День пятый
Рано утром были в Улан-Удэ. Вокзал очень интересный: внутри совершенно современный, а снаружи – старый, построенный давно, но хорошо отремонтированный. Кстати, вокзалу в Иркутске больше ста лет (снаружи), но его не изменяют, потому он признан памятником истории. Конечно, внутри он совершенно современный, и, в общем, похож на все другие, но снаружи, безусловно, производит впечатление!
Это только его правая часть, снятая мной, с надписью, в которой еще есть Ъ.
А это вокзал Улан-Удэ, снятый 4 июля.
Пейзажи Бурятии отличались от предыдущих. Сразу с утра пошли обширные зеленые долины, на краю которых поднимались горные хребты. А в этих долинах располагались поселки, можно было увидеть пасущиеся стада коров, коз, табуны лошадей.
Иногда над вершинами поднимался то ли дым, то ли туман. Мой попутчик сказал, что здесь часто бывают лесные пожары, поэтому скорее всего это дым. А вскоре я увидела сгоревший лес. Это ужасное зрелище, особенно после картин буйной растительности в тайге. Горы словно покрыты коричневым, но видно почти каждое дерево с обгоревшей листвой или хвоей. Особенно когда сгоревший лес подходит к самой дороге.
Очень долго нас сопровождает река Селенга, потом за окном возникает другая, очень похожая на нее, но название другое: это, оказывается Уда – приток Селенги. Ее название я увидела перед одним из мостов, которые перекинуты через нее. Вода в ней желтая, течение быстрое. Иногда можно увидеть, как к ней присоединяются притоки, бегущие с гор. Вода в них прозрачна, и некоторое время прозрачная полоска этой воды идет параллельно основному течению, но скоро она исчезает, смешиваясь с основным течением.
Теперь поезд все время идет вдоль рек, разных: больших и маленьких, их течение то попутно нашему движению, то направлено против. На всех этих речках пышные острова, берега заросли буйной зеленью – видно, что в период разлива их русла расширяются необыкновенно.
Чем дальше мы движемся по Забайкальскому краю, тем больше в лесу лиственницы. Она везде: на склонах гор, вдоль дороги, в поселках, почти не встречаются елки и сосны, которые составляли основу тайги, но всюду лиственница. Мягкость ее молодой хвои видна даже из окна. Она светло-зеленая, пышная.
А еще обилие цветов! Желтые, белые, розовые, лиловые, голубые – каких только нет! Недавно стали встречаться ярко-красные – не густыми полянами, а отдельными цветами. Я спросила у попутчиков молодой девушки и мужчины средних лет. Девушка просто пожала плечами:
- Они тут везде растут, а как называются, я не знаю.
Но мужчина помог мне:
- Это саранка. У нас тут ее называют аленьким цветочком.
Сфотографировать на ходу поезда цветы, конечно, сложно, но мне повезло: на каком-то полустанке я попросила молодого человека, и он снял прекрасную полянку, на которой было много этих цветов. Он рассказал, что дарил их когда-то однокласснице, но ей не понравилось: пыльца очень красит все: и руки, и лицо, и одежду.
Так выглядит красная саранка вдоль железной дороги.
Встречаются целые поляны ромашек, колокольчиков – одним словом, восторг, изобилие разноцветья, разнотравья! Это нужно увидеть! И те, кто это видел, поймут меня.