*****
Татьяна долго выбирала наряд. В конце концов остановилась на самом коротком платье из своего гардероба — чёрном, с глубоким декольте и разрезом почти до бедра. Она знала, что это оружие, и сегодня оно ей пригодится.
Её план был прост и эффективен. Мужчины — они как животные, поддаются инстинктам. Короткое платье, уверенная походка, аромат духов — всё это сработает лучше любых извинений. А извиняться она не собиралась. За правду не извиняются, особенно когда эта правда режет по живому.
В зеркале отразилась женщина, уверенная в своей победе сегодня. Высокая причёска подчёркивала изящную шею, а макияж был безупречен — ни одной лишней линии, только подчёркивающая природную красоту.
Холодный ветер встретил её у подъезда. Он бесцеремонно задирал подол пальто, ледяными пальцами касался обнажённых ног, но Татьяна лишь плотнее закуталась. Цель оправдывала любые жертвы.
Фёдор... Он был именно тем мужчиной, о котором она мечтала. При погонах, с безупречной репутацией, спокойный и рассудительный. Идеальный кандидат на роль мужа и отца её будущих детей. А Аглая... Что ж, придёт время, и она сотрёт эту выскочку из памяти Фёдора. В его жизни должна быть только одна женщина — она, Татьяна!
Татьяна нервно сбросила пальто, небрежно бросив его на стул. Её взгляд метнулся к закрытой двери кабинета Фёдора. Сердце забилось чаще — неужели он там? Может, просто не слышит?
Она опустилась на жёсткий стул для посетителей, закинув ногу на ногу. Стройные ноги в обуви на высоком каблуке нервно подрагивали, выдавая её волнение. В коридоре царила непривычная тишина — только отдалённый гул голосов да редкие шаги нарушали покой.
Внезапно из-за угла появился полицейский. Его взгляд, полный неприкрытого презрения, скользнул по её фигуре.
— Серёг, а вы зачем жрицу любви к Федьке притащили?! — его громкий голос эхом отразился от стен.
Татьяна почувствовала, как кровь прилила к щекам. Горячие слёзы подступили к глазам. Пальто, которое она судорожно пыталась натянуть на себя, казалось, жило своей жизнью — рукав никак не хотел попадать на место.
В этот момент в коридоре появился Степаныч.
— Татьяна? — его голос звучал удивлённо.
— О, здравствуйте, Иван Степанович! — она постаралась говорить как можно дружелюбнее, скрывая подступающие слёзы. Только начальника Фёдора ей не хватало для полного счастья.
— А ты чего тут?
— Федю жду... — наконец-то ей удалось справиться с непослушным пальто.
— Так Федя на ферме.
— Какой?
— Тань, у него отпуск, уехал он к тётке на ферму помогать, — Степаныч говорил с ней так, будто она была неразумным ребёнком.
— Извините, я не знала...
— Тань, а что ты про него вообще знаешь, кроме того что он в полиции служит? — мужчина усмехнулся, словно прочитав все её мысли.
— А где эта ферма? Как найти его
— Это тебе лучше спросить у него, я не могу такую информацию разглашать, — Степаныч развернулся и ушёл, оставив Татьяну наедине с её мыслями.
Внутри бушевала буря эмоций. Обида смешивалась с гневом. Фёдор, конечно же, ничего не расскажет. Единственный человек, который знает о нём всё — Аглая. И теперь перед Татьяной стоял выбор: отступить от своего плана по завоеванию будущего или переступить через себя и обратиться к этой занозе.
Она медленно шла по коридору, чувствуя, как дрожат колени. План рухнул, словно карточный домик. Но она не привыкла сдаваться. Вопрос был лишь в том, какую цену она готова заплатить за своё счастье.
*****
Со Снежком мы устроили целое соревнование — кто лучше справится с ролью няньки для маленького Матвея. Пока Светлана с Владимиром отправились в магазин за дорожными припасами, мы с чёртёнком наперебой старались развлечь малыша.
