Пассажирский лайнер «Пегас» благополучно завершил гиперпрыжок и направился к Амаре – четвёртой планете в системе Тау Лебедя. Десять палуб «Пегаса» вмещали без малого три тысячи пассажиров, которые с большим или меньшим комфортом – в зависимости от стоимости билета – могли путешествовать от звезды к звезде, с планеты на планету. За последние десятилетия такие перелёты стали обыденностью. Научные достижения в области подпространственной физики позволяли едва ли не мгновенно преодолевать расстояния в десятки парсеков.
Связавшись с единственным на планете космопортом, «Пегас» занял на место орбите. Амара была промежуточной остановкой в его маршруте. Пассажиров, пожелавших здесь сойти, набралось немного, человек пятьдесят. Хватило одного рейса челнока-шатла, чтобы доставить их с парящего на орбите лайнера на поверхность планеты. Шатл приземлился в карантинной зоне космопорта. Покинуть её можно было только после полного медицинского обследования, которое, к счастью, проводилось автоматизированными сканерами и занимало лишь несколько минут.
Одной из первых под арку сканера вошла высокая стройная девушка. Белые с платиновым отливом волосы оттеняли загорелое лицо и ярко-синие глаза. Костюм выглядел нарочито деловым, и в то же время длина юбки была чуть короче общепринятой, а покрой пиджака эффектно подчёркивал грудь.
По экрану перед оператором сканера побежали строчки: данные вживлённого чипа – современного аналога паспорта, биометрия и результаты обследования. Линора Локс. Человек. Цель приезда – участие в межпланетной ксенозоологической конференции. Возраст 27 стандартных земных лет, рост 175 см, вес 68 кг. Среди прочего сканирование выявило, что платиновые волосы на деле были париком, а глаза прикрывали контактные линзы. Эти сведения не вызвали у оператора никаких подозрений – чего не сделаешь ради красоты. Сам, принадлежа к человеческой расе и будучи мужского пола, он весьма положительно оценил внешность мисс Линоры.
В конце списка зелёным высветилось главное: инфекционные заболевания, паразиты и запрещённые к провозу вещества отсутствуют; галактической полицией не разыскивается; посещение планеты разрешено.
– Добро пожаловать на Амару! – объявил оператор. – Надеюсь, пребывание здесь доставит вам удовольствие. Вам присвоен статус туриста, который будет действовать в течение месяца. Если захотите продлить своё пребывание на планете, обратитесь в миграционный центр. Обращаю внимание на то, что телефонная связь на территории космопорта заблокирована, из соображений навигационной безопасности. Но вы можете отправить и принять сообщение через многофункциональные информационные стенды. – Закончив со стандартным набором фраз, оператор улыбнулся девушке уже лично от себя.
– Спасибо! – Ответная улыбка Линоры была мила и слегка загадочна. – Где я могу получить багаж?
– По коридору направо.
Оператор задержал взгляд на её удаляющейся фигуре, и повернулся к следующему пассажиру – сириусианцу, похожему на лиловый полутораметровой высоты шампиньон.
***
Вещи пассажиров съезжали по конвейеру, проходя через похожий, но меньшего размера сканер. Чемодан Линоры – мятно-зелёного цвета, с туго набитыми боками, уже стоял на полу у края конвейерной дорожки. Через минуту подъехала её вместительная, и в то же время элегантная дорожная сумка. Девушка перекинула сумку через плечо и, включив встроенный в дно чемодана антиграв, легко потянула его за собой.
Космический вокзал был шумен и многолюден – с той, конечно, поправкой, что «многолюдность» означала все виды разумных существ, похожих и непохожих на землян. При помощи того самого многофункционального стенда, о котором говорил оператор, Линора вызвала виртуальный проводник и приказала:
– На стоянку такси!
– Маршрут составлен. Следуйте за указателем, – произнёс мелодичный голос.
На полу под ногами девушки мигнула светящаяся стрелка и заскользила вперёд.
– Быстрей! – поторопила Линора. Она взбегала по ступенькам эскалатора, не дожидаясь пока он сам довезёт её, в лифтах нетерпеливо постукивала каблучком. Наконец, виртпроводник вывел её на террасу верхнего этажа. За прозрачной стеной виднелись выстроившиеся в ряд флайер-такси. Стрелка скользнула к одному из расположенных вдоль стены пультов заказа, мигнула и исчезла. Из динамика пульта донёслось:
– Для заказа такси, назовите конечную остановку или выберите нужное из предлагаемого списка.
Линора развернула перед собой перечень отелей и начала выбирать подходящий. Внезапно рядом раздался голос – не вежливый голос робота, а хрипловатый мужской баритон:
– Вы слышали о метаморфах?
Линора вздрогнула. Повернув голову, она посмотрела на человека, стоящего у соседнего пульта. Худой, но не тщедушный, а жилистый и подтянутый, как гепард. Коротко остриженные седеющие волосы. Крючковатый нос, нависающий над тонкогубым ртом.
Незнакомец скосил глаза, бросив на Линору короткий взгляд, и уставился в свой экран. Девушке уже показалось, что она ослышалась, но мужчина заговорил снова:
– Метаморфы, – повторил он. – Самые опасные хищники во вселенной. Они могут принимать любой вид: соблазнительный – если надо приманить жертву, или кошмарный, чтобы парализовать её ужасом и не дать сбежать. Но самым отвратительным является их истинный облик.
– Вы с «Пегаса»? – спросила Линора. – Кажется, я видела вас на корабле.
– Да. Я вас тоже там видел, только вы выглядели иначе.
– Может потому, что сменила причёску? – с нервным смешком сказала девушка.
Мужчина возобновил свою лекцию о метаморфах:
– Схватив жертву, они обволакивают её, подобно амёбам, и выпускают пищеварительные кислоты.
Линору передёрнуло от отвращения.
– Вы случайно не участвуете в конференции по ксенофауне?
Мужчина кивнул.
– Я планирую её посетить, но не в качестве докладчика, а только слушателем.
– Хочу вам заметить, мистер... – Линора приостановилась, вопросительно взглянув на незнакомца.
– Брай Хантер, – представился мужчина.
– Так вот, мистер Хантер, горячо интересующая вас тема метаморфов не будет обсуждаться на конференции хотя бы потому, что они не являются животными, а причислены к разумным видам инопланетян.
– Весьма спорное утверждение! – фыркнул Брай Хантер. – Любому ясно, что метоморфы – это звери. Агрессивные, дьявольски хитрые, настолько опасные, что их планета взята в постоянную блокаду. Некоторым тварям, к сожалению, удаётся пробраться во внешний космос. А знаете, как зовётся их планета? Горгона! Само название кому угодно внушит ужас и отвращение.
У Линоры иссякло терпение.
– Зачем вы мне это рассказываете? Если немедленно не оставите меня в покое, я вызову службу охраны!
– Неужели вызовите? – насмешливо спросил Хантер.
– Конечно!
Резким жестом Линора смахнула с экрана сведения об отелях и поднесла палец к красной кнопке тревоги. Хантер отступил назад.
– Извините! – поспешно произнёс он. – Не хотел вас обидеть.
Пятясь, мужчина сделал несколько шагов и смешался с заполнявшей вокзал толпой.
– Просто псих! – прошептала Линора. Вернувшись к списку отелей, она ткнула в первый попавшийся.
– Заказ принят, – пропел голос робота. – Вам забронировано такси номер восемь. Время ожидания 20 минут.
Линора потянулась за чемоданом и обнаружила, что он пропал.
***
Девушка растерянно огляделась вокруг. Брайя Хантера уже след простыл. Да и он ли украл её вещи? Разве что отвлекал внимание, пока действовал сообщник. Связаться со Службой Безопасности космопорта? «О нет! – тут же отвергла она эту мысль, – Вдруг, найдя чемодан, они захотят заглянуть внутрь? Только не это!»
Не успела Линора на что-то решиться, как из-под потолка опустился служебный робот-дрон.
– Линора Локс? – осведомился аппарат, зависнув в метре от её лица.
– Да, – настороженно ответила девушка.
– Всех пассажиров, прибывших на лайнере «Пегас», просят пройти в комнату 7А-9, – сообщил робот.
– Зачем?
– На лайнере «Пегас» обнаружены следы пребывания метаморфа. Для расследования инцидента могут потребоваться ваши свидетельские показания.
«Опять метаморфы!» – Линора почувствовала, как вдоль позвоночника пробегает нервная дрожь.
– Моё присутствие необходимо? Официально заявляю, что ничего не знаю об этом случае.
– Линора Локс, – бесстрастно произнёс аппарат, – вас настоятельно просят пройти в комнату 7А-9.
Линора обернулась на заманчиво близкий выход. Такси уже ждало её. Но у дверей в этот момент разыгрывалась весьма некрасивая сцена. Истеричного вида дама пыталась раздвинуть двух служащих, загораживающих ей путь наружу. Над головой дамочки тоже висел дрон, повторяя: «Виржиния Уизгли, пройдите в комнату 7А-9»
Служащие – исконные обитатели Амары, выглядевшие как гибрид черепахи с осьминогом, сдерживали мадам Уизгли дважды восьмью конечностями, а она охаживала их сумочкой:
– Вы не имеете права меня задерживать! Уберите свои щупальца!
На помощь коллегам спешило ещё несколько охранников. Линора сомневалась, что сможет проскользнуть мимо. Да и как быть с чемоданом?
– Я иду, – смирилась девушка. – Покажите дорогу.
Стрелка виртпроводника зажглась на полу, указывая вглубь здания. Прежде чем уйти, Линора зачем-то достала тюбик с сухими духами и мазнула ими подошву туфли.
***
Комната 7А-9 оказалась комфортно обустроенным залом ожидания. Длинное помещение разделялось на несколько зон. Группами стояли мягкие диваны для землян, специальные стойки для отдыха сириусианцев, бассейны для жителей Амары и ещё кое-какая мебель, удобная другим галактическим расам.
Большинство пассажиров с «Пегаса» были людьми. Линора заметила среди них Брайя Хантера. Собрав вокруг себя кружок слушателей, он вдохновенно описывал им, на какие ужасы способны метаморфы.
К Линоре подошёл сотрудник Службы Безопасности:
– Офицер Сандадру, – представился он. – Сожалею, что мы вынуждены задержать вас, но этого требует чрезвычайная ситуация. Полагаю, всё разъяснится в течение ближайшего часа. А пока располагайтесь и отдыхайте. Все удобства, включая бар и видеосалон, предоставляются космопортом Амары совершенно бесплатно.
Офицер был родом из системы Веги и внешне мог сойти за землянина – пока не начинал моргать третьим глазом или шевелить щетинистыми жабрами в складках шеи. Несмотря на эти особенности, он выглядел по-своему привлекательным мужчиной. Линора приветливо улыбнулась:
– Спасибо, мистер Сандадру! Не беспокойтесь, я понимаю необходимость принятых мер. Скажите, а что именно нашли на «Пегасе»? О каких следах идёт речь?
– Точно не известно. Сообщение с орбиты было очень коротким. Мы ждём подробный рапорт, но лайнер попал в зону помех.
Брай Хантер беспардонно влез в разговор:
– Наверняка, это была слизь! Метоморфы всюду оставляют продукты своей жизнедеятельности – мерзкую вонючую слизь.
– Продукты вашей жизнедеятельности тоже с душком! – осадила его Линора.
Она ещё бы поболтала с офицером, но тут в комнату ввели громко возмущающеюся Виржинию Уизгли.
– Я не обязана ждать! Или вы считаете, что я это не я, а маскирующийся метаморф? – схватив за грудки ближайшего из сопровождающих, она завизжала ему в лицо: – Вы так считаете?!
– Нет, что вы! – Кажется, бедняга предпочёл бы иметь дело с настоящим метаморфом.
Офицер Сандадру поумерил её пыл, заявив:
– Я имею право арестовать вас за нападение на сотрудника космопорта. Тогда ждать вам придётся в менее комфортных условиях и куда дольше!
Это остановило скандалящую даму от распускания рук, но не уменьшило количества претензий. Амарцы, что привели мадам Уизгли, поспешили ретироваться, так что её внимание переключилось на Сандадру. Добрых пять минут она изливала на него всё, что думает о качестве обслуживания, отсутствии воспитания у персонала и даже усомнилась, соблюдается ли на Амаре Галактическая Конституция. В конце концов, офицер пообещал передать её жалобы самому высокому начальству и юркнул за дверь с надписью «Служебное помещение. Посторонним вход воспрещён».
Линора отнесла сумку в ячейку хранения, заказала робобармену коктейль и теперь с бокалом в руке наблюдала за товарищами по несчастью. Часть пассажиров успели задержать в карантине. Здесь, в комнате 7А-9, девушка насчитала десять человек, двух ящеров-рептилоидов и одного грибообразного сириусианина. Впрочем, кто-то мог находиться в кабинке видеосалона или ещё как-то выпасть из её поля зрения.
Ни с кем из этих людей Линоре не приходилось сталкиваться на «Пегасе», или встречи были столь мимолётны, что она не запомнила лиц. Только Брай Хантер вызывал у неё смутные воспоминания. В переполненном шатле она не разглядывала соседей, а после посадки постаралась первой заскочить в один из трёх карантинных сканеров. Два других, наверняка, заняли Уизгли и Хантер. Такие как мадам Уизгли всегда лезут без очереди, а вот куда торопился Хантер?
Линора посмотрела на него сквозь стекло бокала. Мужчина продолжал разглагольствовать о метаморфах. Любопытных слушателей у него было достаточно.
– Несколько лет назад наши рейнджеры нашли в малоисследованном рукаве Галактики сбившийся с курса корабль. Это была печально известная «Тигровая Лилия». Когда рейнджеры поднялись на борт, они обнаружили, что весь экипаж «Тигровой Лилии» заменён двойниками. Эти существа только выглядели людьми, а на самом деле были самыми жуткими монстрами, каких порождала вселенная. Где была настоящая команда «Лилии»? Они лежали в своих каютах: полусгнившие и обглоданные. Метаморфы питаются любой органикой. Ещё немного, и от экипажа не осталось бы даже кусочка для взятия анализа ДНК. В тот раз метаморфам не удалось скрыть своих преступлений, а сколько кораблей пропадало бесследно!
Рассказчик обвёл взглядом потрясённо молчащую аудиторию. Линора заметила, как его губы скривились на миг в довольной усмешке, и вместо старательно внушаемой ненависти к метаморфам, девушка почувствовала отвращение к самому Хантеру.
Внезапно тишину нарушено скептическое покашливание. Пожилой человек, сидевший в кресле недалеко от Хантера, погладил разлёгшуюся коленях венерианскую игуану и произнёс:
– Насколько мне известно, экипаж «Тигровой Лилии» погиб из-за поломки системы жизнеобеспеченья. Так говорится в официальном следственном отчёте. Что касается метаморфов на её борту...
Договорить ему не дали. Со всех сторон полетели возражения:
– Как можно верить официальным сообщениям!
– Давно уже ясно, что правительство скрывает от нас правду!
– Дай только волю инопланетным тварям, и они захватят даже Землю!
Старик не стал спорить. Пожав плечами, он снова погладил пупырчатую спину питомца, но игуане не понравился поднятый шум. Она спрыгнула на пол и забралась под кресло.
– А как отличить метаморфа от человека? – спросила девушка, толи белокожая от природы, толи побледневшая от жутких историй Хантера.
– Никак! – заявил он. – Вы не заметите подмены, если только тварь сама не совершит ошибку: согнёт колено под странным углом или отрастит себе семь пальцев вместо пяти. Но есть один верный способ узнать, кто перед вами!
Хантер извлёк из кармана небольшой прибор: из удобно ложащейся в ладонь рукояти торчали два металлических штырька.
– Это электрошокер, – объяснил он. – Всегда ношу его с собой. Для человека разряд не смертелен, хоть и неприятен. Для метаморфов тоже, но удар током заставляет их принять истинное обличье. Вид, конечно, не для слабонервных, – Хантер мрачно усмехнулся. – Гигантские слизни – вот кто они на самом деле. Бесформенные, колышущиеся, как наполненные мутной жижей мешки. При этом они полупрозрачны, так что видны все внутренности, а так же то, что они заглотили и ещё не успели переварить.
Девушка из бледной стала зеленоватой. А Хантер продолжал нагнетать страсти:
– Даже если метоморф превратится в человека или какую-нибудь милую зверюшку – внутри он всё равно останется мешком со слизью. Ни мышц, ни костей – одна только разъедающая органику слизь.
Линора поставила бокал на ближайший столик и резко поднялась, собираясь уйти. Никто не заставляет её слушать эти тошнотворные россказни!
– И откуда, позвольте узнать, вы так хорошо знаете метоморфов? – бросила она через плечо.
Хантер улыбнулся, словно оскалился.
– О! Мне приходилось иметь с ними дело. – Он закатал левый рукав. Предплечье широкой полосой опоясывал похожий на ожог шрам. – Вот такая метка мне досталась от одного из них.
Среди слушателей пронеслись восхищённые шёпотки и просьбы рассказать эту, несомненно, героическую историю.
Линора решительно направилась прочь. Её подобные вещи не интересовали.
***
Девушка прошла через все зоны отдыха, с интересом посматривая по сторонам. Рептилоиды грелись под ультрафиолетовыми лампами. Семейная пара – земляне, пытались поговорить с сириусианцем, но тот на все вопросы повторял: «Приятно познакомиться!» Других земных слов он не знал, а попытки землян чирикать по-сириусиански вызывали у него явное недоумение. Из видеокабинки доносились звуки мультфильмов и заливистый ребячий смех.
Вместо громоздкого информационного стенда в комнате 7А-9 использовались небольшие – размером с футбольный мяч, мобильные инфороботы. Около десятка этих шарообразных аппаратов парили в разных частях комнаты, чтобы отвечать на любые возникшие у отдыхающих вопросы. Кроме того – об этом мало кто догадывался – роботы передавали изображение со своих камер на охранный пункт. Линора взмахом руки подозвала один из шаров. Подумав, что офицер Сандадру, возможно, видит её сейчас на экране, она улыбнулась и помахала ему. Затем ввела запрос, надеясь подтвердить свою догадку:
– Участники ксенозоологической конференции, которая начнётся завтра. С голографиями, пожалуйста.
Среди голограмм она увидела портрет хозяина венерианской игуаны. Профессор Альфред Иванов, почётный гость конференции. Человека, столь широких взглядов, что готов вставить слово в защиту метаморфов, стоило запомнить.
Обернувшись, Линора посмотрела на другой конец комнаты. Профессор дремал в кресле. Брай Хантер уже не обличал метаморфов, а стоял возле буфетной стойки, делая заказ в пищевом автомате. Его слушатели разошлись кто куда.
Линора снова обратилась к роботу:
– Дайте информацию об Амаре, в туристическом формате.
Робот спроецировал на стену экран и перед Линорой поплыли изображения местных ландшафтов и достопримечательностей. Придвинув себе табурет, не очень удобный, но всё же подходящий человеку, она приступила к просмотру. Иногда девушка просила дополнительные сведения. Её заинтересовал выращиваемый на Амаре алмазный жемчуг. Линора собиралась спросить, где можно приобрести эти эксклюзивные самоцветы, но экран вдруг исчез. Робот, погасив все индикаторы, медленно опустился на пол.
Линора огляделась. Все инфороботы лежали отключенными, хотя прочее оборудование комнаты отдыха работало исправно: робобармен смешивал напитки, робот-уборщик деловито елозил пол.
«Что происходит?» – решив выяснить это у Сандадру, Линора поспешила к служебной комнате. На полпути её остановил полный горести возглас:
– Бедный, бедный Годзи!
Профессор Иванов стоял на коленях, разглядывая что-то на дне бассейна для амарцев. Линора подбежала к нему одной из первых и замерла, поражённая увиденным. Другие люди подходили, смотрели и отшатывались с миной отвращения на лице.
В бассейне среди лужи пенящейся слизи лежал скелет игуаны с держащимися ещё кое-где на костях остатками мяса и чешуи. На шейных позвонках болтался керамический жетончик с именем Годзилла.
– Метаморф…
Сначала слово было произнесено шёпотом. Перелетая от человека к человеку, оно звучало всё уверенней и громче, из вопроса превращаясь в утверждение.
К бассейну шагнул Брай Хантер.
– Да, похоже на их дела, – с авторитетным видом заключил он.
– Нас заперли вместе с чудовищем! – завопила Виржинии Уизгли. – Выпустите меня отсюда немедленно!
Расталкивая людей, дама кинулась к выходу, но внезапно с ещё более пронзительным визгом отскочила назад:
– Метаморф! Это он!
Дрожащим пальцем она указывала на мальчишку лет восьми. Мальчик выглядел тем ещё шкодником, озорная улыбка не сходила с его лица, хотя в глазах уже появилось недоумение от происходящего. Рядом с ребёнком стояла его точная копия – существо совершенно одинаковое от ботинок до веснушек на носу и непослушных вихров на макушке.
Толпа отхлынула от детей, вытолкав вперёд Хантера. Держа в руке шокер, он переводил напряжённый взгляд с одного мальчика на другого:
– Кто из них настоящий?
– Я! – хором ответили оба мальчугана.
– Вы собираетесь бить ребёнка током?! – возмущённо крикнула Линора.
– Это опасный хищник, только выглядящий ребёнком, – возразил Хантер. – По крайней мере, один из них.
– А если вы ошибётесь?
К детям подбежала растрёпанная женщина.
– Что тут происходит? – воскликнула она. – Уже на пять минут отойти нельзя, чтобы вы чего-то не натворили!
– Это ваш ребёнок? – Хантер шокером указал на двойников.
– Да.
– Который из них?
– Оба! Не видите что ли, что они близнецы?
Толпа облегчённо вздохнула, раздались смешки. Сконфуженная физиономия Хантера стала для Линоры истинным наслаждением.
– Рано радуетесь, – буркнул охотник на метаморфов. – Он где-то рядом.
***
«Почему Сандадру ничего не предпринимает?» – с тревогой думала Линора. Похожие вопросы возникли не только у неё:
– Где администрация?
– Где охрана?
– Им плевать, что нас вот-вот сожрёт плотоядный монстр! – истерила мадам Уизгли и требовала выпустить её из комнаты 7А-9, из космопорта, и даже вообще с Амары.
Линора и ещё несколько человек подошли к служебной комнате. Позади делегации переминался Хантер – теперь он не лез на первые роли. От одного толчка кажущаяся запертой дверь легко открылась.
Люди остановились на пороге так же, как незадолго до этого остолбенело замирали возле бассейна. Офицер Сандадру скрючившись лежал на полу. Шея выгибалась под немыслимым углом, лицо посинело, все три глаза закатились, оставив видимыми только белки.
Если бы речь шла о человеке, Линора не сомневалась бы, что он мёртв. Но девушке показалось, что шейные жабры чуть заметно трепещут, и, присев рядом с Сандадру, она попыталась нащупать пульс. Либо сердцебиения не было, либо у жителей Веги следовало искать его в другом месте. На запястье Линора заметила две красные точки. Не придав им в тот момент значения, девушка крикнула:
– Есть доктор? Кто-нибудь знает, как оказывать первую помощь веганцам?
В комнату заскочил мужчина и наклонился над телом.
– Ему можно помочь? – с надеждой спросила Линора.
Вместо ответа мужчина выхвалил из кобуры офицера бластер.
– Что вы делаете?!
– Хантер прав: метаморф среди нас. Нужно защищаться!
– Вы с ума сошли! Положите оружие! – потребовала девушка.
– Я пристрелю склизкую тварь! – Мужчина выбежал за дверь.
– Кто-нибудь, остановите его!
Линора поднялась на ноги. Колени дрожали, и она чуть не опёрлась на пульт слежения, занимавший половину комнатки, но вовремя отдёрнула руку. Сенсорная панель управления была залита той же студенистой жидкостью, что и бассейн с нечастным Годзиллой. Пластик где-то вздулся пузырями, а где-то прожёгся насквозь, вместе с проводами и микросхемами. Экраны на стене чернели, как пустые глазницы.
– Выпустите меня! – Виржиния Уизгли рванулась к дверям, но Хантер удержал её за руку:
– Мы заперты, – мрачно сказал он. – Я только что проверил. Дверь заблокирована, требуется пароль либо допуск старшего офицера.
Линора, чувствуя себя мародеркой, пошарила в карманах Сандадру и достала служебную ключ-карту.
– Попробуйте с помощью этого, – она протянула карточку Хантеру, а сама вернулась к пульту, надеясь запустить систему. Дублирующая кнопка включения располагалась с торца панели и не пострадала от слизи. Линора нажала её. Зажглось несколько экранов, показывая надпись «Нет связи». Отправить SOS Службе Безопасности космопорта было невозможно. Оставалось ждать, пока они сами заметят неполадки. Прокрутить назад запись камер, чтобы увидеть убийцу игуаны и Сандадру тоже не получалось. Впрочем, если преступник неглуп, то запись он стёр.
Вернулся Хантер, сокрушённо качая головой:
– Не вышло. А вы, я вижу, разбираетесь в охранных системах? Я думал вы зоолог.
– Одно другому не мешает. Дайте карту.
Выйдя из комнаты, Линора захлопнула дверь и провела карточкой по щели замка, запирая его. После чего громко объявила:
– Камеры слежения включены. Теперь всё, что тут произойдёт, будет записано, и улики уже не удастся уничтожить! – Линора знала, что врёт, но надеялась хотя бы так остановить новые преступления.
– Лучше, если ключ-карта будет храниться у меня, – предложил Хантер. Линора, не взглянув на него, протянула карту профессору:
– Вы кажетесь самым адекватным человеком.
Хантер злобно сверкнул на неё глазами, развернулся на каблуках и направился к диванам и креслам.
***
Все пассажиры «Пегаса» собрались в человеческой зоне отдыха, решив держаться вместе. Только рептилоиды продолжали беспечно нежиться в солярии, да мужчина, забравший бластер, заперся в туалетной кабинке и кричал, что пристрелит всякого, кто к нему подойдёт.
– Как думаете, кто же из нас метаморф? – спросил нервно икающий толстяк, пытающийся заглушить страх неразбавленным виски.
– Наверняка, кто-то из инопланетчиков, – заявила Уизгли. – Или ящеры – лежат, как будто их ничего не касается, или ходячая поганка.
– Приятно познакомиться! – произнёс стоящий рядом с ней сириусианец, но скандалистку это ни капельки не смутило.
– Мы все проходили через сканер, – напомнила Линора. – Метаморфа должны были засечь в карантинной зоне.
– Сдаётся мне, – сказал Хантер, – они научились как-то обманывать сканер. Способности метаморфов к маскировке поистине безграничны. Известен случай, когда один из них растёкся тонким, как ковёр, слоем и прополз в щель под дверью. А когда человек ступил на него – растворил подошвы ботинок. Они могут притворяться растениями, животными, даже мебелью.
Несколько человек с опаской пощупали кресла, на которых сидели.
– Кто-нибудь слышал, что произошло в прошлом году на Венере? Заметьте: совсем близко от Земли! Метаморф принял вид аттракциона на детской площадке и пожирал детей!
– Бредни! – сердито воскликнула Линора. – Вы ещё расскажите анекдот про метаморфа, притворившегося унитазом!
Над шуткой хихикнул только вконец пьяный толстяк. Брай Хантер сурово сдвинул брови:
– Совершенно не над чем смеяться. Вы знаете, что слизь метаморфа разъедает человеческую плоть за считанные секунды?
– Но офицера он не тронул, – заметил кто-то.
– Наелся ящерицей?
– Вообще не понимаю, зачем метаморфу нападать на игуану, когда в его распоряжении есть целый буфет с бесплатной едой, – сказала Линора.
– Не пытайтесь применять человеческие категории к логике инопланетного монстра, – наставительно произнёс Хантер.
Между кресел пробежали близнецы. В руках мальчишки держали стаканы с зелёной жижей и кричали: «Слизь! Слизь!» Один из шалопаев, споткнувшись, плеснул зеленью в лицо мадам Уизгли. Дама подскочила, собираясь устроить разнос, но едва открыв рот, глотнула неведомую субстанцию. Вытаращив глаза, она замерла на месте.
– Это кисель из мангояблок, – успокоила её мамочка сорванцов.
– Ненавижу! – прошипела Уизгли.
– Мангояблоки?
– Детей! – рявкнула Уизгли и ушла в дамскую комнату приводить себя в порядок.
Буквально через минуту оттуда донёсся вопль, и бледная как смерть Виржиния Уизгли выскочила обратно.
– Он там! Я его видела! Мета-а-а...
Покачнувшись, женщина осела на пол в глубоком обмороке.
Пассажиры широким полукругом столпились возле дверей женского туалета. Никто не решался подойти ближе, чем на три шага.
– Может ей опять примерещилось? Где эти чёртовы близнецы?
– Мои мальчики здесь и попрошу их не оскорблять! – ответила мать, цепко державшая сыновей за воротники комбинезонов.
– Позовите психа с бластером!
– Сам зови. Он скорее нас перестреляет.
– Может просто запереть дверь?
– Забыли что ли – эта тварь через любую щель пролезет.
Повисло напряжённое молчание. Линора глубоко вздохнула и шагнула вперёд.
– Я войду и проверю. Уверена, что там никого нет. У дамы просто истерика от того, что кое-кто запугал всех гнусными страшилками.
Быстро, так чтобы никто не успел её остановить, девушка распахнула дверь и скрылась внутри.
– Никого не вижу! – громко объявила она.
Дверь позади неё хлопнула, и в туалет вошёл Хантер. Линора недовольно поморщилась.
– Что вам тут надо? Это женский туалет.
– Нельзя же оставлять хрупкую девушку наедине с монстром.
– Каким монстром? Здесь пусто.
Линора обвела рукой помещение. У левой стены под зеркалом стояли три раковины. Справа располагались кабинки с пиктограммами на дверях: человечек для гуманоидов, грибок для представителей Сириуса, осьминог и, похожий на ангела, крылатый тау-китянин.
– Вы уже заглядывали внутрь? – поинтересовался Хантер.
– Нет, но позвольте, я сделаю это сама.
Линора направилась к дальней кабинке. Хантер за её спиной натянул на руки перчатки и достал шокер.
– Никого! – Линора захлопнула дверь с человечком и потянулась к следующей.
Брай Хантер одним прыжком подскочил к ней и прижал к стене. Шокер электродами коснулся щеки девушки, но включать разряд Хантер не спешил.
– Не вздумай кричать, красотка, – предупредил он. – Иначе все увидят, такая ли ты красивая на самом деле.
– Сумасшедший!
– Хватит притворства. Я три года тебя выслеживал: с планеты на планету, от одной системы до другой. Вот ты, наконец, и попался, жалкий метаморф!
– Какая чушь! – Линора попыталась высвободиться.
– Не дёргайся!
Электроды сильнее вдавились в щёку, и Линора вспомнила пятнышки на руке Сандадру – два крошечных ожога от электрошокера.
– Это ты убил офицера! – воскликнула она. – Ты специально устроил свистопляску вокруг метаморфов!
– Да! – с гордостью подтвердил Хантер. – Я расставил силки, и ты угодила в мою ловушку. Сначала ложный вызов с орбиты, чтобы задержать пассажиров «Пегаса». Я знал, что среди вас есть метаморф, но тогда ещё не вычислил, кем же ты притворишься на этот раз. Потом дохлая ящерица, чтобы все поверили в твоё присутствие.
Линора не удержалась от вопроса:
– Как ты это сделал? Действительно, было похоже на пищеварительный сок.
– Вытяжка из слизи метаморфа, в которую я добавил пару других кислот. Смесь получается просто убойная! У меня была с собой небольшая бутыль концентрированной смеси. Жаль что, даже разбавленной её, не хватило на того офицера.
– Сандадру заметил, как ты возишься с Годзиллой, – догадалась Линора. – Поэтому ты его убил? Исподтишка ударил током, а потом свернул шею.
– Чёртовы камеры, – проворчал Хантер. – Я не заметил ни одной и подумал, что их вообще нет. Но трёхглазый меня видел. Вызвал в свою каморку и потребовал объяснений. Зато в туалете, камер точно не ставят. – Хантер хрипло рассмеялся. – Нам никто не помешает поговорить начистоту, метаморф.
Линора попыталась улыбнуться. Вышло далеко не так обаятельно, как обычно.
– Ты ошибся, сильно ошибся. Я – человек.
Сказано это было с такой уверенностью, что Хантер нахмурился – но лишь на мгновенье.
– Тебе меня не обмануть! Я долго следил за тобой. Я всё знаю! Ты меняешь имена и лица, порхаешь с планету на планету, чтобы красть драгоценности. Легко, наверное, грабить магазины, если можешь до неузнаваемости изменить внешность и пролезть чуть ли не в замочную скважину?
Линора не ответила, лишь крепко сжала губы.
– Сегодня я тебя поймал, и ты не сбежишь от меня как в прошлый раз! Понятно?
– А я уже убегала? – удивлённо спросила Линора.
Хантер сдвинул рукав, показывая шрам.
– Не узнаёшь? Твой подарочек! Мне таких трудов стоило пробраться сквозь блокадное кольцо на вашу планетку и выкрасть тебя. Ты изъел и заляпал слизью весь мой корабль, пока я не догадался держать тебя в стеклянной банке. На Центавре, в гостинице, где я должен был передать тебя клиенту, ты обжёг мне руку и удрал. Три года понадобилось, что бы снова тебя найти.
– Так это был ты! – Линора побледнела. – Но зачем?! Зачем похищать метаморфа с планеты?
– Некоторым богачам нравится держать дома опасных хищников. Кто-то заводит гиену с Альдебарана, кто-то гигантского богомола, а моему заказчику захотелось всем им утереть нос – заполучить метаморфа.
– И что теперь? Хочешь посадить меня в банку? Боюсь, не получится.
– У тебя, метаморф, есть два пути. Будешь меня слушаться – я оставлю тебе внешность смазливой девчонки, и никто там за дверью не догадается, кто ты. Мы полетим на Центавр. Я продам тебя и получу свои давно заслуженные денежки.
– А если нет?
– Ты примешь свой настоящий вид, и тебя разорвёт на части напуганная агрессивная толпа. Я хорошенько настроил их против тебя. Что выберешь?
– Ещё раз повторяю – ты ошибся. Я не метоморф!
– Значит, нет? Жаль, – покачал головой Хантер. – Очень жаль денег, но за эти годы ты попортил мне столько крови, что я с удовольствием посмотрю, как тебя убивают.
«Постой!» – хотела крикнуть Линора, но не успела. Раздался треск электрического разряда, и боль черно-красным фейерверком взорвалась в её голове.
***
– Мисс Локс, как вы себя чувствуете?
Над девушкой склонился человек в форме Службы Безопасности космопорта. Ещё двое удерживали беснующегося Хантера.
– Она метаморф! – кричал он. – Надо было дать разряд посильнее, тогда бы она точно превратилась в мерзкую тварь!
Линора осознала, что лежит на полу. Приподнявшись на локте, она машинально поправила юбку и прикоснулась к онемевшей щеке.
– Кажется, нормально, – неуверенно ответила девушка. Язык шевелился с трудом. Она посмотрела на мужчину-землянина. Мужественный профиль, холодные льдисто-голубые глаза. – А вы, простите, кто?
– Шеф Службы Безопасности Крис Райн.
– Рада познакомиться, мистер Райн, – Линора слабо улыбнулась.
Райн помог ей подняться на ноги. Сделав несколько шагов к зеркалу, Линора пошатнулась и оперлась на одну из двух раковин.
– Этот человек, – она кивнула на Хантера, – сумасшедший. Всё, что он говорил – это какой-то несуразный бред. Вам удалось записать наш разговор?
Райн покачал головой:
– Видеонаблюдение в туалете не ведётся, и даже аудиозапись в этот раз была повреждена.
Линора опустила глаза, чтобы шеф не заметил мелькнувшую в них радость. Он понял её жест по-своему.
– Не беспокойтесь. Вашего рассказа и показаний офицера Сандадру будет достаточно, чтобы надолго упрятать Хантера тюрьму.
– Сандадру жив? – встрепенулась Линора. – С ним всё в порядке?
– Я бы не сказал, что в порядке. Но выжить должен, веганцы – крепкие ребята. Не возражаете, если мы проверим ваше здоровье? Доктор, – он кивнул одному из коллег с портативным медицинским сканером в руках. Тот шагнул к девушке и быстро провёл сканером сверху вниз, от макушки до ног.
– Угрозы жизни нет. Две гематомы, очевидно, получены вследствие падения. Не пугайтесь, мисс, гематома – это всего лишь синяк. Мышечные спазмы, дезориентация – пройдут в течении нескольких минут. Уровень содержания углеводов крайне низок, типичная реакция организма на шок. – Поймав вопросительный взгляд Райна, он уверенно добавил: – Человек. Несомненно, перед нами человек.
– Не может быть! – закричал Хантер. – Если не она, то кто же тогда? Кто?!
***
Линора вышла чуть позже мужчин, потратив несколько минут на то, чтобы привести в порядок лицо и одежду. Пассажиры по-прежнему держались вместе. Люди выглядели растерянными. Казалось, их совсем не радует приход спасателей, тем более что выпускать из комнаты 7А-9 никого пока не спешили.
Вирджиния Уизгли в кои-то веки тихо сидела на диване и безмятежно улыбалась – медики, вызванные к Сандадру, сделали ей инъекцию транквилизатора, возможно, слегка превысив дозу.
Рептилоиды присоединились к остальным и переговаривались друг с другом:
– Ты понимаешь, чшо проишходит?
– Какая разнитшя? Теплокровные вечшно суетятшя.
Линора присела на широкий подлокотник кресла рядом с профессором Ивановым.
– Бедный Годзилла. Сочувствую вашей утрате.
– Спасибо, – ответил профессор и тяжело вздохнул.
– Его убил не метаморф. Всё подстроил Хантер. Он уже сознался в обоих нападениях.
Профессор поднял на девушку удивлённые глаза.
– Я, конечно, знал, что метаморфы тут ни при чём, но зачем это понадобилось Хантеру?
Линора заметила, как люди поворачиваются в их сторону, с интересом ожидая ответ. Несколько человек даже подошли ближе. Пожав плечами, девушка сказала:
– Что можно ждать от сумасшедшего? Хантер просто помешался на своей ненависти к метаморфам. На самом деле они и вдвое не так опасны, как он расписывал.
– Ну, не скажите! Всё-таки это жуткие твари, – тут же возразили ей, и со всех сторон понеслись возмущённые реплики:
– Неспроста же их планета закрыта для посещений!
– Обернуться не успеешь, как они тебя заглотят!
– Вы бы не так заговорили, если б сами с ними встретились!
Линора уже было собралась поспорить, но профессор тихонько похлопал её по колену.
– Не пытайтесь их переубедить. Увы, люди боятся необычного и слишком легко верят страшным сказкам.
– Но вы-то знаете, каковы метаморфы на самом деле?
– Да. Экосистема Горгоны была темой моей диссертации. Уникальная в своём роде планета, на которой эволюция пошла странным путём, породив удивительных созданий. И не только метаморфов – вся биосфера Горгоны заслуживает тщательного изучения. К сожалению, установленная блокада никак этому не способствует.
Линора увидела, что шеф Службы Безопасности Райн подходит к сириусианцу. Быстро сказав профессору: «Извините, я кое-что вспомнила», девушка соскочила с кресла.
– Спасибо! – обратился Райн к сириусианцу. – Вы очень вовремя нас предупредили.
– Приятно познакомиться? – произнёс «грибок» и прочирикал что-то по-своему.
– Разве это не вы сообщили, что маньяк удерживает заложницу? – удивился Райн.
Сириусианец снова зачирикал. Линора тронула Райна за плечо.
– Знаете, стыдно признаться, но мне тоже все жители Сириуса кажутся одинаковыми. Вы не могли бы помочь? Брай Хантер украл у меня чемодан и где-то спрятал. Возможно, в мужском туалете. Мне неудобно заходить туда. Может, вы его принесёте? Только будьте осторожны: там кое-кто заперся с бластером.
Под взглядом синих глаз, умоляющих о помощи, Райн мигом забыл про сириусианца.
– Разумеется! Сейчас разберёмся,– пообещал он и созвал своих подчинённых на штурм второго туалета.
Чемодан вскоре нашёлся, правда, в другом месте – в тёмном закутке возле бара. А через полчаса удалось связаться с «Пегасом». Конечно, ни про какого метаморфа там даже не слышали. Многострадальных пассажиров (за исключением Брайя Хантера и туалетного стрелка) отпустили по домам и отелям. Крис Райн лично проводил Линору до флайер-такси.
– Вы остановитесь в отеле «Гранд-Амара»? – спросил он. – Моё дежурство закончится через два часа. Я мог бы приехать и рассказать, как продвигается расследование.
– Почему бы и нет, Крис? – с тёплой улыбкой ответила Линора.
Сев в такси, она послала бравому шефу безопасности воздушный поцелуй. Райн всё ещё мечтательно смотрел вслед улетающему флайеру, когда наручный коммутатор пропищал сигнал вызова.
– Новое сообщение с «Пегаса», – доложили Райну. – Там у какой-то богатой дамочки – леди О-Рионы Бетельгейзи, пропали украшения. Подозревают кражу. Просят задержать для дополнительной проверки сошедших на Амаре пассажиров.
Райн выругался:
– Опять всех собирать?! А куда смотрела собственная Служба Безопасности этого корыта? Мы не обязаны разгребать чужие ошибки. Проверьте данные со сканеров на таможне и выходе из карантина, и всё. Если не обнаружится ничего подозрительного, пусть ищут вора у себя на корабле.
Спустя два часа Райн с роскошным букетом прибыл в «Грант-Амару», но к его глубокому удивлению и разочарованию Линоры Локс в отеле не оказалось.
***
На другом конце города возле более скромной гостиницы из такси вышла девушка совсем непохожая на Линору. У неё были тёмные глаза и тёмные волосы, собранные в простой хвост. Бесформенная кофта фасона оверсайз изменила пропорции фигуры, зрительно добавив к весу лишние килограммы. Чтобы сменить внешность, не обязательно быть метаморфом.
Встроенный чип был успешно перепрограммирован на имя Мии Мей. Невзрачная Мия, вслед которой не стали бы оборачиваться мужчины, поднялась в свой номер. Она закрыла дверь, включила на окнах матовый непрозрачный режим и проверила, нет ли в комнате скрытых камер и прослушивающих устройств.
– Теперь можно расслабиться! – сказала она.
– Уф! Наконец-то, – ответил чемодан и спрыгнул с антигравитационной тележки.
Метаморф встряхнулся, принимая обтекаемую форму. Словно большая капля, он проплыл по ковру, потом собрался в упругий шар и заскочил на кровать. Выглядело существо вовсе не так безобразно, как описывал Хантер. При желании метоморф мог бы стать гадким слизнем, но в своём естественном виде больше походил на плотное, чуть колышущееся желе. Пузырьки вакуолей, опалово поблёскивая, свободно плавали во внутренней протоплазме. В одном из таких пузырей можно было разглядеть драгоценности леди О-рионы.
Три года назад в гостинице на Центавре Линора, она же Мия, она же девушка с десятком других имён, встретила идеального напарника. Гения маскировки. Ловкого и гуттаперчевого настолько, что мог проскользнуть мимо датчиков таможенного сканера. Такое существо способно было свести на нет всю налаженную в Галактике систему безопасности. Линору не удивляло, что планета метаморфов закрыта для любых контактов.
– Отлично справился, дружок! Давай пять! – девушка подставила ладонь. Метаморф, хихикнув, тоже создал себе ладошку с пятью отростками и звонко хлопнул по её руке.
– Плюх и Линора – друзья на века!
– Точно, – улыбнулась Мия-Линора и присела рядом. – Ну, рассказывай, куда ты сегодня исчез. Я думала, что тебя украли. Ужасно переживала!
Метоморф передвинул часть светочувствительных рецепторов в сторону девушки и виновато ими замигал:
– Я испугался и убежал. Там был Охотник, я его узнал. Это он поймал меня, увёз из дома, бил, мучил и сажал в банку… – Нервничая, Плюх начал растекаться по кровати, сливаясь с покрывалом. Вскоре он стал почти невидим, только десяток блестящих глазок таращились на Линору. – Ты сердишься, что я тебя бросил?
– Нет, конечно, – Линора успокаивающе погладила Плюха, мимоходом восхитившись, как он сымитировал не только цвет, но и ворсистость. – Охотник – это Хантер? Если бы я сразу знала, кто он такой, то сама бы убежала без оглядки. Но больше бояться не нужно, теперь его посадят в тюрьму – хорошо бы навсегда.
– Тюрьма – это вроде банки?
– Да, – улыбнулась Линора. – И что с тобой было дальше?
Дальше перепуганный Плюх забился в какой-то тихий угол и просидел там почти час. Понемногу набравшись храбрости, он отправился искать Линору. Возле стоянки такси её не оказалось, но Плюх учуял след. Нюх у метаморфов не хуже, а то и лучше собачьего. Оставленная духами метка чётко указывала ему путь.
Конечно, бесхозный чемодан, бегающий по космовокзалу, вызвал бы у окружающих удивление. Поэтому Плюх принял вид робота-уборщика – они катались тут и там, надраивая полы, и никто не обращал на них внимания.
До комнаты 7А-9 Плюх добрался очень вовремя. Вскоре после его прихода Хантер запер дверь, да ещё и заблокировал её ключ-картой. Что бы ни выдумывали про метаморфов, пролезть в щель под дверью он не сумел бы. (В этом месте рассказа Линора мысленно обозвала себя дурой. Зачем она давала Хантеру карту? Почему сама не проверила дверь?)
В комнате Плюх увидел Линору, но и Охотник крутился рядом. Метаморф решил снова спрятаться, выбрав такое место, куда Хантер не должен был входить – «комнату только для девочек».
– Ты угадала, как я замаскировался?
– Не сразу. Только потом поняла, когда одна раковина исчезла.
– Ага. Я был раковиной, но вошла тётка с зелёными пятнами на лице и попыталась включить воду именно у меня. Было ужас как щекотно. Я не удержался и сказал ей: «Хватит дёргать, тут воды не будет». Раковины не должны разговаривать, да?
– Нет, – едва сдерживая смех, сказала Линора.
– Я так и понял потому, что она закричала и убежала неумытой. Потом зашла ты и почти сразу – Охотник. Я испугался и... Нет, не убежал – пошёл звать на помощь.
Хантер стоял к нему спиной и не увидел, как Плюх по стенке подполз к вентиляционному отверстию. Через вентиляцию он выбрался в общий зал космопорта и там превратился в сириусианца. Во-первых, эти инопланетяне подходили ему по размеру. Плюх был ещё мелковат, чтобы изобразить кого-то ростом со взрослого землянина. Во-вторых, немногие на далёкой от Сириуса Амаре знали «грибной» язык, и это избавило Плюха от подробных расспросов. Вызвав по информационному стенду охрану, Плюх тем же путём, через вентиляцию, вернулся обратно. Когда Линора осталась одна, они успели перекинулись несколькими словами, условившись, что Плюх спрячется где-нибудь, снова притворившись чемоданом.
– Я говорила, что ты самый замечательный метаморф во всём исследованном космосе?
– Много раз, – гордо заявил Плюх и его внешняя мембрана заиграла золотисто-оранжевыми переливами. Справедливости ради он всё-таки уточнил: – Но других ты не видела.
– Они такие же славные, как ты?
Плюх ненадолго задумался. Радостные сполохи угасли.
– По-разному, – честно ответил он. – Но то, что рассказывал Охотник – это неправда. Метаморфы не станут есть людей. Вы невкусные. Я пробовал.
Линора замерла.
– П-пробовал?
– Ну да. Я же кусал Хантера. Он совсем-совсем невкусный.
– Не сомневаюсь, что просто отвратительный, – с облегчённым вздохом согласилась Линора.
Автор: Елена Шадринцева
Источник: https://litclubbs.ru/writers/8982-sled-metamorfa.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: