— Я все испортила, — всхлипывала Ксения. — Все! И теперь потеряю их обоих!
— Ксения, — Анна взяла ее за плечи. — Посмотрите на меня. У вас еще есть время. Несколько часов. Идите домой и скажите Роману правду.
— Он меня выгонит.
— Возможно. Но это честно. А потом... решайте.
Ксения подняла на нее заплаканное лицо.
— А если... я скажу, а Игорь меня не примет? Вдруг он уже не любит?
— Любит, — уверенно сказала Анна. — Иначе не уезжал бы. Но решать вам, Ксения.
Ксения кивнула. Выпрямилась.
— Я... Я пойду. Мне надо подумать.
Она ушла. Анна осталась за столом. Из комнаты Игоря доносились приглушенные голоса — он разговаривал с Машей.
День тянулся бесконечно. Игорь с Машей ушли гулять, Анна готовила праздничный ужин, накрывала на стол. Делала все механически, без радости. Какой уж тут праздник…
В семь вечера позвонил Роман.
— Теть Ань? — голос странный, глухой. — Можно я к тебе приеду?
Сердце ухнуло. Неужели Ксения?
— Конечно, приезжай.
— Я... Я скоро буду.
Анна положила трубку. Значит, сказала, решилась.
Роман приехал через час. Вид у него был... Анна ахнула. Постаревший лет на десять, с потухшими глазами.
— Ромочка, что случилось? Ты на себя не похож.
Он прошел на кухню, сел на свой обычный стул. Молчал. Потом глухо сказал:
— Ксюша ушла.
— Как?
— Собрала вещи и ушла. Сказала... Сказала, что у нее есть дочь. И муж. Бывший, которого она любит.
Анна села напротив. Молчала. Что тут скажешь?
— Теть Ань, она мне врала. Каждый день. А я... Я же любил ее. Хотел детей. А у нее уже есть ребенок. От другого.
— Рома...
— И знаешь, что самое обидное? Она сказала, что муж... Что он здесь. У тебя. Игорь этот.
Анна опустила глаза, Роман смотрел на нее с болью, с непониманием.
— Ты знала?
— Узнала. Недавно.
— И молчала?
— Я дала Ксении время. Чтобы она сама тебе сказала.
— Время! — Роман вскочил. — Этот... Этот ее хахаль у тебя живет! Они встречались за моей спиной! А ты покрывала!
— Рома, я не покрывала. Я...
— Предала! — выкрикнул он. — Ты меня предала, теть Ань! Единственный родной человек — и та предала!
Он выскочил из кухни. Хлопнула входная дверь. Анна осталась, в глазах стояли слезы. Да, наверное, предала. Хотела как лучше, а вышло...
Из комнаты вышел Игорь, видимо, слышал все.
— Простите. Это из-за меня.
— Не из-за вас. Из-за всех нас. Запутались, наломали дров.
— Ксения... она правда ушла от него?
— Похоже на то.
Игорь сел рядом.
— Не думал, что решится.
Снова звонок. Анна и Игорь переглянулись. Неужели Роман вернулся? Но на пороге стояла Ксения. С чемоданом. С заплаканным лицом.
— Можно к вам? — еле слышно спросила она.
Анна посторонилась. Ксения прошла в прихожую, поставила чемодан. Увидела Игоря.
— Я... Я рассказала ему. И ушла.
Игорь смотрел на нее и не двигался.
— Знаю, что не имею права просить. Но... Но я люблю тебя. И Машу. Можно мне вернуться? К вам?
Игорь молчал так долго, что Анна испугалась — откажет. Но потом он шагнул к Ксении, обнял. Она уткнулась ему в грудь и разрыдалась.
— Мама! — из комнаты выскочила Маша. — Мама приехала! Баба Аня!
Девочка кинулась к родителям. Они обняли ее вдвоем, и все трое стояли посреди коридора, смеялись и плакали одновременно.
Анна тихо прошла на кухню. Села за стол. На часах — половина одиннадцатого. Скоро Новый год. А она одна, Роман не простит, Игорь с семьей уедет. И снова одиночество.
— Анна Петровна? — в дверях стоял Игорь. — Мы... Мы хотели спросить. Можно встретить Новый год с вами? Вместе?
Анна подняла голову. За спиной Игоря маячили Ксения и Маша.
— Но... Но как же...
— Пожалуйста, — Ксения шагнула вперед. — Вы столько для нас сделали. Были с нами, когда мы сами в себе запутались. Давайте встретим этот Новый год вместе? Как семья.
— Баба Аня, пожалуйста! — Маша подбежала, обняла ее. — Мама, папа, я и вы! Как одна семья!
Анна посмотрела на них, на счастливого Игоря, на заплаканную, но улыбающуюся Ксению, на сияющую Машу. И кивнула.
— Хорошо. Давайте вместе.
***
До праздника оставался час. Они суетились — заправляли салаты, открывали шампанское. Маша без умолку болтала, рассказывала маме про школу, про подружек, про все, что накопилось за эти месяцы.
Когда часы пробили двенадцать, подняли бокалы.
— За новую жизнь! — сказал Игорь.
— За родных! — добавила Ксения.
— За бабу Аню! — крикнула Маша.
Анна улыбнулась. Да, Роман не простит. Да, будет больно. Но сейчас, в эту минуту, она не одинока. У нее были родные люди. Пусть не кровные родственники, но свои, близкие.
— С праздником! — сказала она.
В этот момент в квартиру ввалился Роман, они не заперли дверь в суматохе. Пьяный. С букетом помятых роз.
— Теть Ань... прости меня. Я... Я наговорил...
Она обняла племянника, втащила в квартиру.
— Все хорошо, Ромочка.
— Нет, не хорошо! Я... Я один. В праздничную ночь один. Ксюшка ушла. К нему ушла.
Он увидел в дверях кухни Игоря с Ксенией. Остановился, лицо пошло красными пятнами.
— Вы... Вы здесь... вместе...
— Рома, — Ксения шагнула вперед.
— Зачем? Зачем ты вышла за меня, если любила его?
— Потому что дура была. Испугалась трудностей. Думала, с тобой будет проще, спокойнее.
— И что, было?
— Нет, — Ксения покачала головой. — Не было. Потому что без любви никак не проще. Только хуже.
Роман молчал, глядя на нее. Кулаки медленно разжались, потом он перевел взгляд на Игоря.
— Она у вас... Она встречалась с вами? Изменяла мне?
— Нет, — твердо сказал Игорь. — Не изменяла. Приезжала к дочери.
— К дочери... — Роман словно протрезвел. — У тебя есть дочь. И ты мне не сказала.
— Прости.
— Знаешь... — он утер лицо рукавом. — Я бы принял. Если бы ты сказала сразу.
— Знаю, — Ксения заплакала. — Знаю, Рома. Ты хороший. Другая бы счастлива была. А я...
— А ты любишь его.
— Да.
Роман долго молчал, глядя в пол. Потом глубоко вздохнул.
— Все это время... Все эти месяцы я чувствовал — что-то не так. Ты отдалялась, нервничала. Я списывал на работу, на усталость. А оказывается... — он покачал головой, выпрямился, посмотрел на Анну.
— Прости, теть Ань. За слова. Я... был не прав. Ты хотела как лучше.
— Я понимаю, Ромочка.
— Понимаешь... — он покачал головой. — Все все понимают. Один я...
Голос снова дрогнул.
— Можно... Можно я у тебя останусь? Встречу с вами праздник? А то домой... там пусто.
Анна посмотрела на Игоря с Ксенией, те молча кивнули. Роман стоял, опустив глаза в пол.
— Конечно, оставайся. Пойдем на кухню. Маша нас заждалась.
Они прошли к столу, Маша сидела там, испуганно глядя на взрослых.
— А дядя почему плачет?
— У дяди Ромы неприятности, — мягко сказал Игорь. — Но все будет хорошо.
— Точно?
И вот, они устроились за обеденным столом. Роман не смотрел на Ксению, та жалась к Игорю. Только Маша, не понимая всей сложности ситуации, радостно щебетала.
— А давайте загадаем желания! Баба Аня, вы что хотите?
Анна задумалась. Что загадать? Чтобы Роман простил? Не остаться одной? Чтобы эта странная семья за столом стала настоящей?
— Загадаю, чтобы все были счастливы, — сказала она.
— И я! — подхватила Маша. — И чтобы мы больше никогда не расставались!
Взрослые переглянулись, Игорь поднял бокал.
— За то, чтобы в следующем году все было по-честному. Без обмана, без тайн.
— Поддерживаю, — глухо сказал Роман, а потом вдруг усмехнулся.
— Рома... — начала Ксения.
— Не надо. Что было, то прошло. Может, оно и к лучшему. Буду знать теперь — как оно, когда любят по-настоящему.
Он встал.
— Я пойду. Спасибо, теть Ань. За все спасибо.
— Ромочка, останься. Куда ты пойдешь в такую ночь?
— Домой. Мне... Мне надо побыть одному. Осмыслить. С праздником вас.
Он ушел. Анна хотела пойти следом, но Игорь ее удержал.
— Не надо. Ему правда нужно побыть одному.
— Баба Аня, — Маша потянула ее за рукав. — А дядя Рома к нам больше не придет?
— Не знаю, милая. Время покажет.
— Жалко. Он хороший. Просто грустный.
Из детских уст — истина. Роман действительно хороший. И действительно грустный. Но может, со временем...
— Анна Петровна, — Игорь поднял глаза. — Мы все-таки уедем. После праздников. Не в Екатеринбург, я найду что-нибудь поближе. Но... нам нужно начать сначала. С чистого листа.
— Я понимаю.
— Но мы будем приезжать! — быстро сказала Ксения. — Обязательно! Вы ведь теперь... родная для нас.
— Баба Аня — самая лучшая! — подтвердила Маша. — Мы будем приезжать каждые выходные!
— Ну, каждые — это вряд ли, — улыбнулся Игорь. — Но часто. Обещаю.
Анна кивнула. Правильно. Им нужно уехать. Начать новую жизнь. А она... Она останется. В своей трехкомнатной квартире. С фотографиями Виктора, с воспоминаниями.
Но почему-то не было страшно. Не было горько. Эти месяцы дали ей больше, чем годы одиночества. Она снова почувствовала себя нужной. Живой.
— Спасибо вам, — сказала она. — Всем спасибо. За то, что были. За то, что... разбудили меня.
— Это вам спасибо, — Игорь взял ее за руку. — Если бы не вы, мы бы так и мучились. Все. Вы дали нам шанс. На новое будущее.
— И Роману дали, — тихо добавила Ксения. — Теперь он найдет ту, которая будет любить его по-настоящему.
— Найдет, — уверенно сказала Маша. — Он же хороший!
Взрослые улыбнулись. Детская вера в хорошее — она лечит.
Сидели до утра. Говорили, вспоминали. Смеялись над тем, как Игорь искал пропавшие вещи. Над тем, как Ксения придумывала предлоги для визитов. Над тем, как все они запутались в собственной лжи.
Когда за окном рассвело, Маша уснула прямо за столом. Игорь бережно перенес ее в комнату.
— Нам пора, я снял номер в гостинице, — сказал он. — Ксюше нужно отдохнуть. Да и всем нам. А после праздников мы уедем.
Они стали прощаться. Ксения обняла Анну, прошептала:
— Простите. За все простите.
— Иди, — Анна погладила ее по голове. — Будь счастлива.
Когда за ними закрылась дверь, Анна вернулась к столу. Села на свое место. Перед ней — четыре пустых бокала, остатки салатов, помятые розы Романа в вазе.
Первое утро наступившего года. Что он принесет? Одиночество? Возможно. Но уже не то беспросветное, что было. Теперь она знала — жизнь может преподносить сюрпризы. И не все они плохие. 🔔