Глава 2
К вечеру температура упала еще ниже. Злобин потер замерзшие руки и выдохнул облачко пара, наблюдая за входом в музыкальную школу. Рядом переминался с ноги на ногу Малышев, красный нос которого выдавал, что форменное пальто не спасало его от пронизывающего ветра.
— Она не могла просто раствориться в воздухе, — пробормотал Злобин, глядя на крыльцо, с которого сейчас выходили последние ученики. — От школы до дома двадцать минут ходьбы. Что-то случилось на этом отрезке.
— Может, ее кто-то подвез? — предположил Малышев, пытаясь согреть руки дыханием.
— Или увез, — мрачно отозвался Злобин. — Идем поговорим с преподавателем.
Кабинет фортепиано встретил их теплом и едва уловимым ароматом духов. Преподаватель, Елена Павловна Синицына, худенькая женщина лет пятидесяти с красивыми, но усталыми глазами, аккуратно складывала ноты.
— Варя — одна из лучших моих учениц, — тихо сказала она, когда Злобин представился. — Не могу поверить, что это происходит.
— Как она вела себя на последнем занятии? — спросил Злобин, осматривая кабинет. Старый рояль, портреты композиторов, стопки нот на полках.
— Как обычно... сосредоточенно, вдумчиво. Хотя... — женщина задумалась. — Она попросила закончить занятие на пять минут раньше. Сказала, что нужно успеть куда-то.
Малышев оживился:
— Она сказала куда именно?
— Нет, просто "нужно успеть". Я не придала значения. Подумала, может, в библиотеку — она часто туда ходила последнее время.
Злобин переглянулся с Малышевым.
— Спасибо. Если вспомните что-то еще — звоните в любое время, — он протянул визитку.
***
Городская библиотека напоминала огромный корабль, севший на мель посреди спального района. Модернистское здание из стекла и бетона резко контрастировало с окружающими панельками.
— Странное место для подростка, — заметил Малышев, поднимаясь по широким ступеням.
— Когда-то я сам проводил здесь много времени, — неожиданно сказал Злобин. — Не все ищут развлечения в гаджетах.
Пожилая библиотекарша узнала девочку по фотографии:
— Варенька, конечно. Замечательный ребенок. Последние два месяца приходила почти каждый день.
— Что она читала? — спросил Злобин.
— Сначала биографии композиторов, потом увлеклась краеведением, — женщина достала формуляр. — Брала книги по истории города, старые газетные подшивки...
— Можно взглянуть, что именно?
Пока библиотекарша искала записи, Малышев шепнул:
— Какая связь между пропажей девочки и старыми газетами?
—Не знаю, — пожал плечами Злобин. — Но это единственная зацепка. Если ребенок вдруг меняет привычки — не стоит игнорировать этот знак. Это не просто переходный возраст или каприз. За внешней переменой что-то прячется: тревога, интерес, страх... Бывает, даже желание что-то узнать или сделать по‑своему.
Прошло всего десять минут — и стало совершенно понятно: Варвару на самом деле привлекала не просто безобидная байка из старого района. Она «копала» историю давно заброшенной фабрики «Восход». Когда-то этот гигант был сердцем города — целый народ кормился с его огромных цехов. Но пришли 90-е и... всё. Ворота захлопнулись. Заводы стоят, окна черны. Никому и дела нет.
— Почему именно фабрика? — вслух пробормотал Злобин, выходя из душной библиотеки прямиком в колючий зимний вечер. Вдохнул мороз. В голове крутились варианты — то ли школьный проект, то ли семейная тайна, то ли просто тяга к приключениям...
— Там же отец погиб, — вдруг сказал Малышев. — Помните? Мать говорила — авария на заводе.
Злобин остановился:
— В деле не указано, какой именно завод.
— Я просто предположил...
— Проверь, — коротко бросил Злобин, доставая телефон. — А я пока сделаю пару звонков.
***
Ближе к полуночи служебная "Лада" Злобина тормознула у неприметного бара "Пристань" в порту. Малышев с сомнением посмотрел на тусклую вывеску.
— Ты уверен? Это же притон...
— Именно, — Злобин выключил двигатель. — Здесь бывают те, кто знает всё, что происходит в городе.
— Но мы должны запросить официальное разрешение на оперативные мероприятия в...
Злобин устало посмотрел на напарника:
— Слушай, академик. Пока ты будешь запрашивать разрешения, девочка может умереть. Если уже не... — он не закончил фразу. — Хочешь ждать в машине — жди.
Внутри "Пристани" было накурено, несмотря на все запреты. Гремела музыка, за дальними столиками жались сомнительные личности, которые при виде Злобина заметно напряглись.
— Опять ты, Леха? — мрачно поприветствовал Злобина бармен, грузный мужик с татуировкой на шее.
— И тебе не хворать, Леший. Егор здесь?
— В подсобке, — бармен кивнул в сторону неприметной двери. — Только он не в духе сегодня.
— Переживёт, — Злобин направился к двери, жестом приказав Малышеву следовать за ним.
В тесной комнатушке за компьютером сидел худощавый мужчина с всклокоченными волосами. При виде Злобина он вздохнул:
— Только не говори, что опять нужна моя помощь.
— Дело срочное, Егор. Пропал ребенок.
Малышев непонимающе переводил взгляд с одного на другого.
— Познакомься, — сказал Злобин. — Егор Вязьмин, когда-то лучший программист "Восхода", а теперь...
— Теперь просто человек, который хочет, чтобы его оставили в покое, — перебил Егор. — Что тебе нужно, Лёня?
— Информация о "Восходе". Всё, что можешь найти. Особенно аварии, несчастные случаи за последние пять лет работы.
Егор поморщился:
— Зачем ворошить это дерьмо? Фабрика закрылась, концы в воду.
— Три года назад там погиб отец пропавшей девочки. Она изучала историю фабрики перед исчезновением.
Егор задумчиво посмотрел на Злобина:
— Имя?
— Климов.
Пальцы забегали по клавиатуре.
— Дай мне пару часов.
***
В три часа ночи они сидели в круглосуточной забегаловке. Малышев клевал носом над стаканом остывшего кофе, а Злобин просматривал распечатки, переданные Егором.
— Не сходится, — пробормотал он. — По официальной версии Климов погиб из-за нарушения техники безопасности. Но...
— Но что? — встрепенулся Малышев.
— Егор нашел неофициальный отчет. Перед аварией Климов пытался связаться с редакцией местной газеты. Хотел что-то рассказать про фабрику, но не успел.
— Вы думаете, его убили?
Злобин потер переносицу:
— Не знаю. Но девочка что-то нашла. Что-то связанное со смертью отца.
Телефон Злобина зазвонил. На экране высветилось "Леший".
— Слушаю, — напряженно ответил Злобин.
— Твоя девочка... — хрипло сказал бармен. — Ее видели возле старой фабрики вчера вечером. С каким-то мужиком.
— Кто видел?
— Наркоша один. Он там периодически ночует.
— Мне нужно с ним поговорить.
— Не выйдет. Его час назад нашли с перерезанным горлом возле фабрики.
Злобин резко встал:
— Едем. Сейчас же.
***
Заброшенная фабрика "Восход" возвышалась черной громадой на окраине города. Выбитые окна зияли, как пустые глазницы, ветер завывал в проржавевших конструкциях.
— Нужно вызвать подкрепление, — сказал Малышев, глядя на труп молодого парня, которого уже осматривали эксперты. — Здесь опасно.
— На это нет времени, — отрезал Злобин, проверяя пистолет. — Если девочка здесь, каждая минута на счету.
— Товарищ подполковник, я должен настоять! Это нарушение протокола...
— Слушай, академик, — Злобин схватил Малышева за отворот пальто. — Учи сначала буквы жизни, потом правила по уставу. Если хочешь — вызывай кого хочешь, а я иду внутрь.
Здание фабрики встретило их запахом сырости, плесени и чего-то еще — сладковатого, тревожного. Луч фонарика выхватывал из темноты обломки станков, разбросанные документы, пустые бутылки.
— Смотри, — Злобин указал на следы на пыльном полу. — Здесь недавно ходили.
Они углублялись в лабиринт фабричных помещений, когда услышали звук — что-то среднее между скрипом и стоном.
— Туда, — шепнул Злобин, указывая на лестницу, ведущую в подвал.
Малышев нервно выдохнул:
— Я вызову подкрепление.
— Тихо, — прошипел Злобин, но было поздно.
Где-то внизу хлопнула дверь. Кто-то бежал.
Злобин рванул вниз по лестнице, Малышев за ним. В подвальном коридоре мелькнула тень. Выстрел. Пуля высекла искры из бетонной стены.
— Стоять! Полиция! — крикнул Злобин, но тень уже исчезла за поворотом.
Малышев достал телефон:
— Вызываю группу захвата.
Пока он говорил в трубку, Злобин осматривал помещение, куда привели следы. Это была старая лаборатория. На столах — колбы, приборы, записи. В углу — свежие следы крови.
— Черт, — выругался Злобин. — Он успел уйти. И всё из-за твоей...
Его прервал крик. Далекий, еле слышный, но определенно человеческий. Женский.
— Это она! — Злобин бросился на звук, не дожидаясь Малышева.
Крик повторился, теперь ближе. Он привел их к массивной металлической двери в дальнем конце подвала. Заперто.
— Варя! — крикнул Злобин. — Ты там?
Тишина, потом слабый голос:
— Помогите... здесь...
Злобин навалился на дверь:
— Отойди от двери!
Три выстрела в замок, удар плечом — и дверь поддалась. В тусклом свете фонарика они увидели ее — худенькую девочку, прикованную наручниками к трубе. Бледная, измученная, но живая.
— Вы нашли меня, — прошептала она и потеряла сознание.
Малышев бросился к ней, проверяя пульс:
— Жива! Но нужна скорая.
Злобин осветил фонариком стены. Они были увешаны фотографиями, документами, вырезками из газет. В центре — большое фото отца Вари с надписью "Он знал".
— Что здесь происходит? — прошептал Малышев.
— Что-то гораздо более серьезное, чем похищение, — мрачно ответил Злобин, глядя на разложенные на столе папки с грифом "Совершенно секретно. Проект "Восход". — И теперь наш подозреваемый знает, что мы здесь.
Снаружи уже выли сирены подъезжающих машин. Но Злобин понимал — они только начали распутывать этот клубок. И самое страшное еще впереди.
Предыдущая глава 1:
Глава 3:
Дорогие читатели! Я открыла недавно свой канал в Телеграм и решила, что там будут истории, которые не будут далее выходить на платформе дзена. Но время от времени буду перекидывать туда и старые статьи из дзена, чтобы Вы вспомнили или прочли, если не читали. Подписывайтесь смело и не пропустите ничего нового!💖