Снежок строил такие уморительные рожицы, что даже я не могла сдержать улыбку. Матвей улыбался во весь рот, глядя на проказы моего друга. После того ритуала, который я провела, малыш стал совсем другим — спокойным, умиротворённым. Он почти не плакал, с аппетитом ел и много спал. Светлана не могла нарадоваться переменам, хотя и не понимала их причины.
Я устроилась в кресле с книгой, пытаясь отвлечься от тревожных мыслей. Внезапно телефон под подушкой завибрировал. Не задумываясь, я схватила его и ответила:
— Алло, слушаю.
— Ой, а где Вова? — прозвучал в трубке женский голос. — А, он, наверное, ещё на встрече! Скажите ему, пожалуйста, чтобы перезвонил Ирине, а то уже несколько дней прошло с его деловой поездки, я соскучилась.
Кровь отхлынула от лица. Я замерла, не в силах пошевелиться. Мозг отказывался воспринимать услышанное.
— Да, обязательно передам, — выдавила я наконец каким-то чужим голосом.
Снежок с любопытством наблюдал за мной, склонив голову набок. Я положила телефон на подлокотник кресла, чувствуя, как внутри всё холодеет.
— А жену Владимира зовут Ирина? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Не помню, как её зовут, но точно не Ирина, то ли Татьяна, то ли Наталья, — пожал плечами Снежок. — А что такое?
— Звонила Ирина, — медленно произнесла я. — А я даже не подумала, что это его телефон, ответила на звонок, а там Ирина скучает, просит Вову перезвонить...
Лицо Снежка исказила такая гримаса боли и разочарования, будто это ему изменяли.
— М-да, дела... — протянул он. — Правильно Виола говорила, что он не с чистыми помыслами к тебе...
Внутри меня бушевала целая буря эмоций. С одной стороны, я чувствовала себя преданной и обманутой — ещё один мужчина, ещё один обман. С другой стороны, какое-то странное облегчение разливалось по венам. Теперь у меня было чёткое обоснование для разрыва отношений. Не нужно будет самой причинять боль, не нужно будет искать правильные слова — всё стало кристально ясно.
Матвей, словно почувствовав моё настроение, захныкал. Снежок тут же подхватил его на руки, начиная нашёптывать какие-то забавные стишки. А я сидела, глядя в окно, и думала о том, как легко иногда судьба расставляет всё по своим местам, когда мы сами боимся сделать первый шаг.
Я глубоко вздохнула и постучала в дверь номера. Через мгновение Владимир открыл, и его лицо озарилось улыбкой, которая тут же застыла, когда он увидел телефон в моих руках.
— Это твоё, — произнесла я спокойно, протягивая ему устройство. — Знаешь, по тебе скучает Ирина.
Его глаза забегали из стороны в сторону, желваки заходили ходуном. Он открыл рот, явно собираясь что-то сказать, оправдаться, но я подняла руку, останавливая его.
— Вов, не надо портить то, что уже безнадёжно испорчено, — голос мой звучал твёрже, чем я ожидала. — Было классно, спасибо!
Он сделал шаг вперёд, пытаясь обнять меня, но я мягко отстранилась, отступив на шаг назад.
— Пожалуйста, не нужно, — произнесла тихо, но твёрдо.
Владимир замер на мгновение, затем развернулся и закрыл дверь, опустив голову. Дверь за ним закрылась с глухим щелчком, словно ставя точку в нашей истории.
Я направилась в душ. Там, прижавшись спиной к прохладной плитке, позволила себе расплакаться. Слезы текли по щекам, но я знала — это последняя слабость.
Решили, что я сама отвезу Светлану с Матвеем к её родителям. Она так и не смогла заставить себя позвонить им, решив, что личная встреча будет лучше телефонного разговора.
Собирались молча. Светлана хлопотала вокруг Матвея, Снежок старался разрядить обстановку шутками, но даже он чувствовал напряжение.
В коридоре я на мгновение остановилась перед дверью номера Владимира. Грусть и тоска навалились тяжёлым грузом. Но я вспомнила слова Виолы о том, что Владимир — всего лишь опыт, вспомнила голос Ирины в трубке, и эти чувства отступили.
