— Опять эти туфли на шпильках? — Валентина Сергеевна с укором покачала головой, разглядывая невестку. — Катя, ну сколько можно! У тебя же есть удобные балетки, которые я покупала.
Екатерина машинально посмотрела на свои любимые туфли — элегантные, на тонком каблуке, купленные на первую зарплату в новой компании. Они делали ее выше, увереннее.
— Это мои рабочие туфли, — спокойно ответила она, застегивая сумку.
— Рабочие! — свекровь всплеснула руками. — Дорогая, ты же знаешь, какие у тебя проблемы с венами. Доктор Семенов ясно сказал — никаких каблуков выше трех сантиметров.
Андрей появился на кухне, торопливо завтракая стоя.
— Мам, не начинай с утра, — пробормотал он, запивая бутерброд кофе.
— Не начинай? — Валентина Сергеевна обернулась к сыну. — Андрюша, я беспокоюсь о здоровье твоей жены! Разве это плохо?
Екатерина почувствовала знакомое напряжение в плечах. Каждое утро одно и то же — критика, советы, забота, которая больше похожа на контроль.
— Спасибо за заботу, но я справлюсь, — она направилась к выходу.
— Постой! — свекровь догнала ее в прихожей. — А обед? Я приготовила твой любимый борщ.
— У меня деловой обед с клиентами.
— Какой еще обед? — Валентина Сергеевна нахмурилась. — Катенька, ну зачем тратить деньги? Дома же есть свежая еда!
— Это рабочая встреча, — терпеливо объяснила Екатерина. — Я не могу привести клиентов домой.
— А что в этом такого? — свекровь не сдавалась. — Домашняя обстановка располагает к доверию. Андрей, ну скажи ей!
Андрей виновато пожал плечами: — Мам, у Кати своя работа, свои правила...
— Правила! — Валентина Сергеевна закатила глаза. — В наше время умели ценить домашний уют. А теперь все куда-то бегут, тратят деньги на ерунду...
Екатерина закрыла глаза на секунду, считая до десяти. Год назад, когда они переехали к свекрови, все казалось таким разумным решением. Андрей после развода родителей остался с мамой в большой трехкомнатной квартире, а они молодожены — снимали однушку за треть зарплаты. Валентина Сергеевна сама предложила пожить вместе, пока не встанут на ноги.
— Ладно, я побежала, — Екатерина взялась за ручку двери.
— А ужин? — не отставала свекровь. — Во сколько будешь?
— Не знаю точно. Если поздно, не жди.
— Как не ждать? — Валентина Сергеевна всплеснула руками. — Семья должна ужинать вместе! Это святое!
За спиной Екатерина услышала тихий голос мужа: — Мам, ну хватит уже...
Дверь захлопнулась, отрезав продолжение разговора.
В офисе Екатерина могла наконец расслабиться. Здесь она была не невесткой, которую нужно воспитывать, а успешным менеджером проектов. Здесь ее мнение имело вес, а решения — последствия.
— Как дела дома? — спросила Лера, коллега и подруга. — Свекровь все такая же заботливая?
— Еще бы, — Екатерина горько усмехнулась. — Сегодня утром досталось туфлям. Оказывается, они вредят моему здоровью.
— А что Андрей?
— А что Андрей? — она пожала плечами. — Пытается не вмешиваться. Говорит, мама привыкла все контролировать, скоро перестанет.
— Скоро? — Лера подняла бровь. — Катя, вы уже год живете вместе.
— Знаю, — Екатерина отвернулась к окну. — Но съем квартиры дорожает, а зарплата не растет так быстро...
— Знаешь что? — Лера придвинула стул ближе. — Моя двоюродная сестра сдает однушку в Бутово. Недорого, хороший район. Хочешь, дам контакты?
Екатерина помолчала, представляя реакцию Валентины Сергеевны на известие об их съезде.
— Подумаю, — сказала она наконец.
Вечером Екатерина вернулась домой в половине девятого. Деловой обед затянулся — клиенты оказались интересными собеседниками, и время пролетело незаметно.
— Наконец-то! — Валентина Сергеевна встретила ее в прихожей. — Мы с Андреем уже поужинали, но я оставила тебе тарелку.
