ходить голодным. Снабдили деньгами, небольшими, но можно было позволить себе выпить пару чашек кофе в городе. С поиском работы были проблемы, ведь мы не знали английского… Но через пару недель мы оба устроились грузчиками в большой магазин. Зарплата небольшая, но платили еженедельно. Вот только не об этом мы мечтали…
— Работа грузчиками изматывала, но больше всего угнетало отсутствие каких-либо перспектив… — вздохнул Марио. — Так прошел год. Как-то раз в одном захудалом баре, куда мы захаживали по выходным, мы встретили бывшего полковника ВВС Никарагуа Гомеса. Нам доводилось с ним общаться еще будучи курсантами пехотной школы. Он не ходил вокруг да около, а прямо спросил, готовы ли мы сражаться за Никарагуа. Признаемся, это было неожиданно… Мы спросили полковника, готов ли он пойти с нами? И он твердо ответил: «Да». Признаюсь, мы думали пару минут… Спустя неделю нас отправили на одну из американских военных баз во Флориде, где мы прошли подготовку по ведению партизанской войны. В Гондурас мы прибыли пару месяцев назад и нас сразу арестовали, отправив в тюрьму… Там мы пробыли пару дней. Паршивое место, скажу я вам. Потом приехал полковник Бермудес в сопровождении сеньора, которого мы уже видели в Майами, и нас мгновенно освободили.
— То есть в штабе вы сидеть не будете? — улыбнулся Андрей.
— Мы будем воевать там, где прикажет полковник Бермудес.
— А полковника Гомеса вы видели после прибытия в Гондурас? — Уин рассматривал сидящих напротив офицеров.
— Полковник Гомес командует ВВС FDN.
— У FDN есть авиация? — на лице Грегори отразилось удивление.
— Есть… — кивнул Марио. — Только не спрашивайте, чем располагает наша армия…
— Не слабо… — качнул головой Андрей. — А что вами двигало, когда вы решили вернуться и с оружием в руках бороться с теми, кто победил вас всего два года назад?
— Сложно ответить на ваш вопрос, — задумчиво произнес Ноэль. — Наверное, это смесь чувств… Обида, что нас лишили Родины, военной карьеры, к которой мы готовились целых три года. Что наши родные остались в стране, где к власти пришли коммунисты…
— Вы оба военные и понимаете, что сандинисты не сидели сложа руки. Их армия стала профессиональней, их тренируют кубинцы и русские, они вооружены новейшим оружием, у них появилась артиллерия, включая системы залпового огня, танки, а также вертолеты, которые способны быстро перебросить солдат и выжечь огромную территорию в джунглях, недоступную для артиллерии, — Андрей одним глотком допил кофе.
Желающие угостить автора кофе могут воспользоваться кнопкой «Поддержать», размещённой внизу каждой статьи справа.
Законченные произведения (Журналист в процессе, но с опережением) вы можете читать на площадках Boosty (100 рублей в месяц) и Author Today.