На обочине было жарко. Солнышко припекало голову, и Сергей подумал, что неплохо было бы прикрыть рано начавшую лысеть макушку, но из леса потянуло прохладой, и он махнул на это рукой. Возвращаться к машине не стал.
Рядом шла Наташка, щурясь от яркого солнца, и поглядывала на старшего брата виновато.
- Да не косись ты, - подбодрил он. – Нормально я дойду. Не развалюсь. Раз врачи говорят, что всё в порядке, значит, нервишки подлечить надо и боли пройдут. Вот вернётся Анфиса из командировки, куплю путёвки, уедем с ней на море, полежим кверху пузом под солнышком на пляжу – и всё пройдёт.
Наташа вздохнула.
- Ты не думал, чего это она вдруг заново учиться пошла?
- А что тут думать? Развивается человек!
Наташа кивнула.
- Ты бы тоже могла пойти учиться, - сказал Сергей.
- Ага, а детей я на кого оставлю? Нет, я не могу вот так на месяц из дома уехать.
- Антону своему отдашь. Он всё-таки отец и бывший муж…
- Муж объелся груш, - проворчала Наталья. – Я ему и рыбок на месяц не оставлю – всех переморит. А ты говоришь детей.
Сергей хмыкнул.
- Сама выбирала. А я говорил, что жених у тебя – дурень.
Наташка открыла рот, чтобы ответить отповедью, но взгляд её упал на толстую, скрученную вдоль собственной оси сосну.
- Ох! Надо же! И как это она так выросла? Нам сюда! – она ткнула вниз, где в лес убегала узкая тропинка.
Наташка шла первой. Сергей шагал за ней, то и дело норовя наступить на пятку. Одергивал себя, чтобы сделать шаг поменьше, отставал ненадолго, но всё одно – нагонял.
- Наташ, давай я первым пойду. А то все ноги тебе оттопчу ведь, - взмолился он.
Сестра оглянулась на него, посмотрела смеющимся взглядом.
- Ну иди, иди, великан.
Так Наташка называла Сергея в детстве, когда в четырнадцать лет он внезапно вытянулся, перегнав по росту невысокого коренастого отца. После она и сама подросла, почти сравнявшись с братом, только прозвище уже закрепилось.
Сергей бодро зашагал вперед. И теперь Наташе уже приходилось поторапливаться, чтобы не отставать.
- И что тебя понесло в такую глушь? – спросил он.
- Я же говорила. Хочу на будущее погадать.
- А в городе шарлатанок не хватало? Или они разом в отпуск собрались, что ты решила ехать аж за несколько километров? Попросила бы, я бы тебе сам нагадал всё, что хочешь. Что тебе надо? Повышение? Или нового мужа?
- Пфф, - фыркнула Наташка. – Шагай давай, гадатель.
- Ну правда, зачем тебе я? Завтра Анфиса приедет. Взяла бы её с собой…
- Чтобы твоя жена исполняла обязанности моего старшего брата? Ещё чего!
- А что тут исполнять? От кого тебя защищать? От дурных идей?
- Как от кого? Это же лес! Вдруг медведь или волк…
- И как я голыми руками с ними буду драться? Разве что из-за боли в суставах убежать не смогу…
- Ну не знаю, пока ты шагаешь даже слишком бодро, - заметила сестра.
- Обезболивающее выпил, - признался Сергей.
Вдруг что-то размером с кошку быстро прыгнуло из высокой травы прямо у него из-под ног - и в кусты. Сергей охнул.
Наташа взвизгнула.
- Да не верещи ты, это же просто заяц!
За разговорами они не заметили, как углубились далеко в лес, и берёзки с сосёнками сменились на густой ельник. А за ним показалась поляна со стоящей посредине избушкой. Крыша её поросла мхом, доски на крыльце требовали замены.
Сергей оглянулся на сестру.
- Тут что ли гадалка твоя живёт?
- Я же не была у неё. Постучи и узнай, - съязвила сестра.
Сергей пожал плечами.
Поднялся на крыльцо по скрипучим ступенькам и постучал.
Дверь распахнулась тут же, будто в доме только его и ждали. Запах горькой полыни защекотал ноздри. Из темноты избы на свет выглянула молодая женщина в белом платке.
- Здравствуйте, - сказал Сергей, посмеиваясь и мельком глянул на Наталью. – У меня тут сестра с катушек слетела, ей сказали, что в этом лесу погадать можно.
Женщина улыбнулась ему в ответ.
- Погадать – это не ко мне. Да и никто вам в этом лесу не погадает.
Сергей обернулся.
- Слышь, Наташка? Нет тут гадалки твоей.
Только женщина продолжила:
- Да сестре вашей и гадать нечего – скоро на повышение пойдёт, там и мужчину встретит хорошего.
- А-а-а! Я понял, понял! – засмеялся Серёжа. – Это у вас шуточки такие, да? Сговорились с Наташкой? Сколько она вам заплатила за этот цирк? А нет, - выставил он руку вперед, словно хотел, чтобы незнакомка погодила с ответом. – Не говорите! Раз уж за всё заплачено, давайте, покажите, чего умеете. Что вам там обо мне сестра успела растрещать?
- Жена твоя завтра приедет.
- Ну, ну, это я и сам знаю, даже скучно!
Он показательно зевнул.
- Только рад ей ты не будешь. Приедет, чтобы сказать, что бросает тебя. К другому уходит.
- Фу, как низко! – сказал Сергей и стал спускаться со ступеней. – Я по-вашему в такую даль ехал, чтобы этот дешёвый цирк смотреть?
Он глянул на сестру зло и прошел мимо, направившись в обратную сторону к тропе.
- В детстве над дедушкой смеялся. Он хромал сильно. Ты изображал его походку, а он обернулся. Стал грозить тебе кулаком. И ты поднял с земли камень и бросил в него, - тихо сказала ему вслед незнакомка.
Но Сергей услышал и встал, как вкопанный.
- Не попал. И только позже узнал, что хромота у него из-за железа в ноге. Ранен был, выполняя боевую задачу.
Серёжа повернулся к ней медленно.
- Откуда ты это знаешь? – и перейдя на шёпот, признался: - Самый большой стыд моего детства… Я никому об этом не говорил. Ни единой душе.
- Могу ещё кое-что рассказать, но для этого тебе придется войти.
Молча, не глядя на сестру, Сергей снова поднялся на крыльцо и нырнул в освобождённый ведуньей дверной проём.
Наташка серой мышкой скользнула следом, пока Агафья не передумала и не закрыла перед нею дверь.
В доме было сумрачно. Из-за густого ельника вокруг, солнце пробивалась в комнату лишь украдкой, будто подглядывало.
Ведунья зажгла свечу. Пламя заколыхалось на фитиле, осветив лицо Агафьи, рассеяв тени вокруг.
Она провела рукой с подсвечником перед Сергеем. Огонь заёрзал неуютно, задергался, затрещал, словно хотел сбежать с фитилька, да не мог…
- Неспроста у тебя кости ломит, - заговорила Агафья, и в этот раз Сергей не стал перебивать её и высмеивать, не начал обвинять в сговоре с сестрой, - Тот, к кому твоя жена уйдёт, извести тебя хочет.
- Значит, она не сама к нему? Не по своей воле уйти решила? – спросил Сергей с надеждой.
Но Агафья покачала головой.
- Здесь колдовства никакого нет. Жена твоя его без принуждения выбрала.