— Спасибо, но я не очень голодна, — Екатерина повесила куртку.
— Как не голодна? — свекровь нахмурилась. — Катя, нельзя так безответственно относиться к питанию! У тебя и так проблемы с желудком.
— У меня нет проблем с желудком, — устало ответила Екатерина.
— Есть, есть! — не сдавалась Валентина Сергеевна. — Помнишь, в прошлом месяце жаловалась на тяжесть после еды? Это все от нерегулярного питания!
Андрей появился в коридоре: — Мам, дай Кате хотя бы переодеться.
— Я волнуюсь за нее! — свекровь повысила голос. — За вас обоих! Вы же еще молодые, не понимаете, как важно следить за здоровьем!
Екатерина прошла в спальню и закрыла дверь. В зеркале на нее смотрела уставшая женщина с напряженным лицом. Когда она в последний раз улыбалась дома?
Через полчаса на кухне их ждал накрытый стол и взволнованная Валентина Сергеевна.
— Садитесь, садитесь! — она засуетилась вокруг них. — Катя, тебе борща или супа? А может, котлет?
— Мам, мы же говорили, что Катя не голодна, — попытался вмешаться Андрей.
— Не голодна! — свекровь махнула рукой. — В ее возрасте я ела за двоих и не поправлялась!
— Валентина Сергеевна, — медленно произнесла Екатерина, — можно я сама решу, хочу ли есть?
— Конечно, дорогая, — свекровь улыбнулась, но глаза оставались недовольными. — Просто я заметила, что ты худеешь. Нехорошо это.
— Я не худею.
— Худеешь, худеешь! — Валентина Сергеевна покачала головой. — Вчера примеряла твое платье — висит мешком! Надо к врачу сходить, проверить гормоны.
Екатерина почувствовала, как внутри все сжимается от раздражения. Свекровь примеряла ее одежду?
— Вы примеряли мое платье? — тихо спросила она.
— А что такого? — Валентина Сергеевна смутилась. — Я же стирала, вот и подумала... У нас с тобой похожий размер...
— Это мои личные вещи.
— Личные? — свекровь нахмурилась. — Катя, мы же семья! Что между нами может быть личного?
Андрей неловко закашлялся: — Мам, ну не надо без спроса...
— Что — не надо? — Валентина Сергеевна повернулась к сыну. — Я что, чужая в этом доме? Не могу даже погладить платье невестки?
Екатерина встала из-за стола: — Извините, я устала. Пойду спать.
— Куда спать? — свекровь схватила ее за руку. — Мы же только сели! Я весь день готовила ваш любимый ужин!
— Отпустите меня, пожалуйста.
— Катя! — в голосе Валентины Сергеевны зазвенели слезы. — Что я тебе сделала? Почему ты так со мной?
Екатерина обернулась. Свекровь действительно расстроилась — глаза блестели от слез, губы дрожали.
— Я просто хочу отдохнуть, — мягче сказала она.
— Конечно, дорогая, — Валентина Сергеевна отпустила ее руку. — Только... может, чаю с медом? Для иммунитета?
— Мам, — твердо произнес Андрей, — хватит.
Свекровь удивленно посмотрела на сына: — Что?
— Хватит опекать нас. Мы взрослые люди.
— Взрослые! — Валентина Сергеевна всплеснула руками. — Которые живут у мамы, едят мамину еду, пользуются маминой заботой...
— И поэтому должны слушаться? — Екатерина остановилась в дверях.
— А что в этом плохого? — свекровь искренне не понимала. — Я же хочу как лучше! Для вас обоих!
— Для нас? — Екатерина повернулась. — Или для себя?
— Что ты хочешь этим сказать? — Валентина Сергеевна побледнела.
— То, что вы контролируете каждый наш шаг, — выпалила Екатерина. — Что я ем, во что одеваюсь, во сколько прихожу домой. Примеряете мою одежду, планируете мой день...
— Я забочусь о тебе! — свекровь повысила голос.
— Вы присваиваете мою жизнь! — Екатерина тоже перестала сдерживаться. — И называете это заботой!
— Катя, успокойся, — попросил Андрей.
— Не надо меня успокаивать! — она резко обернулась к мужу. — Ты видишь, что происходит? Или для тебя это нормально?
