- Как будто под юбку всем заглянул, а там исподнее не первой свежести, - брезгливо скривился Саныч.
- Да, гадюшник знатный!
- Как с людьми теперь общаться, Алла Владимировна? Я их как под микроскопом вижу. И это надо же! Куда пальцем ни ткни, всюду грязные тайны.
- Идеальных людей нет. Но чтоб такое?! – Алла свернула машину в деревню.
Невысокий дом Саныча сиротливо ютился в конце улицы.
- Холодрыга! Ну, ничего, сейчас печку затоплю, - приглашая в дом Аллу, поёжился он.
- А я перекусить нам сварганю.
Через час небольшая комната наполнилась теплом и уютом, на сковороде томился плов. Алла не зря прихватила из морозилки курицу. Знала, куда едет. Когда Саныч чем - то обеспокоен, он может не есть по нескольку дней.
- А это от нашего доблестного генерала, - небольшая бутылочка, запечатанная сургучом, появилась на столе, - Он сам так рвался со мной поехать, но Люся его не отпустила.
- Я не удивлён. Если б её дома не было, точно бы сбежал генерал из-под ареста жены.
- А я специально приехала к нему, когда Люся дома была, - беспокойство вдруг омрачило лицо Аллы, - Сердце у него стало часто пошаливать. Волнуюсь я очень.
Подарок Петренко разогнал кровь по венам, раскрасневшись, оба вспоминали о былых приключениях, оба и смеялись, и горевали.
- У меня никак не идёт из головы твоя директриса. Тётка ушлая оказалась, это ж надо, все в деревне были у неё в руках, - вернулась Алла к цели своего приезда, - Саш, надо бы нам всё проверить, как следует. Вдруг старуха из ума выжила и фантазировала, что она агент 007?
- А что делать с заключением эксперта?
- Предоставим это Петренко. Он завтра же направит комиссию для проверки, вот она - то и найдёт косяк в экспертизе, а дальше - дело техники. Нам же с тобой надо присмотреться к каждому из её досье, особенно к тем, кто совершил преступления, а не зашёл к соседке за солью и не остался на всю ночь в чужой койке.
******
На следующий день в семь утра Саныч, как водится, нашёл дворничиху в подсобке. По раскатистому храпу было понятно, что на сон она не жалуется.
- Мне казалось, я здесь учителем работаю, - бормотал Саныч, ловко орудуя лопатой. Грести школьные ступени уже входило у него в привычку. За этим занятием и застали его учительница английского и завуч.
- Сан Саныч на чужое место метите? - усмехнулась англичанка Зоя Алексеевна.
- Да что ты, Зоя, он у нас на директора замахнулся, уже и кресло себе греет, - не удержалась уколоть завуч.
- Вы бы, Татьяна Георгиевна, лучше расписание изменили, математику теперь буду вести я.
–Видишь, уже командует, - фыркнула завуч и забежала в школу.
- Ну, что же вы? Догоняйте коллегу.
Англичанка сжала узкие губы и последовала за Татьяной Георгиевной.
- Ох, и тяжко мне будет! - вытирая пот со лба, вздохнул Саныч.
Уроки тянулись необычно долго. Он машинально давал задания, объяснял новый материал, а сам всё время думал о предстоящем с завучем разговоре.
Она была первой в его списке.
После уроков Саныч обычно шёл в столовую перекусить, но в этот день кусок не лез в горло.
Он ждал когда к нему в кабинет зайдёт Татьяна Георгиевна.
Она задержалась. То ли дети стали причиной её опоздания, то ли намеренно подчёркивала свою значимость?
- Что вы хотели, Сан Саныч? Говорите скорее, у меня дополнительные занятия, - Татьяна Георгиевна зашла в кабинет директора через двадцать минут после назначенного времени.
- Боюсь, скорей не получится, - указал на стул Саныч.
Разговор был более чем неприятный, и тема уж слишком щекотливая, поэтому он никак не мог решить с чего начать.
- Я не поняла, мы в молчанку играть будем? - разозлилась завуч.
- Почему ваша дочь оклеветала в домогательствах невиновного парня? – спросил напрямую Саныч, и стало как-то легче.
Татьяна сникла в одно мгновение, пожухла как степная трава под палящим солнцем. От её наглой ухмылки не осталось и следа.
- Почему вы так решили? - пробубнила она, пряча глаза.
- А это не правда? Если это так, я приношу вам свои извинения и готов забыть об этом неприятном разговоре раз и навсегда.
Что творилось в душе у завуча, одном Богу известно! Все муки мира отразились на её лице, Саныч даже подумал, что пора вызывать скорую. Бледными, трясущимися руками она вытирала взмокший лоб и по очереди оба глаза. Выступившие слёзы всё равно скатывалась по щекам.
Саныч видел, как она старается выжать из себя ответ на его вопрос. Ей с огромным трудом дался взгляд прямо Санычу в лицо.
- Теперь я вам платить должна???
- Что, простите???
- Надеюсь, вы не поднимите цену? Анна Дмитриевна брала с меня ползарплаты.
Саныч вытаращил глаза.
- Ну, и все премии конечно, - неправильно поняла его негодование Татьяна.
Продолжение следует…