Зиму, когда трещат морозы, и стёкла покрываются причудливыми ледяными узорами, Саныч любил больше всего.
Так тепло и уютно становилось в его небольшом доме - трещали в печке дрова, языки пламени бросали тени на бревенчатые стены, ветер завывал за окнами, а на столе дымился самовар, и всегда в огромном глиняном блюде с диковинными птицами было много выпечки - пирожки, ватрушки, рогалики. Всю эту вкусноту обильно покрывали конфеты. Саныч никогда не стеснялся того, что он - сладкоежка. Цена на Мишку или Белочку его вовсе не смущала, он брал с полки в магазине конфетку, долго крутил её в руках, и на нюх, а он у учителя химии был уникальный, определял, свежая ли она.
Каждый вечер Саныча был похож один на другой. Перед сном после бани он наливал большую чашку крепкого чая и брал конфетку. Раскусит её пополам, одну половинку долго смакует, а другую положит рядом на расправленную обёртку и поглядывает, - мол, подожди, и до тебя очередь дойдёт. И вдогонку за конфеткой ватрушечка с домашним творожком. Объедение! Ноги в тёплых вязаных носках вытянет и смотрит любимые фильмы, конечно же, про Шерлока Холмса, про Пуаро, про Коломбо.
Иногда позвонит Алле, если связь есть, в их деревеньке это почти роскошь. В районном центре по - другому, там сеть есть всегда. Как-то заманивали Саныча перейти туда в большую школу, он всегда отказывался.
- Пока малокомплектная школа у нас в Медвежьем углу есть, никуда не уйду. И здесь детки есть, и здесь учить их кому-то надо.
******
В этот январский вечер свой ритуал Саныч не нарушил. Выпил чаю, съел конфету и включил очередную серию Коломбо. Предвкушая новое расследование, он удобно устроился на диване и потянулся за булочкой. Не успели герои на экране совершить коварное преступление, как его телефон ожил.
Очень удивившись, Саныч полез в потрёпанный кожаный портфель. Телефон разрывался, а Саныч всё вынимал и вынимал школьные тетрадки, которые ему ещё предстояло проверить.
- Да кто там?
- Александр Александрович, беда у нас! - услышал он взволнованный голос завуча.
- Что случилось?
- Анна Дмитриевна умерла....
- Как?! - булочка выпала из рук, - Я сегодня утром в школе её видел.
- Утром ещё живая была, а сейчас умерла! - раздались в трубке надрывные рыдания.
- Отчего?
- Сердце.
- Господи! Ужас какой! Сколько ей лет было?
- Семьдесят пять. Жить да жить ещё.
Следующие несколько минут завуч рыдала, а Саныч с трудом соображал, как вполне здоровая, энергичная женщина могла уйти из жизни.
- Где вы? Я сейчас приеду.
- Я в районе, здесь и заночую. Вы, пожалуйста, завтра меня подмените и расписание составьте, математики - то ведь не будет, - залилась она снова слезами.
- Хорошо, хорошо, вы не беспокойтесь, я всё сделаю, - Саныч искал слова, уместные в этом случае, но завуч уже повесила трубку, а он так и не нашёлся как утешить и поддержать её.
Вечер в одно мгновение превратился в томительную пытку ожидания рассвета, а когда солнце бросило первый косой луч на заснеженную землю, Саныч с портфелем под мышкой рванул в сельскую школу.
Вместо того, чтобы сметать снег перед учебным днём дворничиха крепко спала в подсобке. Не долго думая, Саныч схватился за лопату и принялся яростно сгребать снег с со ступенек. Физический труд и свежий морозный воздух вернули ему душевное равновесие. Раскрасневшись, он за полчаса расчистил и широкую деревянную лестницу, и дорожку, ведущую к воротам.
- Ой, Александр Александрович! А вы что так рано? - выбежала на крыльцо дворничиха.
- Дела, - бросил он и, вручив ей лопату, зашёл в кабинет с табличкой директор.
Нескольких минут хватило Санычу чтобы набросать расписание. Когда дошло дело до уроков математики, которые уже много лет вела директриса, он задумался и, послюнявив карандаш, вписал их тоже.
- Ничего, сам справлюсь.
Его мысли снова вернулись к худощавой энергичной директрисе. Уложить в голове то, что её больше нет, совсем не получалось. Что-то пугающее и несправедливое было в её внезапной кончине.
Ход его мыслей прервал женские голоса, доносившиеся из коридора.
Саныч посмотрел на часы, до начала школьных занятий оставалось ещё пятнадцать минут. Резким рывком он открыл дверь.
Восемь заплаканных женщин бурно обсуждали смерть начальницы. Увидев его, обступили со всех сторон, засыпая вопросами.
- Сан Саныч? Что же это такое? Вам подробности уже известны? Может быть уроки сегодня отменим?
- Кто вам сказал??? - его голос терялся среди криков и рыданий, - Ааа, понял, завуч. Прошу коллеги возьмите себя в руки, на вас дети будут смотреть.
- Какие дети? Никто в школу не пришёл, - вышла вперёд учительница русского языка Антонина Павловна.
- Как не пришли???
- А вот так! Мы в деревне живём, новость разлетелась мгновенно, и родители оставили детей дома.
- Это что же получается? Все прогуливают?
- Почему прогуливают? Горе у людей. Все скорбят.
Стационарный телефон из кабинета директора призывно загудел, пришлось Санычу вернутся.
Звонили из управления образования, сначала принесли дежурные соболезнования, а потом деловито поставили известность, что с сегодняшнего дня он исполняет обязанности директора,
- Мы надеемся на вас.
- А почему не завуча назначили и.о. ?
- Вы -мужчина, должны брать на себя ответственность, в такую-то трудную минуту, - пристыдили его в трубке, и раздались короткие гудки,
Саныч повесил трубку на старый чёрный аппарат и откинулся. Шум из коридора не прекращался. Надо было что-то делать, что-то им сказать. Спина после махания лопатой гудела, и что-то тёплое и мягкое приятно согревало его.
Он обернулся. На спинке стула висела вязанная зелёная шаль. Эта шаль была неизменным атрибутом Анны Дмитриевны. Слёзы выступили на глазах, вдруг подумалось - "Человека уже нет, а её шаль висит на прежнем месте, как будто сейчас зайдёт её хозяйка и накроет им замёрзшие плечи".
Он решительно встал, вытер слёзы и вышел к учителям.
- Коллеги, сегодня уроков не будет. Мне звонили из управы, с этого дня я буду исполнять обязанности директора. Прошу вас, расходитесь, и пожалуйста, не распускайте лишних сплетен. Как только получим всю информацию, сообщим на общешкольном собрании.
А потом, не оборачиваясь, Саныч направился к выходу.
Ему вслед что-то говорили, он не слушал. Слишком тяжело было, слишком много для него сделала Анна Дмитриевна.
******
Тяжёлые серые тучи нависли над деревней.
Саныч через сугробы пробирался к дому директрисы. Он не хотел идти, но вспомнил о собаке Каштане. Пёс, наверное, голодный со вчерашнего дня, да ещё и на цепи.
Что ещё мог сделать Саныч?
Подходя к занесённому снегом дому, он почувствовал тошноту, и по мере приближения становилось только хуже.
А когда Саныч открыл калитку и прошёл по протоптанной в снегу дорожке во двор, почти сразу же натолкнулся на бездыханное тельце Каштана. Снег вокруг стал рыхлым, и алые капли словно красные бусины разметало по сторонам.