Глубоко вздохнув, я расправила плечи и направилась к выходу. Машина ждала нас внизу. Впереди ждала дорога, Матвей в люльке на заднем сидении мирно посапывал, Светлана смотрела в окно, Снежок тоже дремал, а я вела машину, чувствуя, как внутри постепенно восстанавливается равновесие. Всё правильно. Так и должно быть.
— Снежок, — я легонько толкнула чёртёнка локтем в бок, — может, начнёшь уже свою работу? Нам предстоит долгий путь.
Он только фыркнул, устраиваясь поудобнее на сиденье.
— А как же моя законная оплата? — проворчал он, надув щёки. — Без энергетической подпитки я работать отказываюсь!
— Хорошо-хорошо, — улыбнулась я, — как только сделаем остановку, сразу накормим тебя до отвала. А пока открывай ноутбук и ищи информацию.
В зеркало заднего вида я заметила, как Светлана украдкой вытирает слёзы. Её плечи дрожали, а пальцы нервно теребили край рубашки.
— Свет, что случилось? — я постаралась, чтобы голос звучал как можно мягче.
Она подняла голову, и я увидела, как в её глазах стоят слёзы.
— Я... я не знаю, как показаться родителям на глаза, — прошептала она. — После всего, что произошло... такое предательство...
— Свет, послушай, — я на мгновение отвела взгляд от дороги, чтобы посмотреть ей в глаза. — Родители — это те люди, которые любят тебя несмотря ни на что. Они примут тебя, даже если ты будешь рецидивистом.
— Но мне так стыдно, — её голос дрожал. — Я уехала, чтобы добиться успеха, построить карьеру, заработать большие деньги, а возвращаюсь с ребёнком...
— Знаешь, — я улыбнулась, — иногда самые важные достижения в жизни — это не карьерные высоты и не деньги. Родителям нужны внуки, их любовь и забота. А всё остальное — просто шум и суета.
Матвей на заднем сиденье зашевелился, и Светлана, словно очнувшись, потянулась к нему. Её лицо немного просветлело, когда она начала тихонько напевать ему колыбельную.
— Ты права, — тихо произнесла она. — Просто я так долго гналась за призрачными целями, что забыла о том, что действительно важно. А потом появился он и вся жизнь стала как в тумане.
— Мы все иногда забываем, — кивнула я. — Главное — вовремя вспомнить.
Асфальт шуршал под колёсами, а в зеркале заднего вида я видела, как Светлана всё чаще улыбается своему сыну. Возможно, эта поездка станет началом новой, более счастливой главы в её жизни.
Мы то пели песни вполголоса, то погружались в уютную тишину, чтобы не разбудить спящего Матвея. Несколько раз останавливались на заправках и в придорожных кафе. Привычные плотные обеды сменились скромными порциями картошки фри и бургеров, запиваемых кофе, и нам этого не хватало.
Снежок, уткнувшись в экран ноутбука, периодически издавал страдальческие звуки:
— В моём животе настоящие бандиты! Они устраивают перестрелки и не дают мне сосредоточиться на работе!
Я лишь усмехалась, зная особенность своего компаньона. Он мог съесть огромную тарелку щей, а через пятнадцать минут жаловаться на голод, потому что его молодой и растущий организм требует подпитки. У меня даже появилась теория — возможно, у него есть ещё одна, скрытая форма. Ведь ни его облик чёртёнка, ни образ подростка не менялись, оставаясь в одном росте и весе. А вот та потайная форма, вероятно, росла, набирала силу.
В памяти всплыла старая цитата: «Прежде чем кого-то забрать в преисподнюю или уничтожить, чёрт принимает истинный облик. Рабочий облик, который чаще всего огромен, силён и неуправляем!»
При Светлане мы старались не говорить о расследовании дела Виолы, но довольная мина Снежка говорила о том, что всё сдвинулось с мёртвой точки.
Внезапно тишину разорвал резкий звонок телефона. Я вздрогнула — за последнее время мне никто не звонил. Боясь разбудить спящего Матвея, быстро ответила:
— Алло, слушаю.
— Глаш, привет, — раздался в трубке хриплый голос.
— Это кто?
— Татьяна, судмед, помнишь?
— А-а-а, ты... — удивление накрыло меня волной. — Тебя невозможно забыть, ты как тот потерянный носок, который вечно находится не там, где нужно, — не удержалась я от ехидного комментария.
— Мне нужна твоя помощь... Мы с Федей... Короче, дай адрес его тётки!
— А волшебное слово? — я наслаждалась моментом, радуясь возможности наконец-то поговорить в своём стиле.
— Понятно! Я к тебе как к человеку! А ты... Тебя как ведьму на костёр надо! Ни сожаления, ни понимания! — Татьяна завелась, её голос из хриплого превратился в визгливый.
— Таня, притормози. Ты мне скажи, что тело показало? Только отравление? Вещества? Алкоголь? Никотин?
— А, ты про эту что ли? Алкоголь есть, но минимальная доза, может, бокал шампанского пригубила девка. Ты уехала, Федя в отпуске, дело стоит, эта у нас лежит, место занимает.
— У тебя койко-место платное в морге что ли?
— Тебя лишь бы зубы посушить! Ну что, дашь адрес или нет?
Внутри меня бушевала целая буря эмоций. С одной стороны, я злорадствовала, узнав, что у Татьяны с Фёдором что-то пошло не так. С другой — ревность, словно ядовитая змея, снова подняла голову. Но я понимала — Фёдор не моя собственность, он заслуживает счастья.
После долгой паузы ответила:
— Скину тебе сообщением. Отбой связи!
Быстро отключилась, пока не наговорила лишнего, и отправила адрес. На душе снова стало тоскливо и пусто...
Снежок, заметив моё состояние, молча придвинулся ближе, а Светлана, будто почувствовав неладное, бросила на меня обеспокоенный взгляд. Но я лишь улыбнулась, делая вид, что всё в порядке. Впереди ещё долгий путь, и у меня есть дела поважнее сердечных переживаний.
## Глава 19. Звёздная ночь и новые начинания
Мы остановились на очередной заправке. Я вышла из машины, вдохнула свежий ночной воздух и замерла, любуясь красотой наступившей ночи.
Небо раскинулось над землёй огромным бархатным полотном, усыпанным тысячами мерцающих звёзд. Растущая луна заливала всё вокруг мягким серебристым светом, превращая пейзаж в сказочное полотно. Лёгкий ветерок играл с моими волосами, принося с собой запахи хвои и влажной земли.
Шорох шин проезжающих машин сливался с ночными звуками природы, создавая удивительную симфонию. В такие моменты особенно остро чувствуешь себя частью чего-то большего, вечного.
До дома Светланы оставалось чуть меньше трёхсот километров. Решив не тревожить людей ночным приездом, мы начали искать место для ночлега. Придорожные гостиницы мелькали за окном, но ни одна не казалась подходящей.
Внезапно Светлана оживилась, попросила присмотреть за Матвеем и отошла в сторону. Прижав телефон к уху, она начала разговор. Я сразу поняла — звонит родителям. Разговор обещал быть долгим, поэтому я устроилась в машине поудобнее и позволила себе немного подремать.
Не знаю, сколько прошло времени, но когда Светлана вернулась, её лицо светилось от счастья. Она плюхнулась на заднее сиденье, чмокая в щёчку спящего Матвея.
— Едем ко мне домой! — объявила она радостно. — Сегодня отсыпемся, а завтра будет банька, шашлыки по случаю моего возвращения!
Мы со Снежком начали было отказываться, говоря, что лучше довезти её и отправиться в гостиницу. Но Светлана и слушать не желала о нашем отказе. Её энтузиазм был настолько заразителен, что вскоре мы сдались.
— Наконец-то! — радостно воскликнул Снежок. — Косточки погрею как на родине!
Я улыбнулась, глядя на его воодушевление. Впереди нас ждал новый день и новые приключения. А пока можно было расслабиться и насладиться поездкой под звёздным небом, зная, что хотя бы одна история сегодня закончилась хорошо.
Друзья, не стесняйтесь ставить лайки и делиться своими эмоциями и мыслями в комментариях! Спасибо за поддержку! 😊