Часть первая: Планы и реальность
Вот уж не думала никогда, что в шестьдесят лет буду расхлёбывать чужие проблемы! А ведь как всё хорошо начиналось... Андрюшка мой, сыночек ненаглядный, женился на Лене — девчонке вроде бы разумной, из хорошей семьи. Сидят они тогда на кухне, планы строят:
— Мам, мы с Ленкой всё продумали, — говорит Андрей, довольный собой. — Сначала жильё купим, встанем на ноги крепко, а потом уж и детишек заведём. Правильно ведь, да?
— Конечно, сынок, — отвечаю я тогда, сердце радуется. — Молодцы, с головой подходите к делу.
Ленка сидит, кивает, улыбается скромно:
— Тётя Лида, мы же понимаем, что ребёнок — это ответственность большая. Пока не будет своего угла и стабильности, рано думать о малыше.
Ох, если бы знала я тогда, что эта «стабильность» через полгода пойдёт коту под хвост!
Свадьбу играли скромно — молодые экономили на первоначальный взнос по ипотеке. Я помогла как смогла. Отложила со своей пенсии тысяч тридцать — не густо, конечно, но хоть что-то. Младшая моя дочка Настя тоже приложилась, хоть у самой двое детей на шее.
И вот живут молодые в съёмной однушке, копят деньжата, Ленка работает в бухгалтерии, Андрюшка — в строительной фирме. Всё идёт по плану, как в сказке.
А потом — бац! — и сказке конец.
Прибегает ко мне Ленка в слезах, вся бледная:
— Тётя Лида, я... я беременна! У нас же с Андреем любовь.
Любовь! Ну конечно, любовь ипотеку заплатит и памперсы купит! Сижу я, думаю: что же теперь? А Ленка всё причитает:
— Тётя Лида, а вдруг мы не потянем? Квартира не куплена, денег мало...
— Поздно голову ломать, — говорю ей строго. — Раз так получилось, значит, справляться надо. Бог даст ребёнка — даст и на ребёнка.
Но в душе-то понимаю: попали ребята в переплёт нехилый. И родители, как водится, расхлёбывать будут.
Родилась Машенька — куколка писаная, внучка любимая. Но какая радость, когда денег нет? Ипотеку всё-таки взяли, но на однушку в спальном районе, где кроме панельных коробок и собачьих площадок ничего нет. Еле-еле первоначальный взнос наскребли — я ещё пятьдесят тысяч добавила, Настька свои последние отдала.
— Ничего, мам, — утешает меня Андрюшка. — Вырастет Машка, пойдёт в садик, Ленка на работу выйдет — и дела пойдут в гору.
Ага, как же! Не прошло и года, как Ленка опять на сносях! Сидит, живот гладит, мечтательно так:
— Тётя Лида, а Машке будет не скучно с братиком или сестричкой!
У меня голова закружилась от такого счастья. Говорю:
— Ленок, вы что, с ума сошли? Машке год ещё нет, в однушке живёте, денег постоянно не хватает...
— Да что вы, тётя Лида! — машет она руками. — Дети — это такое счастье! А трудности временные.
Временные! Уже полтора года «временные»! Каждую неделю то молоко кончилось, то памперсы, то Машка болеет, то коляску новую надо. И всё — к бабушке.
Да как отказать, когда внучка плачет, а сын с работы приходит — лицо вытянутое, глаза потухшие? Сердце кровью обливается.
Родился Витёк — богатырь такой, здоровенький. Но радости опять никакой. Ленка в декрете сидит, Андрей один тянет ипотеку и всю семью. Зарплата у него, конечно, не ахти какая — а тут кредит тридцать тысяч в месяц забирает, плюс коммуналка, еда, одежда детям...
Приходят они к нам каждые выходные — не в гости, а за подкреплением. Ленка списки составляет:
— Тётя Лида, нам бы крупы килограмма три, сахару два, масла подсолнечного... А ещё Машке курточку надо, она из старой выросла.
Сижу я, считаю свою пенсию. Семнадцать тысяч получаю, из них коммуналку заплачу, лекарства куплю — и остается на жизнь копейки. А тут ещё детей кормить надо.
Настька иногда приезжает, смотрит на это безобразие и качает головой:
— Мама, ты их совсем распустила! Они уже воспринимают твою помощь как должное.
— А что делать, Настенька? — отвечаю ей. — Дети ведь страдают. Маша с Витей в чём виноваты?
— Ни в чём, мама.
Права она, моя Настя. Но сердце материнское не камень. Вижу, что Андрюшка загнанный ходит, вижу, что внуки в обносках... Как не помочь?
И вот, когда Витьку полтора годика стукнуло, Ленка опять заявляется с «радостной» новостью:
— Тётя Лида, у нас пополнение будет!
Я даже слов не нашла. Сижу, молчу, а в голове мысли роем вьются: «Господи, да что же это такое? Совсем ума лишились или как?»
А Ленка продолжает, глаза блестят:
— Мы с Андреем так рады! Машенька уже большая, Витёк подрастает, а тут ещё один малыш... Полная семья будет!
«Полная семья» в однушке! Да они там друг на друге сидят уже сейчас. Машкина кроватка в прихожей стоит, Витькина — в единственной комнате вместе с родительской кроватью. Где третий ребёнок спать будет — в ванной, что ли?
— Ленок, — говорю ей осторожно, — а вы подумали, где жить будете? В однушке с тремя детьми...
— А мы расширяться будем! — бодро отвечает она. — Андрей говорит, что на работе дела идут хорошо, может, прибавку дадут. А потом поменяем квартиру на большую.
Ага, поменяют! На какие деньги? Их ипотека ещё семнадцать лет висеть будет, первую квартиру еле-еле потянули, а она уже о большей мечтает!
Родилась Полинка — третья внученька. Крошка такая, хорошенькая... Но обстановка в семье накалилась окончательно. Андрей на работе пропадает, подрабатывает где может. Ленка с тремя детьми в четырёх стенах мается, нервы сдают.
А помощи требуется всё больше и больше. Уже не только продукты и одежда — коляска двойная нужна, кроватка, детское питание специальное для Полинки... Счета растут как грибы после дождя.
Я к тому времени совсем из колеи выбилась. Свои личные потребности забыла начисто. Давно мечтала на море съездить — Василий, муж мой покойный, ещё при жизни обещал свозить, да всё откладывали. А теперь каждую копеечку отдаю на нужды внуков.