Вы уже привыкли слышать, что «общество стало жёстче»? Лично я, да. Только, как по мне, это пустая фраза, звучащая уже, как шум кондиционера — незаметно.
На улицах люди чаще отворачиваются, чем помогают. В транспорте уже привычная сцена, где кто-то хамит, а остальные делают вид, что ничего не произошло. Но хуже всего то, что эта привычка, быть безучастным, вышла далеко за пределы общения между людьми. Мы стали переносить свою озлобленность на тех, кто не может ответить — на животных.
Тут нет «равных сил». Животное не пожалуется в полицию, не напишет в соцсети пост, не вызовет адвоката. Оно может только молча терпеть или бежать, и именно это безмолвие, видимо, развязывает руки тем, кто считает допустимым издеваться над собакой, топить котят или выгонять старую дворнягу на мороз.
В интернете регулярно всплывают видео, от которых холодеет в груди,но при этом в комментариях всегда найдутся люди, которые будут оправдывать агрессора, мол: «а что, это всего лишь животное!».
И тут я вижу прямую параллель с нашей общей болезнью — привычкой оправдывать жестокость, если она не касается лично тебя. Мы научились жить, закрывая глаза, однако именно это удобное равнодушие и делает общество опасным.
Не только друг для друга, но и для братьев наших меньших.
А теперь давайте честно: кто у нас сегодня в меньшинстве? Те, кто защищает, или те, кому всё равно? Ответ, увы, очевиден.
Защитники животных всегда находятся в меньшинстве, работающем на износ. Не только ради кошки с перебитой лапой или собаки, брошенной на трассе, но и ради того, чтобы в целом изменить культурную привычку относиться к животным, как к мебели — пока не надоест, а потом выбросить.
В общем, я когда всерьёз задумалась об этом всём, решила, что копать глубже — только расстраиваться. Откуда взяться хорошим новостям в такой-то теме? Чего положительного можно найти в потоке боли и равнодушие?
Стоит признать, что я приятно ошибалась... Оказалось, что об окружающей природе и братьях наших меньших активно думают и даже реально заботятся! Рассказываю.
Накануне были объявлены победители первого конкурса Президентского фонда природы. На сохранение дикой природы впервые единовременно выделено 1 миллиард рублей на 164 проекта.
Это не частные пожертвования и не разовая акция, а системная государственная поддержка.
И среди победителей есть по-настоящему важные инициативы:
- Например, самый крупный грант (27 миллионов рублей) получил национальный парк «Командорские острова». Здесь будут спасать редкие виды: каланов, сивучей и медновского песца. И в этом участвуют не только специалисты, но и местные жители — те самые люди, которые видят животных каждый день и понимают, что их исчезновение будет личной потерей.
- На северо-востоке Пермского края, в Вишерском заповеднике, появится экотропа и фигуры животных в натуральную величину — чтобы школьники и взрослые видели, кого именно они защищают, а не абстрактное слово «фауна».
- В Крыму, благодаря гранту в 24,6 миллиона рублей, строят «Морскую больницу» — настоящий центр реабилитации для дельфинов и морских свиней. Спасатели сейчас часами стоят в холодной воде рядом с пострадавшим животным, а в будущем смогут лечить и возвращать их в море в комфортных условиях.
- Есть и проекты для борьбы с пожарами в заповедниках, и инициативы для сохранения природы Арктики, и даже детские образовательные программы, которые через творчество учат ценить живое.
Но знаете, что во всём этом меня тревожит? Эти гранты — капля в море по сравнению с масштабом равнодушия. Потому что можно построить морскую больницу, можно создать экотропу, можно обучить сотрудников ООПТ работать с картографией, но если общество продолжит считать, что «животные сами как-нибудь», то всё это будет борьбой с последствиями, а не с причиной.
Причина, пора признать, в нас самих. В нашем бытовом презрении к слабому. В том, что мы оцениваем, стоит ли помогать, по шкале «а что я с этого получу». Это и есть настоящая деградация — потеря способности защищать того, кто не может защитить себя.
Поэтому я не верю в «природную доброту народа», я верю в конкретных людей и конкретные действия. И в то, что пока у этих людей есть силы — у животных есть шанс.
Однако силы, как и гранты, не бесконечны, так что, если мы хотим, чтобы через десять лет у нас всё ещё был живой мир, а не набор таксидермических экспонатов, нужно перестать молчать, потому что молчание — это всегда выбор стороны тех, кто бьёт, топит и бросает.