— Доченька, оплати, пожалуйста, мой юбилей в ресторане, я хочу отпраздновать его именно там! — потребовала мать.
— Мама, у нас же есть возможность прекрасно отметить дома, зачем такие траты на такое дорогое место? — удивилась Лена.
— Что, я не заслужила отметить свой день рождения достойно? Не могу пригласить гостей в хороший ресторан? — обиделась Зинаида Сергеевна.
— Почему сразу "не заслужила"? Если тебя беспокоит, что в твоей квартире недостаточно места, то можно устроить праздник у меня в гостиной. Я даже помогу с приготовлением блюд, — предложила дочь.
— Нет! Это мой юбилей, и я хочу, чтобы все было шикарно: красивый зал, изысканные блюда, разнообразные деликатесы, — размечталась женщина. — И чтобы обслуживали официанты, не меньше трех.
— Мам, нас же будет немного…
— И гостей, чтобы человек тридцать, не меньше!
— Где же ты планируешь взять столько людей? Нас всех вместе с твоими подругами едва ли наберется десять человек.
— Не считай моих подруг, — уперла руки в бока мать. — Я, может быть, хочу пригласить двоюродную сестру Марию с семьей и друзей детства. И весь отдел с работы!
— Но родственников же нужно будет где-то разместить, у них ведь здесь нет жилья, — заметила дочь.
— Вот и займись этим! Сними гостиницу. В общем, начинай готовиться вместо того, чтобы со мной пререкаться!
— Мама, ты осознаешь, насколько это затратно? — предприняла очередную попытку дочь.
— Разумеется! Моя пенсия скромная, зарплата невелика, мне такое мероприятие в одиночку не осилить. Поэтому я и говорю, что ты должна взять это на себя!
— И как ты себе это представляешь? У меня ведь ипотечный кредит!
— И что теперь? Из-за того, что ты купила квартиру, я должна остаться без праздника? — обиженно произнесла Зинаида Сергеевна.
Из кармана ее домашнего халата показался краешек носового платка.
— Я предложила тебе отличное решение: отмечаем у меня, я помогу с организацией, закупкой продуктов и приготовлением блюд. Если тебе так хочется, я даже готова разместить тетю Машу у себя, но…
— У Маши есть муж и дети, которых я давно не видела и хочу, чтобы они все приехали, — настаивала мать.
— Мам, у детей тети Маши уже свои семьи, свои дети, ты и их пригласишь? — пыталась вразумить упрямицу дочь.
— А что такого? Ты же сама говорила, что нужно где-то раздобыть тридцать гостей, вот так и наберем, — не уступала мать.
— Тогда можно и соседей по площадке позвать для массовки! — воскликнула Лена. — Ты хоть понимаешь, что говоришь глупости?
Женщина изо всех сил старалась сохранять спокойствие, но нелепость требований матери выводила ее из равновесия.
— Вот всегда так! Ты всегда хочешь сделать по-своему, решить все за меня! Даже мой юбилей решила перекроить по своему вкусу!
— Если ты сама оплатишь все свои прихоти, то я с удовольствием приду на твое торжество в этот ресторан! — рассердилась Лена. — Но ты ведь хочешь, чтобы я дала тебе денег, а я говорю, что у меня нет такой возможности!
— Ну постарайся же! Придумай что-нибудь!
— И что я, по-твоему, должна сделать? Наверное, напечатать фальшивые купюры? Что еще? — с раздражением ответила дочь.
— Не знаю! Оформи ссуду!
Лена уже ничему не удивлялась, потому что когда Зинаиде Сергеевне требовались деньги, она не гнушалась ничем.
— Какую еще ссуду, мама? Ты вообще меня слышишь? У меня ипотечный кредит, свободных средств нет! Из чего я буду выплачивать долг?
— А когда ты в отпуск летала, про выплаты не вспоминала! — упрекнула мать.
— Боже мой, да я впервые за три года выбралась в отпуск по выгодному предложению, неужели я не имею права на отдых?
— Отдыхай, ради бога, кто тебе мешает? — пробурчала Зинаида Сергеевна. — Если перед матерью никаких обязательств нет, и совесть молчит, то почему бы и не отдохнуть?
Лена постаралась успокоиться и спокойно объяснить матери.
— Ну зачем ты опять заводишь старую песню, мам? Ты же прекрасно знаешь, что я из кожи вон лезу, не покупаю ничего лишнего. Я и так во всем себя ограничиваю, чтобы иметь возможность тебе помогать.
— Большая помощь, нечего сказать! — съязвила она в своей обычной язвительной манере.
— Я каждый месяц вношу плату за твою квартиру…
— Да что там за квартплата такая?
— И каждую пятницу продуктовые наборы тебе привозят, тоже за мой счет…
— Нашла, чем попрекать! Продукты! Да разве мне много надо?
— Независимо от того, много тебе надо или нет, ты за это не платишь. Даже корм для твоего кота покупаю я.
— Ах, теперь ты будешь перечислять, что я тебе должна? — с обидой произнесла Зинаида Сергеевна, прикладывая платок к лицу.
— Мам, я не собиралась тебя упрекать, но ты сама начала этот разговор.
— А ты только и ждешь момента, чтобы попрекнуть мать куском хлеба!
— Мам…
— Что «мам»? Я одна тебя растила! Я когда-нибудь требовала с тебя отчета? А ты только и подсчитываешь, сколько ты мне дала!
— Я не строю никаких предположений, но больше помочь просто не в состоянии, — убеждала Елена. — Если я оформлю кредит ради твоего юбилея, как ты того хочешь, то на что я буду существовать дальше? Чем оплачивать твою квартиру и еду?
— И снова мать во всем виновата!
Зинаида Сергеевна вытерла слезы.
— Да дело не в этом, мам, — с грустью ответила Лена. — Я говорю о том, что ты всегда обращаешься ко мне, когда тебе что-то нужно, а когда я окажусь в трудной ситуации, к кому мне идти?
— Я всегда тебе твердила – нужно было выйти замуж! Была бы у тебя семья, сейчас бы этих проблем не существовало!
Нащупав новую тему для конфликта, Зинаида Сергеевна воспрянула духом. Платок вернулся в карман.
— Интересная у тебя логика, мама, — изумилась дочь. — А ты не допускаешь мысли, что в браке у меня было бы еще больше трат? Или что мой муж отказался бы тебе помогать?
— Так нужно было выбирать достойного мужа, а не такого, который заставит тебя забыть о матери, — возразила та.
— Ему и не обязательно заставлять. Может, он захотел бы помогать своим родителям, и тогда твои нужды все равно легли бы на мои плечи.
— Так ищи того, кто в состоянии тратить деньги и не считать каждую копейку. Или в том, что ты одна, тоже мать виновата?
Лена замерла, не сумев сразу подобрать контраргументы.
— И какой смысл сейчас это обсуждать? — спохватилась она через минуту. — Нет никакого супруга. И тебе все равно придется смириться с тем, что я не могу выделить тебе ту сумму, которую ты запрашиваешь.
— И что же, по-твоему, мне остается? Отменить торжество только потому, что у меня такая алчная дочь?
— Я не алчная. И я бы с удовольствием организовала тебе шикарный банкет, но максимум, что я могу себе позволить – это скромное мероприятие дома на десять персон. Больше у меня просто нет средств, понимаешь? Негде взять.
— Ну почему же… — задумчиво произнесла мать. — Если захотеть, всегда можно найти выход из трудного положения…
— Ты о чем? — нахмурилась дочь.
— О твоем автомобиле! — с воодушевлением заявила Зинаида Сергеевна.
— Ты можешь продать автомобиль, это ведь значительные деньги! Конечно, при срочной продаже выручишь меньше, но все равно этих денег будет более чем достаточно, — углубилась в размышления мать. — Хватит и на мой банкет, и на оплату гостиницы для родственников, и даже на новое платье!
Её глаза загорелись от восторга, и она крепко прижала руки к груди.
— На мой юбилей ты подаришь мне те самые восхитительные серьги, которые я недавно заприметила в магазине! И к ним еще колечко в комплект!
Лена, ошеломленная, молча слушала, не находя слов.
— Мам, ты серьезно?! Я за эту машину пять лет кредит выплачивала! — наконец выдохнула она. — Ты хоть представляешь, как это тяжело? Платить сразу по двум кредитам?! Я экономила на всем и брала дополнительную работу, чтобы свести концы с концами!
— Но ты же как-то справлялась, а теперь не хочешь немного помочь своей матери!
— Немного?! Да это огромные деньги!
— По сравнению с твоей машиной, мой юбилей – сущие пустяки!
— Ты предлагаешь продать машину, чтобы небольшую часть потратить на твой юбилей? Где здесь логика? И на какие деньги я потом её куплю?
— Можешь купить что-нибудь попроще. Да и вообще, зачем тебе эта машина? Бензин сейчас дорогой, и обслуживание тоже недешевое, — продолжала мать.
— Если ты забыла, мне приходится ездить на работу на другой конец города, — немного успокоившись, ответила Лена.
— Есть же общественный транспорт, — возразила мать.
— На общественном транспорте я буду приезжать в офис только к обеду. Или придется вставать на два часа раньше.
— Слишком много сна — к беде!
— А как ты на дачу добираться станешь, если я машину продам? — Лена уперла руки в бока, словно стараясь удержать надвигающуюся бурю. — В автобусе трястись?
— Зачем мне этот автобус? — мать замахала руками, словно отгоняя назойливую муху. — Там духота, ехать – целая вечность. Да и как я потом, с сумками неподъемными, от остановки доберусь?
— Ну вот и выходит, машина нужна не только мне, но и тебе, кровиночка моя.
— Ерунда! — отрезала мать. — Нет острой необходимости в твоем автомобиле, всегда можно такси вызвать.
— И кто же будет это такси каждую субботу оплачивать, интересно знать?! — Лена вновь вспыхнула, как спичка. — Мам, да сколько можно сказки рассказывать?!
— Никакие это не сказки, — насупилась мать, как обиженный ребенок. — Я тебе решения предлагаю, а ты только отговорки ищешь!
— Все равно я не полезу в кредитную кабалу! И машину продавать не стану. Свой выход из ситуации я тебе озвучила, а ты нос воротишь, так что… — Лена красноречиво развела руками, давая понять, что дискуссия окончена.
— И что же? Это все, что ты можешь сказать? Вот так и оставишь мать без поддержки в старости? — Зинаида Сергеевна заговорила плаксивым голосом, готовая вот-вот разразиться слезами.
— Не без моей помощи, конечно. Я готова подставить плечо, но, увы, в пределах разумного. А банкет в помпезном ресторане на тридцать персон, да еще и с оплатой гостиницы для всей родни из Мухосранска – это уже за гранью моих скромных возможностей, — отрезала Лена.
— Ну вот, опять ты за свое! — мать вновь принялась теребить платочек. — Ни капли сочувствия! Ни грамма поддержки! Что ни предложи – все в штыки!
— Мам, ну хватит, пожалуйста… — устало вздохнула Лена. — Мы же все обсудили. Мое решение не изменится.
— Ах ты, неблагодарная! — заголосила мать, заламывая руки. — Сколько сил в тебя вбухала! Всю душу вывернула! А теперь за каждую копейку должна выслушивать упреки!
Лена слушала этот поток несправедливых обвинений, чувствуя, как в груди поднимается волна кипящего гнева.
— Вот если бы ты ко мне обратилась, я бы ради тебя… — продолжала причитать мать, утирая слезы.
— Если бы у меня была машина, я бы ее продала, не задумываясь!
Платочек снова обрел свое скорбное предназначение.
— Если бы тебе понадобились деньги, я бы даже квартиру… даже квартиру! — она запнулась, будто произнесла святотатство, и вперила в Лену испытующий взгляд.
— Мама, ты серьезно?! — Лена не верила своим ушам. — Да это же абсурд! Просто безумие!
— А я, может, об этом празднике всю жизнь мечтала! — захлебывалась в слезах мать. — Ночами видела, как созову гостей, как закачу пир на весь мир! А тебе все равно, как будто у меня каждый год этот дурацкий юбилей!
— Знаешь что, мама?! — выпалила Лена, словно выпустила на волю птицу, которую долго держала в клетке.
Она с неприятным удивлением осознала, что Зинаида Сергеевна — настоящая вымогательница, пиявка, присосавшаяся к ней и не намеренная отпускать, пока не выпьет все до последней капли.
— Я устала тебе что-то доказывать и оправдываться! Да, я неблагодарная, жадная дочь! Пусть так! Поэтому денег на этот праздник ты от меня не дождешься! Ни копейки!
Мать застыла, словно пораженная громом, глаза выпучены в немом изумлении.
— Устраивай свой банкет хоть в трактире, хоть в царских палатах, меня там не будет! — кричала Лена, чувствуя, как с плеч сваливается глыба многолетней вины, душившая ее все эти годы.
— И больше не жди, что я буду оплачивать твою квартиру и продукты! У тебя, в конце концов, есть пенсия и зарплата! Хватит жить за мой счет!
— А ты мои деньги не считай! — прошипела мать, словно гадюка, ужаленная в самое сердце.
— А вот и нет! — огрызнулась Лена, в ее голосе звенела сталь. — Ты моя мать… но ради своих прихотей ты готова обречь меня на нищету и бездомность! И хоть раз ты сказала спасибо за то, что я помогала тебе? Забудь! Теперь сама выпутывайся!
С этими словами Лена, словно выпущенная из лука стрела, вылетела из квартиры Зинаиды Сергеевны, оставив за собой лишь хлопок двери, прозвучавший как выстрел.
Шумный юбилей обернулся тихим вечером в кругу немногочисленных родственников и верной подруги. Накрытый в скромной квартире Зинаиды Сергеевны стол зиял пустотой – отсутствием самого важного гостя. Лена не пришла.
Зинаида Сергеевна пыталась склеить разбитые осколки прошлого, взывала к семейным ценностям, но Лена оставалась непреклонной. Память о нанесенной обиде жгла сильнее материнских увещеваний. Ведь семья – это святое, но иногда, чтобы выжить, приходится сжигать за собой мосты. Иначе можно остаться на пепелище.