— Мама действительно иногда перебарщивает, — он виновато опустил глаза. — Но она не со зла...
— Не со зла? — Екатерина горько рассмеялась. — Андрей, когда ты в последний раз принимал решение сам? Без маминого совета?
— При чем здесь это?
— При том, что ты боишься ее расстроить больше, чем меня потерять!
Валентина Сергеевна села на стул и всхлипнула: — Господи, что же это делается... Я отдаю вам все силы, всю душу, а вы...
— А мы что? — Екатерина не отступала. — Неблагодарные?
— Да! — свекровь подняла заплаканное лицо. — Именно неблагодарные! Я приняла тебя как родную дочь, а ты...
— Вы приняли меня как куклу, которую можно переодевать по своему вкусу!
Повисла тяжелая тишина. Андрей растерянно переводил взгляд с жены на мать.
— Мне нужен воздух, — тихо сказала Екатерина и вышла на балкон.
Ночной город мерцал огнями внизу. Где-то там была их прежняя съемная квартира, тесная и дорогая, но их собственная. Где никто не контролировал их завтрак и не примерял чужую одежду.
— Кать? — Андрей вышел следом. — Ты серьезно думаешь, что мама нас контролирует?
Она обернулась: — А ты нет?
— Ну... она привыкла заботиться. После развода с отцом я остался для нее единственным близким человеком.
— Андрей, — Екатерина взяла его за руки, — мне кажется, или мы уже год не можем принять ни одного решения сами?
Он помолчал, размышляя: — Что ты имеешь в виду?
— Помнишь, как выбирали мебель для спальни? Твоя мама сказала, что кровать должна стоять изножьем к окну — для правильной циркуляции воздуха. Мы послушались.
— Ну да... А что?
— А то, что нам было удобнее по-другому! — Екатерина качнула головой. — Или когда я хотела покрасить волосы в каштановый — она сказала, что это старит. И я не покрасила.
— Мам хорошо разбирается в этих вещах...
— Андрей! — Екатерина сжала его руки крепче. — Ты слышишь себя? Твоя мама решает, какого цвета должны быть волосы у твоей жены!
Он молчал, и она увидела в его глазах растерянность.
— А помнишь нашу поездку к морю? — продолжала она. — Мама сказала, что в мае еще рано, лучше в июле. Мы перенесли отпуск.
— Она была права — в мае действительно прохладно...
— Андрей, — Екатерина отпустила его руки, — а если бы она ошиблась? Если бы в мае было прекрасно, а мы бы сидели дома и ждали июля?
— Но ведь...
— Но ведь мы никогда этого не узнаем, — оборвала она. — Потому что не попробовали.
Андрей прислонился к перилам балкона: — Что ты предлагаешь?
— Съехать, — просто сказала Екатерина. — Пока не поздно.
— Куда? — он повернулся к ней. — У нас нет денег на приличную квартиру.
— А на неприличную есть?
— Катя, ты же помнишь нашу прежнюю однушку? Шум, соседи, протечки...
— Помню, — кивнула она. — И помню, как мы были счастливы там. Когда могли поужинать в час ночи, если хотелось. Или не ужинать вообще.
Андрей помолчал: — Мама очень расстроится.
— А мы? — тихо спросила Екатерина. — А что с нами будет, если останемся?
С кухни донесся голос Валентины Сергеевны: — Дети, идите, чай остывает!
Екатерина встретилась взглядом с мужем: — Слышишь? Нас зовут пить чай. Хотим мы того или нет.
— Катя...
— Андрей, когда ты в последний раз чувствовал себя хозяином собственной жизни?
Он долго молчал, глядя на огни города.
— Наверное, — медленно произнес он наконец, — в той самой однушке с протечками.
На следующий день Екатерина позвонила Лериной сестре. Квартира оказалась простенькой, но светлой и чистой. Хозяйка согласилась подождать с залогом до зарплаты.
— Ты уверена? — спросил Андрей, оглядывая пустую комнату.
— А ты?
— Честно? — он обнял ее. — Впервые за год чувствую, что могу дышать полной грудью.
Валентина Сергеевна восприняла новость о их переезде как предательство.
— Вы с ума сошли! — кричала она, мечась по кухне. — Что я вам плохого сделала? Кормила, поила, заботилась!
— Мам, это не значит, что мы тебя не любим, — попытался объяснить Андрей. — Просто нам нужно жить своей жизнью.
— Своей жизнью? — свекровь остановилась. — А что, со мной вы жили чужой?
— Не чужой, — мягко сказала Екатерина. — Но и не совсем своей.
— Я не понимаю!
— Валентина Сергеевна, — Екатерина подошла ближе, — а вы помните, каково это — принимать решения самому? Без чьих-то советов?
Свекровь растерянно моргнула: — Какие решения?
— Любые. Что надеть, что съесть, куда поехать в отпуск.
— Но зачем принимать решения одному, если рядом есть близкие люди?
— Затем, — сказал Андрей, — что это называется жизнью. Своей собственной жизнью.
Валентина Сергеевна села на стул и заплакала: — Вы меня бросаете...
— Мы переезжаем в другой район, — терпеливо объяснил Андрей. — А не на другую планету.
— Будем приезжать в гости, — добавила Екатерина. — Только... как гости. А не как дети, которых нужно воспитывать.
Свекровь подняла мокрые глаза: — Я действительно вас контролировала?
Екатерина и Андрей переглянулись.
— Да, — честно ответила Екатерина. — Но мы понимаем — вы делали это от любви.
— Просто любовь бывает разной, — добавил Андрей. — Бывает та, которая держит рядом с собой. А бывает та, которая отпускает.
Через неделю они переехали. Новая квартира встретила их тишиной и запахом свежести. Никто не спрашивал, почему они едят на ужин только хлеб с сыром. Никто не советовал переставить диван.
— Не скучаешь? — спросил Андрей, укладывая вещи в шкаф.
— По чему?
— По комфорту. По заботе. По готовым обедам.
Екатерина задумалась: — Знаешь, а ведь это был не комфорт. Это была видимость комфорта. Как красивая витрина, за которой пусто.
— А теперь?
— А теперь, — она улыбнулась, — мы можем есть мороженое на завтрак. И никто нас не остановит.
— Хочешь мороженое на завтрак?
— Нет, — рассмеялась Екатерина. — Но хочу знать, что могу. Это совсем другое ощущение.
Вечером позвонила Валентина Сергеевна:
— Как дела, дети? Как устраиваетесь?
— Нормально, мам, — ответил Андрей. — Еще разбираем вещи.
— А ужинали? У меня борщ остался...
Андрей посмотрел на жену. Екатерина покачала головой с улыбкой.
— Спасибо, мам, но мы уже поели.
— Чем? — не удержалась свекровь.
— Пиццей, — честно признался Андрей.
— Господи... Ну ладно, привыкайте. Только не забывайте про витамины!
После разговора они долго смеялись.
— Она не изменится, — сказал Андрей.
— Не нужно, — ответила Екатерина. — Пусть останется такой, какая есть. Просто теперь мы можем выбирать — слушать ее советы или нет.
— И что выберем?
— Иногда послушаем, — она обняла мужа. — Если захотим. А иногда — съедим мороженое на завтрак.
Спустя месяц они пригласили Валентину Сергеевну в гости. Она пришла с тремя пакетами еды и критическим взглядом.
— Холодильник у вас маленький, — заметила она, осматривая кухню. — И плита слабая.
— Зато наша, — улыбнулась Екатерина.
— А диван надо передвинуть, здесь сквозняк...
— Мам, — мягко остановил ее Андрей. — Мы попросим совет, если понадобится.
Валентина Сергеевна помолчала, потом неожиданно улыбнулась: — Знаете что? Вы действительно выросли.
— Наконец-то заметили? — Екатерина протянула ей чашку чая.
— А чай-то какой вкусный! — удивилась свекровь. — Что за сорт?
— Самый обычный, — призналась Екатерина. — Просто заваривали с любовью.
И это была правда. Все, что они делали теперь — от заваривания чая до выбора фильма на вечер — они делали с любовью. К себе, друг к другу, к своей новой жизни.
А цена этого счастья оказалась не такой высокой, как они думали. Всего лишь немного смелости и желания жить по-своему.
Благодарю за прочтение! Ставьте лайк, подписывайтесь на канал, делитесь своими мыслями в комментариях.