Катя приехала на свою дачу, выскочила из машины и сразу заметила их — свекровь с каким-то хлыщом средних лет в костюме, будто его купили на распродаже в "Всё для офиса", и с кожаным портфелем, весившим больше, чем его владелец.
— А что вы тут делаете?! — её голос дрожал от негодования, но вышло пронзительно, как у рассерженной чайки.
Людмила Семёновна — женщина, которая всегда выглядела так, будто собирается принять парад, — оторвалась от созерцания сорняков у крыльца дачи и посмотрела на невестку с выражением вселенской скорби.
— Катенька, милая, как хорошо, что ты приехала! — свекровь раскинула руки для объятий, которых Катя ловко избежала, проскользнув мимо. — Мы тут с Аркадием Петровичем как раз... ну, знаешь... формальности обсуждаем.
"Формальности" — это было новое слово в лексиконе Людмилы Семёновны, которая обычно изъяснялась более прямолинейно: "Отдай", "Положено", "Не жадничай".
Катя внутренне содрогнулась. После смерти тёти Веры шесть месяцев назад эта старая дача на окраине садового товарищества стала её единоличным наследством. И, боже мой, как же быстро свекровь прониклась любовью к этому месту! Можно подумать, у неё самой не было трёхкомнатной квартиры в центре и домика на Волге.
— Аркадий Петрович — юрист, — представила мужчину свекровь, как будто это объясняло его присутствие у чужой собственности. — Мы тут... обсуждали наследственные нюансы.
— Нюансы? — Катя почувствовала, как у неё начинает дёргаться веко.
— Дачка-то твоя, — пропела Людмила Семёновна тоном, которым обычно говорят "солнышко сегодня яркое". — А ты ведь часть семьи. Нашей семьи.
Последние два месяца Катя наблюдала, как дача превращается в филиал пионерлагеря имени Людмилы Семёновны. Сначала приехали две её подруги — "просто на чаёк", но остались на неделю. Потом младшая золовка с тремя детьми, один громче другого, превратили грядки в полосу препятствий. А когда на веранде появился спаниель свекрови, который до этого жил в городской квартире и рассматривал дачу как отхожее место, Катя поняла — это война.
— Аркадий Петрович, объясните, зачем вы здесь? — Катя обратилась к юристу напрямую, игнорируя свекровь, что было равносильно публичной пощёчине.
Мужчина оживился, как марионетка, в которую вдохнули жизнь:
— Видите ли, ваша уважаемая свекровь обратилась ко мне с вопросом о возможности оформления дачного участка в долевую собственность... В интересах семьи, так сказать.
— В долевую собственность, — повторила Катя, чувствуя, как внутри неё разгорается пожар. — А кто будет в доле?
— Ну как же, семья! — воскликнула Людмила Семёновна, будто это было очевидно. — Я, Костя (это был муж Кати, который, кстати, ни разу не приехал помочь с участком), Леночка с детьми...
— То есть, все, кроме меня? — уточнила Катя, и ей показалось, что даже воздух вокруг них застыл от напряжения.
— Ты же не будешь жадничать? — свекровь произнесла свою коронную фразу, которая в переводе означала "отдай добровольно, иначе заклюю".
Катя медленно выдохнула. Последние три недели она замечала, что что-то происходит. Свекровь стала слишком часто упоминать о том, "как всё сложно с наследством, если вдруг что". Намекала на то, что "лучше всё оформить на старшего в роду". А вчера Катя случайно услышала телефонный разговор, в котором Людмила Семёновна кому-то говорила: "Не волнуйся, к выходным дача будет наша".
И вот теперь — юрист. Как будто всё по закону.
— Хорошо, — внезапно сказала Катя, и по лицу свекрови разлилось выражение торжества. — Давайте оформим всё правильно.
Людмила Семёновна чуть не захлопала в ладоши.
— Аркадий Петрович, покажите бумаги, которые нужно подписать, — продолжила Катя таким тоном, будто соглашалась купить пачку масла, а не отдать недвижимость. — Но сначала... у меня есть одно маленькое условие.
Свекровь напряглась, как гончая, почуявшая подвох.
— Давайте юрист проверит, кто тут платит за коммуналку, ремонт и содержание территории, — Катя произнесла это, доставая из сумки аккуратную папку с документами. — Просто для ясности.
— Это... это не имеет значения! — запротестовала Людмила Семёновна. — Главное — семейные узы!
— Нет-нет, давайте по закону, — настаивала Катя, раскрывая папку. — Вот квитанции за электричество за последний год. Все оплачены мной. Вот счета за воду. Тоже я. А вот, — она вытащила толстую пачку чеков, — все расходы на ремонт крыши, замену труб и покупку нового забора. Угадайте, кто платил?
Юрист заинтересованно склонился над документами, как археолог над древними артефактами.
— Знаете, Людмила Семёновна, — медленно произнёс Аркадий Петрович, и его голос вдруг обрёл профессиональную твердость, — если вы не вкладывались в содержание имущества, ваши претензии юридически ничтожны.
— Что значит "ничтожны"?! — вскрикнула свекровь так, что спугнула воробьев с ближайшей яблони. — Я морально поддерживала! Я советы давала!
— "Сделай грядки шире" и "Покрась забор в зелёный" — это не вклад в недвижимость, — отрезала Катя, чувствуя, как внутри поднимается волна непривычной смелости. — А вот счета за септик на шестьдесят тысяч — это вклад.
Юрист кашлянул, осторожно складывая документы обратно в папку.
— С юридической точки зрения, наследница имеет полное и неоспоримое право распоряжаться имуществом по своему усмотрению. Особенно учитывая, что она единолично несёт расходы по его содержанию.
Лицо Людмилы Семёновны начало меняться, как небо перед грозой. Сначала побледнело, потом покрылось красными пятнами, а затем приобрело оттенок переспелого баклажана.
— Ты... ты не посмеешь выгнать семью! — в её голосе звенели истерические нотки. — Что скажет Костя?
— О, я уже сказал ему, — спокойно ответила Катя. — Сегодня утром показала все счета и объяснила, что его мама хочет отобрать у меня наследство. Знаете, что он ответил? "Мама всегда так делает. Разбирайтесь сами".
Это был момент, когда мир Людмилы Семёновны начал рушиться, как карточный домик. Она-то рассчитывала, что сын встанет на её сторону! Ведь он всегда так делал — молчал, опускал глаза, отступал. Но на этот раз он не стал вмешиваться, и это было хуже любого предательства.
— У вас есть час, чтобы собрать вещи, — Катя посмотрела на часы. — Всех вещей: своих, золовки, детей и собаки. Особенно собаки.
— Ты не можешь так с нами поступить! — свекровь перешла в последнюю атаку. — Это семейное гнездо!
— Это моё наследство, — твёрдо ответила Катя. — И да, я могу.
Аркадий Петрович, который теперь смотрел на Катю с нескрываемым уважением, аккуратно прокашлялся:
— Людмила Семёновна, боюсь, что действительно можем уходить. Тут всё чисто с юридической стороны.
— Ты... ты... — свекровь задыхалась от возмущения. — Чем я заплачу этому юристу?! Я рассчитывала на доход от дачи!
Катя внезапно рассмеялась — легко и свободно, как не смеялась уже давно.
— Спасибо за юриста. Он мне очень пригодился!
***
Через месяц Катя стояла на крыльце дачи в последний раз. Риелтор уже ждал с покупателями, которые согласились на её цену без торга. "Отличное место, ухоженный участок, крепкий дом," — нахваливал он потенциальным владельцам.
Свекровь узнала о продаже на семейном ужине, когда Катя вошла в квартиру с бутылкой дорогого шампанского.
— Это что? — подозрительно спросила Людмила Семёновна.
— Отмечаем продажу дачи, — безмятежно ответила Катя, откупоривая бутылку. — За очень хорошие деньги, между прочим.
Лицо свекрови вытянулось, как будто она проглотила лимон целиком.
— Ты продала... семейное гнездо?! — в её голосе звучал такой ужас, будто Катя как минимум сожгла родовой замок.
— Теперь у меня есть деньги на новое гнездо, — Катя подмигнула мужу. — Без вашей семьи. Мы с Костей купим квартиру. Только для нас двоих.
Людмила Семёновна рухнула на стул с таким выражением лица, что Катя мысленно пожалела, что не сделала фотографию. Это было бесценно — видеть, как рушатся чужие планы на твоё имущество.
— Кстати, — добавила Катя, наливая шампанское, — Аркадий Петрович теперь мой личный юрист. Оказался очень порядочным человеком. Посоветовал мне хорошего нотариуса для оформления брачного контракта.
Костя, который до этого молча наблюдал за происходящим, вдруг улыбнулся и поднял бокал:
— За новую жизнь! Без лишних... нюансов.
И в этот момент Катя поняла, что выиграла не только битву за наследство, но и гораздо более важную войну — за своё право решать, с кем и как строить семью. А лицо свекрови, которая только сейчас осознала масштаб своего поражения, действительно было бесценным.
✅ Советуем почитать также :