Невестка выронила телефон, увидев свекровь в дверях. Экран еще светился непрочитанным сообщением, и Ксения поспешно подхватила его с пола, прижав к груди.
— Мам, вы меня напугали! — улыбка вышла натянутой, а в глазах мелькнула тревога.
Анна Сергеевна почувствовала, как в груди шевельнулось что-то беспокойное. За три года совместной жизни она изучила невестку как родную дочь. И сейчас все говорило о том, что Ксения что-то скрывает.
— Я просто белье принесла, — Анна Сергеевна прошла к шкафу, стараясь говорить обыденно.
— Спасибо, мам. Я сама могла.
— Знаю. Просто привыкла уже.
Ксения кивнула и быстро вышла из спальни. А Анна Сергеевна осталась стоять с бельем в руках, глядя ей вслед. Что-то происходило… нехорошее. А ведь сын просил ее присмотреть… Перед отъездом в Екатеринбург.
— Присматривай за Ксюшей, мам, — попросил он. — Она в последнее время какая-то тревожная.
— Конечно, сынок. Не волнуйся.
Теперь Анна Сергеевна думала об этих словах. Да, точно. И рассеянная. И задумчивая. А сегодня вот — телефон прячет.
За завтраком Ксения едва притронулась к еде. Никита уже в школе, Анна Сергеевна отвела внука к восьми утра.
— Тебе нехорошо? — забеспокоилась свекровь.
— Все в порядке. Просто на работе аврал, — Ксения допила кофе и поднялась из-за стола. — Сегодня задержусь. Презентация важная, для крупного клиента.
— Хорошо, дорогая. Я ужин в холодильнике оставлю. Никиту из школы заберу, не волнуйся.
Что за спешка с утра пораньше?
Анна Сергеевна покачала головой. Нельзя так. Подозревать без причины. Может, и правда работа. В рекламном агентстве всякое бывает.
Она принялась за уборку, стараясь отогнать тревожные мысли. Но когда выносила мусор, на дне ведра увидела мятую упаковку от дорогих лекарств и талон к врачу.
Сердце екнуло. Анна Сергеевна достала находку, расправила. Талон был датирован вчерашним числом. Онкологический центр. Боже мой… Неужели Ксюша больна? И скрывает?
Она присела на табурет, пытаясь успокоиться. Не надо паниковать. Может, это не ее. Коллегу навещала или подругу. Но тревога не отпускала. Весь день Анна Сергеевна ходила как в тумане, даже позвонила подруге Валентине.
— Валь, помнишь, ты рассказывала про своего Игоря? Ну, что он год скрывал роман?
— Вот ты заладила. Помню, конечно. А что случилось?
— Да так, — Анна Сергеевна замялась. — Просто вспомнила. Как ты догадалась тогда?
— Ой, Ань, да все как у всех. Задерживаться стал, телефон прятать, новый одеколон купил. Классика жанра. А что, у тебя проблемы?
— Нет-нет. Просто думаю иногда.
Положив трубку, Анна Сергеевна задумалась. Ксения не покупала новых духов. И одевалась как обычно, но телефон прячет. И эти лекарства, больница.
Вечером невестка вернулась поздно, как и обещала. Выглядела усталой, под глазами залегли тени.
— Мама, а где Никита? — первым делом спросила Ксения.
— Уроки сделал и спать лег. Устал после футбольной секции.
— Хорошо.
— Ксюш, ты точно хорошо себя чувствуешь? — не выдержала Анна Сергеевна.
— Мам, что вы привязались? — раздраженно ответила Ксения. — Я устала просто. Клиенты достали.
— Прости. Я просто волнуюсь.
Ксения смягчилась:
— Я понимаю. Но правда, все хорошо. Дима звонил?
— Да, час назад. Сказал, перезвонит попозже.
— Хорошо. Я душ приму и спать.
Анна Сергеевна кивнула. А когда Ксения ушла в ванную, ее телефон на столе тихо пиликнул. Пришло сообщение.
Нельзя. Нехорошо чужие сообщения читать. Но Анна Сергеевна не удержалась и быстро глянула на экран.
«Жду завтра в 16:00. Кабинет 234. Не опаздывайте. В.П.»
Сердце заколотилось. В.П. Кто это? Зачем Ксении к нему в кабинет? Из ванной послышался шум воды. Анна Сергеевна отошла от стола, стараясь унять дрожь в руках.
Надо с кем-то поговорить. Посоветоваться. Но с кем? Диме звонить нельзя, что она скажет? Твоя жена получает странные сообщения? Он же с ума сойдет там, в командировке.
Следующий день тянулся мучительно долго. Анна Сергеевна не находила себе места. После обеда отвела Никиту на футбол, а потом в три часа не выдержала и поехала к больнице. Той самой, адрес которой был на штампе талона.
Села в сквере напротив и стала ждать. В начале пятого увидела знакомую фигуру. Ксения торопливо шла к входу, на ходу поправляя волосы.
Анна Сергеевна подождала несколько минут и пошла следом. В холле было многолюдно. Она села в углу, откуда хорошо просматривался выход. Прошел час. Полтора. Наконец появилась Ксения. Но не одна. Рядом шел пожилой мужчина, седой, изможденный. Ксения поддерживала его под руку, что-то говорила. Мужчина кивал, слабо улыбаясь.
У выхода они остановились. Мужчина погладил Ксению по щеке, поцеловал в лоб. Она помогла ему сесть в подъехавшее такси. С трудом отпустила сморщенную руку.
Анна Сергеевна сидела как громом пораженная. Кто этот человек? Любовник? Но он же старый, больной. Тогда кто?
Она поспешила к выходу, достала телефон. Надо сфотографировать, зафиксировать. Успела сделать несколько снимков, пока Ксения не села в такси.
Дома Анна Сергеевна бродила по квартире. Что делать? Звонить Диме? Показать фотографии?
Телефон зазвонил. Дима.
— Мам, как дела? Ксюша дома? Никита как?
— Сын твой спит уже. А Ксюши еще нет. На работе.
— Странно. Я ей звонил, не берет трубку.
— Наверное, совещание, — голос дрогнул.
— Мам, ты чего? Что-то случилось?
Анна Сергеевна закусила губу. Сказать? Не сказать?
— Дима, — она сделала глубокий вдох. — Тебе нужно вернуться. Срочно.
— Что? Мам, что происходит?
— Просто вернись. Это касается Ксении.
— Мама! — в трубке послышалась паника. — Что с Ксюшей? Она заболела? Авария?
— Нет, не авария. Просто приезжай. Завтра же.
— Мам, да объясни толком!
— По телефону не могу. Приезжай, сынок. Это важно.
Положив трубку, Анна Сергеевна опустилась на диван. Что она наделала? Но отступать поздно.
Вечером Ксения вернулась молчаливая, бледная. На вопросы отвечала односложно. Сказала, что устала, ушла спать. А Анна Сергеевна всю ночь не сомкнула глаз. Правильно ли поступила? Что скажет Дима? А если все не так, как кажется?
Утром приехал Дима, бледный, с красными от бессонной ночи глазами.
— Где Ксюша? — первым делом спросил он.
— Спит еще.
— Мам, рассказывай. Что происходит?
Анна Сергеевна провела его на кухню, плотно прикрыла дверь.
— Сынок, я не знаю, как сказать. Ксюша что-то скрывает. Встречается с каким-то мужчиной.
— Что? — Дима побледнел еще больше. — Мама, ты чего?
— Вот, смотри, — она достала телефон, показала фотографии. — Это было вчера. В онкоцентре. Она его под руку держала, он ее в лоб поцеловал.
Дима смотрел на снимки молча. Челюсти его сжались, на скулах заиграли желваки.
— Кто этот человек? — глухо спросил он.
— Не знаю. Но она к нему ездит. Тайно. И деньги тратит, я видела чеки.
— Чеки?
— Из аптеки. Дорогие лекарства покупает. И больничный талон нашла.
Дима встал, прошелся по кухне.
— Не может быть. Ксюша меня любит. Мы счастливы.
— Сынок, я тоже не хочу верить. Но факты.
— К черту факты! — Дима ударил кулаком по столу. — Я сейчас пойду и все выясню.
— Подожди! Не горячись!
Но он уже вышел из кухни. Анна Сергеевна поспешила за ним.
В спальне Ксения сидела на кровати, растерянно глядя на мужа. Терла покрасневшие от недосыпа глаза.
— Дима? Ты откуда здесь? А как же командировка.
— Закончилась, — отрезал он. — Ксения, нам надо поговорить. И лучше без Никиты.
— Он спит. Что происходит? — она перевела взгляд на свекровь.
— Кто этот мужчина? — Дима протянул ей телефон с фотографией.
Ксения посмотрела на снимок и побледнела как полотно.
— Откуда это?
— Неважно откуда. Кто он?
Ксения молчала, закусив губу, глаза наполнились слезами.
— Ксюша, — Дима сел рядом, взял ее за плечи. — Скажи мне правду. Кто этот человек? Почему ты встречаешься с ним тайно?
— Я не могу, — прошептала она.
— Не можешь? — голос Дмитрия стал жестким. — Ты моя жена! Не имеешь права скрывать от меня!
Он не договорил, но все поняли, что он имел в виду. Ксения подняла на него глаза:
— Ты думаешь, у меня роман? С больным стариком?
— А что мне думать? Ты прячешь телефон, тайно встречаешься, тратишь деньги!
— Это мой отец, — тихо сказала Ксения.
— Что? — переспросил Дима. — Твой отец умер. Ты сама говорила.
— Я соврала, — Ксения опустила голову. — Он не умер, бросил нас, когда я была подростком. Ушел к другой женщине. Мама сказала всем, что он погиб в автокатастрофе. А я и не спорила. Для меня он и правда умер тогда.
— Но почему ты мне не сказала?
— Потому что ты ненавидишь предателей! — Ксения всхлипнула. — Ты сам говорил сто раз, кто однажды предал, предаст снова. Что таких людей нельзя прощать.
Дима молчал, переваривая услышанное. 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 🔔