Глава 1
– Преступники всегда допускают ошибки. Моя задача - найти ту единственную, которая приведет меня к ним – подполковник Алексей Злобин.
Промозглый октябрьский ветер швырял в лицо подполковника Злобина мелкие капли дождя. Он стоял у роскошного особняка в элитном посёлке "Сосновый бор", где ещё вчера вечером произошло то, что на сухом языке протоколов называлось "насильственным похищением гражданина Косарева Д.В.". В реальности же это означало, что один из самых влиятельных бизнесменов Подмосковья исчез при обстоятельствах, заставивших охрану ЧОП краснеть от стыда, а руководство ГУВД – нервно курить в коридорах.
Алексей поднял воротник кожаной куртки, которая за пятнадцать лет службы стала его второй кожей. В свои сорок два он выглядел старше – глубокие морщины у глаз, ранняя седина на висках и вечно хмурый взгляд серых глаз, видевших слишком много человеческой боли и подлости.
– Товарищ подполковник, взгляните! – голос лейтенанта Малышева вывел Злобина из задумчивости.
Григорий Малышев, двадцатипятилетний выпускник академии с красным дипломом и айфоном последней модели, был полной противоположностью своему наставнику. Ухоженный, стильный, с вечно сияющей улыбкой и абсолютной уверенностью в своём блестящем будущем. Злобин поначалу отнёсся к нему с недоверием – таких "теоретиков" он повидал немало. Но за три месяца стажировки Малышев доказал: за модной внешностью скрывается острый ум и редкое чутьё на детали.
– Что там у тебя, Гриша? – Злобин подошёл к планшету, который держал Малышев.
– Вот, смотрите. Система "Умный дом" Косарева записывает не только видео, но и все электронные сигналы в радиусе ста метров. За три дня до похищения здесь появляется странный импульс – кто-то использовал профессиональный сканер для считывания охранных кодов. А теперь смотрите на временную метку.
Злобин прищурился:
– 23:47. И что?
– А теперь на видеозапись с камеры у ворот за этот же момент.
На экране появился размытый силуэт высокого человека в тёмной одежде. Лицо скрывала низко надвинутая кепка, но даже в этом нечётком изображении было что-то знакомое.
– Чёрт возьми, – тихо произнёс Злобин. – Это же он.
– Кто, товарищ подполковник?
– "Призрак", – Злобин выругался. – Человек-невидимка. Он фигурирует в десятке моих нераскрытых дел. Никто не знает его настоящего имени. Только такие вот размытые силуэты на записях и почерк работы – чистый, без единого лишнего следа.
Малышев присвистнул:
– Тот самый "Призрак"? Думаете, это похищение – его рук дело?
– Уверен, – кивнул Злобин, доставая сигарету. – Вопрос только в том, почему именно Косарев и почему сейчас.
***
В просторном кабинете начальника следственного управления полковника Верещагина было накурено и тесно от собравшихся офицеров. Злобин стоял у стены, скрестив руки на груди, пока Малышев демонстрировал найденные материалы.
– Таким образом, – уверенно завершал лейтенант, – мы имеем дело с профессионально организованным похищением. Охранная система была деактивирована изнутри, камеры отключены на семь минут – ровно столько, сколько понадобилось преступникам, чтобы вывести Косарева и погрузить его в автомобиль.
– И никаких свидетелей? – Верещагин потёр переносицу.
– Ни одного, – подтвердил Злобин. – Двое охранников были усыплены каким-то газом. Личный водитель Косарева отпущен был самим хозяином за час до инцидента. Жена с детьми на отдыхе в Дубае.
– А что насчёт этого... как вы его назвали? "Призрака"? – полковник был явно раздражён.
Злобин шагнул вперёд:
– Этот человек – не миф, товарищ полковник. За последние пять лет он засветился минимум в семи крупных преступлениях: похищении дочери депутата Головина, краже экспериментальной вакцины из института Гамалеи, взломе базы данных "ВТБ"... И каждый раз – тот же почерк: идеальная подготовка, ни одного свидетеля, минимум следов.
– И каждый раз вы его упускали, Злобин, – холодно заметил Верещагин.
В кабинете повисла тяжёлая тишина. Малышев нервно поправил галстук.
– Именно поэтому я прошу передать дело мне, – Злобин говорил спокойно, но желваки на его скулах выдавали внутреннее напряжение. – Это личное, товарищ полковник. Я знаю его методы лучше, чем кто-либо.
Верещагин долго смотрел на подполковника, затем тяжело вздохнул:
– Хорошо. Дело ваше, Злобин. Но учтите: Косарев – фигура федерального уровня. На меня уже звонили из Администрации Президента. У вас три дня, прежде чем это превратится в кошмар для всего управления.
***
В небольшом кабинете Злобина, заваленном папками и пропахшем кофе, Малышев нервно барабанил пальцами по столу:
– Алексей Сергеевич, я прогнал через базу все контакты Косарева за последний месяц. Выделил троих с криминальным прошлым. Первый – Игнат Баринов, бывший компаньон, которого Косарев вытеснил из бизнеса два года назад. Второй – Степан Рогозин, держатель контрольного пакета в конкурирующей фирме. И третий – некий Константин Черных, личность с мутной биографией, несколько раз судимый по экономическим статьям. С Косаревым встречался трижды за последние две недели.
Далее глава 2: