Современные экранизации, уважаемые читатели, часто подвергаются бездумной расправе. Не избежала этой участи и лента Ивана Шурховецкого. Выпускник Ярославского театрального института не раз обращался к военной тематике. Старается выбирать для экрана как раз реальные истории времен ВОВ, как было, например, и с картиной "Джульбарс." Режиссер свободен в толковании человеческих характеров, умеет выписать художественно цельные и предельно честные образы.
Война оголяет людскую суть, являет собой благодатное поле для прорастания зерен худших пороков и высокое небо для полета самых высоких чувств. Для автора, стремящегося показать человека в условиях предельной концентрации всех худших и лучших качеств, выбор повести Веры Пановой практически идеален.
Писательница времен социалистического реализма сумела четко обозначить границы идеализации. Война делается не единичными доблестными свершениями, а изнуряющим каждодневным трудом многих тысяч людей. И люди все разные, большинство - совсем не герои.
Режиссер поддержал авторскую мысль. Едва ли не ключевой, в этом смысле, диалог главных героев прозвучал в третьей серии. Данилов, прямо вычерчивая свою линию, заявляет: - "Героизм в нашей стране - это естественная функция людей." Белов по привычке мягко подвергает позицию сомнению: - "В нашей стране двести миллионов народу. И что, двести миллионов героев?" "Возможно!"- твердо стоит комиссар на своем. "Минус один," - не сдается доктор. - Из меня не выйдет героя." "Минус два, - подхватывает Данилов. - Еще Супругов."
Миллионы таких не героев на самом деле и вынесли на своих плечах кровавую и грязную войну. И к большой Победе страну привели совсем не идеальные граждане - обычные люди со своими слабостями и даже странностями. И следуя за открытой мыслью Пановой, режиссер Шурховецкий выразил это в новой экранизации повести "Спутники" со всей откровенностью современной эстетики.
Отдавая должное первой экранизации "Поезд милосердия", признавая художественное совершенство картины Петра Наумовича Фоменко "На всю оставшуюся жизнь, решительно отношу и нынешнюю интерпретацию Шурховецкого к числу работ весьма достойного качества.
Можно очистить фильм от легкой шелухи, простить некоторые уступки нынешней моде отражения войны в искусстве. И сильная сторона новых "Спутников" откроется с неминуемой неопровержимостью. А достоинства картины, на мой взгляд, определяются многими свойствами, в том числе, осмыслением темы истинного героизма, живой трактовкой литературных образов, сильной актерской игрой и отражением моментов реальной истории ВСП-312.
Доктор Белов, комиссар Данилов, старшая сестра Фаина Васильевна, врач-ординатор Супругов, Лена Огородникова, Юлия Дмитриевна - все герои Пановой воссияли новыми красками, некоторые обрели фамилию. Не отступая от авторской правды, режиссер поднял каждый образ до высоты современного восприятия.
Команда разных, в общем-то, людей под крышей одного санитарного поезда, курсирующего между фронтом и тылом, показана не только в соприкосновении с войной, но и в обычном конфликте личностей. "Фронтовое братство," воспетое поэтами. Случайные попутчики, говоря языком мирного времени. Вечные спутники боевых сражений - медики.
Героями своего повествования писательница сделала военных врачей и сестер милосердия совсем не случайно. Это другая ипостась профессии, особая философия бытия. Когда сохранение жизни бойца становится каждодневной тяжелой работой без претензии на героизм. Когда в присутствии близкой смерти происходит буквальное перерождение человека. И всякий миг в ком-то просыпаются не самые лучшие качества и вспыхивают отменно высокие чувства.
В новой экранизации получилось создать жизненные, внятные, экспрессивно выраженные в сложных обстоятельствах образы. Каждый герой понимает, что война не оставила выбора - возвращение к мирной счастливой жизни возможно только через кровь, боль и потери.
И даже в условиях общего понимания они остаются совсем разными людьми. И в войну иной человек не способен расстаться со слабостями. И не самые идеальные люди все равно идут и делают великое дело - спасают других.
Неспроста каждая экранизация вслед за повестью осмысляет тему жертвенности. Кто, кому и чем жертвует. "Нельзя приносить жертву самому себе", - утверждает комиссар Данилов. Отстаивание собственной свободы, счастливой мирной жизни - священное право каждого. Но так устроено общество, что умирать идет один, а другой остается дома. И долгом тех , кто не ушел на войну, становится почтение памяти погибших и за себя, и за другого.
И то совсем не высокие слова, война вообще не терпит пафоса. Это правда жизни. И каждая картина о войне - сохранение той памяти, воздание долга тем, кто пожертвовал собой. И лозунги: -" Лучше бы не снимали,"- Здесь не действуют. Создавать новые фильмы надо. И нынешняя кинематографическая версия "Спутников" совсем не плохая, она просто другая.
Начальника поезда Николая Викентьевича Белова сыграл Александр Сирин. К актеру Театра "Ленком Марка Захарова" как-то необыкновенно органично идут образы врачей. Человеческая мягкость в сочетании с высоким профессионализмом, наверное, и определяют хорошего доктора. Таким и видится военврач первого ранга Белов.
Неспроста своеобразным символом персонажа стали теплые валенки. "Знаете, одна дама сказала, что валенок в армии на всех не хватит, "- смущаясь, объяснился Белов с Даниловым июньским утром 41-го, держа в руках надежную зимнюю обувку. С этими валенками под лавкой он проедет тысячи километров и, подхватив под мышки, с победой отправится домой.
Таким и воспринимается зрителем главный врач ВСП - мягкий и надежный защитник. Его человеческого тепла хватает на каждого раненого. Замечательный диагност, Белов незаменим и в военном госпитале, где история болезни сочится из открытой раны. У него уверенная хирургическая рука и терапевтический дар врачевателя.
Сердечность, уступчивость в жизни и твердость, непримиримость в деле. Легкая суетливость в быту и безукоризненное самообладание в работе - вот он, доктор Белов игрой Александра Сирина.
Настоящий интеллигент - он честно служит обществу, сполна отдавая себе отчет в ответственности перед каждым солдатом. Сцена с больными тифом репатриантами - характерный момент. И терзания из-за смерти от инсульта контуженного бойца.
И как трогательно Николай Викентьевич относится к жене. Ярче и яснее становится в нынешней интерпретации его многолетняя влюбленность в супругу. Сонечка в исполнении актрисы Ольги Белявской полна солнца и света. Кажется, что такой и должна быть спутница доктора.
Трагедия человека, который каждый день спасает людей, но не смог защитить собственную семью - это тоже Белов в общей беде войны.
Юлия Дмитриевна Разумовская, эта героиня Пановой и обрела в новой экранизации фамилию. Образ сильной женщины, созданный советской писательницей, расцветал и расцветал на наших глазах от экранизации к экранизации. Каждый мастер одаривал героиню своей любовью. Юлии Дмитриевне грех жаловаться на отсутствие внимания, ее любят все режиссеры. С чего вздумалось Пановой делать из своей героини "совершенного урода."
Все актрисы, что играли хирургическую сестру, вышли из этого шаблонного круга. И образ Юлии Дмитриевны в кино получился куда как интереснее. Есть такой тип медсестры - знающих больше врача. Наверное, мир был бы счастливее, кабы каждую сестру звали Юлией Дмитриевной. Тот ум и свет, что без сомнения с избытком присущи героине, и определяет ее сущность. А такого человека невозможно назвать уродом.
И влюбленность в Супругова игрой Базилевич совсем далека от глупенькой увлеченности. Полюбила так сильно, что не увидела в избраннике дурного. И на силу ее любви понадеялся даже доктор Белов: - "Она сделает из него человека." На беду Юлии Дмитриевны Супругов принять другое сердце не способен. Он любит лишь себя. "Вам интересен только один человек, - в глаза говорит ему Данилов. - Это вы."
Не оправдалась и последняя надежда одинокой женщины, что она увидела в вопросе коллеги: - "Домой едем вместе?" Поехали-то одной дорогой, но в разные стороны. У Базилевич получилась потрясающая Юлия Дмитриевна. Один из лучших образов в сериале. Высший актерский класс. Сцена прощания на вокзале полна горькой печали, Юлия Дмитриевна простилась не с Супруговым - с женской мечтой о любви.
Но она очень сильный человек, будет жить дальше полно и счастливо. Недаром к ней так льнула фронтовой найденыш Васька. Вместе они и вернулись в мирную жизнь. Василиса Петровна дождалась хирургическую сестру на вокзале, а та забрала девчонку в свою семью. Прекрасный финал.
Врач-ординатор Супругов личность и для мирной-то профессии не самая характерная. А война и вовсе вскрыла в нем все худшее. Но встречается в жизни такой тип, встречается. Это абсолютное воплощение влюбленности в себя. Такой человек несет свое эго выше всей бренности мира.
Его исключительной погруженности в собственную жизнь удивляется даже мать. "Иди, Павлик, повоюй за Родину," - чуть ли не с радостью провожает она сына на войну. Павлик-то всегда думал, что его драгоценную жизнь должен защищать кто угодно, только не он сам.
А попав в санитарный поезд, слегка выдохнул - здесь не так опасно. И сходу окружил себя любимого привычными вещами, чай пьет из фарфоровой чашечки, словно у себя дома.
И даже во время поиска раненых в городе продолжает заниматься лишь собой. Только окрик Лены Огородниковой:- "Доктор, что вы делаете?"- заставляет выбросить серебряную ложечку, что присмотрел в руинах.
Комиссар Данилов уже на территории Польши застал его за любованием фарфоровой тарелочкой и тоже вернул доктора к действительности. Супругов же давно был мыслями дома, там, где его ждала коллекция таких безделушек. Человек не изменился за четыре года.
И все же на войне произойдет его преображение. "Он ищет популярности в коллективе," - вдруг заметил Данилов явную перемену в военвраче второго ранга. Комиссар с самого начала не верил в ординатора, изменения не особо его удивили. Преображение произошло в тот самый первый выход в Пскове, когда группа целые сутки выискивала раненых в городских руинах.
Супругов же, рывшийся в поисках серебряной ложечки, почувствовал себя невероятным героем. И искренне не понимал, почему перед ним никто не склоняет колен. Рабочего, починившего какой-то провод, благодарят изо всех сил, а его подвига не замечают. Говоря современным языком, он схватил звезду. Теперь ему можно все, даже должно взять от жизни все, хотя бы в этих условиях - от запретного печенья и сгущенки к чаю до женского тела.
Режиссерская метафора с мытьем закопченной головы и взятием девушки Фимы после героического возвращения - прозрачнее некуда. Но это, на мой взгляд, как раз те уступки современной моде кино, что нет-нет да и делаются в картине.
Игра Виталия Коваленко вызывает же только удивленное восхищение, насколько силен актер в игре неоднозначных персонажей.
И совершеннейшее восхищение глубиной режиссерского толкования вызывает образ Фаины Васильевны. Вот кому война противопоказана вовсе - женщине. Старшая сестра и сама не осознает, что с ней творится. А война уже вовсю ее ломает. Хотя жизнерадостная Фаина изо всех сил старается сохранить женственность.
Кажется, что жизнь бьет в ней ключом. Она не боится ни крови, ни бомбежек. Здравый ум и боевой опыт всегда диктуют верные решения. Фаина Васильевна понимает, что окна в вагоне лучше открыть - иначе выбьет взрывом. Когда же главный врач приказывает их закрыть: - "Белье прокоптится." - Она как-то по привычке легко и словно мимоходом заметит: - "Глупо!"
Она без сомнений идет на самые сложные дела. Обижается, когда не берут в город на поиски раненых. И вручает свою санитарную сумку Лене Огородниковой, чувствую в ней такую же неженскую силу. Первой выражает готовность сдать кровь для раненого Крамина. Без колебаний, по собственной инициативе берется выхаживать тифозных репатриантов.
Сослуживцы посмеиваются над накручиванием марлевых тюрбанов, совершенно восхитительной варкой туши для ресниц из скипидара, вазелина и сажи, чтением легких романов и над невинными заигрываниями с мужчинами. Но любят и ценят Фаину Васильевну все. Даже комиссар Данилов в конце концов махнул рукой на ее накрашенные губы.
Но это жизнерадостная сестра уже надломлена. Война жестока со всеми, с женщинами - вдвойне. А смерть всегда находит трещинку и просачивается сквозь нее. Гибель Фаины была как-то очевидна с самого начала.
В общем-то, в сериале вся галерея образов живописна. Интересно интерпретирована Лена Огородникова (Дарья Мельникова), хотя здесь и видится та легкая сценарная шелуха, что хочется смести с экрана. Заведующий АХЧ Соболь ( Дмитрий Поднозов), военфельдшер Ольга Михайловна (Татьяна Рассказова), машинист Кравцов ( Артур Ваха) электромонтер Низвецкий ( Яков Шамшин), кочегар дядя Саша (Александр Марушев), санитарка Клава Мухина - да все книжные герои обрели какое-то второе дыхание.
К особенностям новой экранизации можно отнести и отсылы к реальной истории легендарного военно-санитарного поезда N 312.
О первой экранизации повести и ВСП-312 можно прочесть здесь:
Повесть Пановой сама по себе документальна, автор два месяца провела на колесах вместе с командой санитарного поезда. Но история военно-санитарного N 312 гораздо богаче и объемнее.
Весть о здравнице на колесах быстро разнеслась по всем фронтам. Сталин благодарственным письмом выразил личную признательность славному коллективу. Но нашлись и бдительные сограждане, кто обратил внимание НКВД на вольности, что якобы творятся в ВСП-312.
И эпизод, когда особисты пришли с проверкой, не дань киношной моде, а реальный факт из биографии легендарного поезда. И действительно, вместо наказания сотрудники особого отдела поблагодарили команду за службу. История с публикациями в газете, пусть не такая шумная, тоже взята из жизни.
Спасибо, с вами было интересно. Подписывайтесь на канал. Возможно, найдете что-то полезное для. Приятных возвращений к старым экранизациям и знакомству с новой версией. Все фильмы, на мой взгляд, достойны нашего внимания. Это были личные впечатления от сериала "Спутники", которыми делюсь, как всегда, на равных.
К прочтению с почтением, автор канала Яна Никитина
Ссылка на публикацию о второй экранизации здесь: