Пальцы Малуши нервно дернулись, а лицо приняло по-детски обиженное выражение.
- Тише, девочка, я же здесь.
Власта успокаивающе похлопала своей сухонькой ручкой по вздрагивающему плечу и вымученно улыбнулась, вызвав внутри пограничницы смутную тревогу. Она внимательнее взглянула на бывшую наставницу и со страхом отметили, что выглядит та гораздо хуже, чем в начале их разговора. Черты лица заострились, кожа приобрела выраженный серый оттенок, а глаза так глубоко запали, что временам казались черными бездонными омутами. Плавно текшая еще недавно речь теперь прерывалась одышкой и списать это на волнения от воспоминаний у Малуши уже не получалось! Единственная из близких ей по духу женщин таяла буквально на глазах, настырно поддерживая иллюзию нормальности происходящего.
- Умирать совсем не страшно. Страшны минуты и секунды, предшествующие вечному покою, - Власта смотрела прямо, но девушке казалось, что видит наставница вовсе не ее, а последние минуты той бойни. – Когда мой источник Жизни иссякал, я по совершенно необъяснимым причинам думала о тебе, Малуша. Не спрашивай меня, что, да как. Я и сама не могу понять, почему из многих тысяч неофиток, воспитанных мною, именно ты проникла в мое сердце. Просочилась в него и так прочно обосновалась, что ни твои проступки, ни заносчивость, ни небывалое упрямство и пренебрежение веками выстраиваемому укладу не смогли отвернуть меня от твоей забавной мордашки. Я сожалела лишь об одном – что не смогу тебе больше помогать и не успею увидеть, справилась ли ты с тяжестью выпавшей ношей. И так велика была моя боль о тебе, что Хронос, впечатленный любовью к его единственной дочери, не дал мне перейти в Холодный мир.
- Так ты знала, что он мой… - внутри Малуши до сих пор все противилось родству с тем, кому она служила всю сознательную жизнь. – Мой… что он принял участие в моем появлении на свет.
- Нет, тогда еще нет. Я и не думала, что Великий Хронос так проникнется моей тоской и решит подарить самое дорогое для каждого из нас – время.
- Но если ты уже перешла грань Холодного мира… - нахмурилась Малуша. – Оттуда нет ходу.
- Уже после Хронос сказал, что на чаше моих весов сиротливо лежали всего лишь несколько секунд, которые он и успел перехватить А уже перенеся меня сюда, закольцевал, позволив проживать снова и снова. Хотя сохранилась я весьма посредственно… время прошлось по мне, не делая никаких скидок. Но иного Хронос мне и не обещал. Он посулил мне одну единственную встречу с тобой, и я ждала ее как самую ценную награду. Лишь эта надежда скрашивала мое одиночество, да, пожалуй, еще эти книги, - Власта бросила взгляд на полки. – Чудовищам они без надобности, поэтому они даже не вошли в вивлиофику, а Хронос принес все сюда.
- Ты провела эти столетия совершенно одна? – горькая доля Власты острой болью отозвалась в сердце девушки.
- Одна, в полном принятии и благодарности к подаренному шансу. Порой меня посещал сам Хронос, и мы вели долгие беседы вот за этим самым столом.
-Так где мы все-таки?
Малуша, словно впервые оглядела помещение, заметив, что угол падения света за окном никак не изменился, хотя общались они уже довольно долго.
- Великий Хронос создал для меня особое место – пространственный карман, в котором закольцованные секунды текут неспешно и именно так, как устроил мой благодетель. Сперва он хотел порадовать меня иллюзией укрепления, но я… я не смогла бы бродить по этим коридорам и… вспоминать… Так появился этот милый и довольно уютный домик, где я нашла даже некое особенное счастье и утешение в надеждах.
- За окнами и стенами ничего нет, а смена дня и ночи всего лишь искусная иллюзия, - пробормотала Малуша. – Как и в схроне Ведана.
- В схроне? – удивилась Власта, разливая по чашкам ароматный чай, сам собой появившийся на столе.
- Ведан собирал фолианты о Разграничении и прятал их в особом месте, созданном по тому же принципу, что и твой домик.
- Этот мальчик? Гонец сам создал пространственный карман? – поразилась Власта. – И сколько он сумел продержаться?
- Схрон до сих пор существует.
Изумленное лицо наставницы вызвало у Малуши озорную улыбку. Пожалуй, раньше она многое бы отдала, чтобы увидеть ее такой! Когда они с Веданом учились в укреплении, никто и ничто не могло поразить Власту до такой степени.
- Я недооценила гонцов, - покачала она головой. – Недаром именно его наследник стал особенным.
При упоминании имени Матвея улыбка сползла с лица девушки. Воспоминания о содеянном ими, воплях жрица и отвратительной лаве из расплавленных кусков постграничья накатили удушливой волной, заставив ноги и руки похолодеть от ужаса. Малуша вскочила со стула и тут же села обратно, смотря на обеспокоенную ее поведением Власту широко открытыми глазами, в которых метался страх.
- Мы… ты даже не представляешь, что мы натворили… Ты всегда считала меня заносчивой девчонкой и оказалась права – я хотела стать спасительницей миров и… погубила их своими же руками.
- С чего ты так решила? – заварник в руках женщины даже не дрогнул во время такого признания.
- Он рухнул вниз… весь мир постграничья превратился в одну тошнотворную массу, которая лилась и лилась без остановки, пока чуть не затопила нас. Ребята попытались выскочить, а следом я… И раз я здесь, значит и я тоже… умерла.
С каждым словом ее голос становился все тише и глуше, но Власта все же сумела все разобрать.
- О, девочка, ты всегда была излишне тороплива и непоследовательна в умозаключениях! – она смотрела на поникшую Малушу с искренним сочувствием. -У вас все получилось! Слышишь меня? Я горжусь тобой. Вы сделали невозможное.
- Но как же…
- Это была всего лишь скверна, которой чудовища покрыли все постграничье, - мягко произнесла Власта. – Прежде, чем соединить, нужно очистить все отравленное. И сделать это можно было только через точки соприкосновения, что вы прекрасно провернули, сдернув своей силой отвратительную пленку, закрывшую собой весь осколок мира.
- И что теперь? – в сердце пограничницы робким росточком потянулась к свету надежда.
- Взгляни сама, - хитринка в стальных глазах вновь преобразила лицо наставницы и за чертами возрастной дамы мелькнула прежняя горделивая особа.
- Как? – Малуша совсем запуталась и ощущала, что голова идет кругом.
- Вон там дверь и ты можешь выйти в нее.
Власта указала на противоположную стену, которая, Малуша готова была поклясться в этом, совсем недавно выглядела совершенно ровной. А сейчас на ней красовалась красивая резная дверь с тяжелой латунной ручкой. Растерянная девушка, как распрямленная пружина, вскочила с места и сделала несколько торопливых шагов к выходу. Рука потянулась к ручке, но вдруг Малуша обернулась.
Власта смотрела ей вслед полными слез глазами. В них было столько любви, что горло перехватило, и пограничница одним рывком преодолело разделяющее их расстояние, бросилась на пол и уткнулась лицом в колени сидящей женщины.
- Да что же ты, - приговаривала наставница, глотая слезы. – Что же ты, глупышка?
- Я больше никогда тебя не увижу?
- Нет, Малуша.
- Но может мы сумеем придумать…
Власта устало покачала головой и склонилась над рыжей макушкой, легонько и торопливо, будто боясь опоздать, целуя спутанные кудри.
- Ты знаешь, что данное Хроносу слово лучше держать. Тем более, что все свои обещания он выполнил, даровав-таки встречу с тобой! Большего мне не надо! Ты – лучшее, что было в моей жизни, - сухонькие ручонки с неожиданной силой обхватили заплаканное лицо Малуши и чуть приподняли. – Посмотри на меня, девочка. Ты сильнее, чем кто-либо на моей памяти. Ты ранимее любого, кого я знала. Ты – самый прекрасный цветок, к которому мне посчастливилось приложить руку. Иди. Тебя ждет счастливая жизнь, а моя на исходе. И теперь я приму ее завершение с радостью и благодарностью.
- Прости меня за все.
- Мне не за что тебя прощать. Ступай. Я не хочу, чтобы ты видела, как истекут давно отмеренные мне секунды.
В голосе Власты звучали прежние нотки, которым нельзя было не подчиниться. Малуша поднялась с колен и напоследок крепко обняла наставницу, прошептав на ухо то, чего, думала, никогда не скажет:
- Я люблю тебя. И всегда любила.
Она решительно шла к двери. Обхватила приятно обдавшую прохладой ручку, рванула ее на себя и зажмурилась от ослепительно яркого света, бившего отовсюду. Вторая рука привычно изогнула пространство и Малуша практически ухнула в схрон, предусмотрительно устроенный ее талантливым другом.
- Малуша! Живая! Живая!
Хриплый бас Матвея было трудно с чем-то перепутать. Не давая опомниться, парень сжал ее в объятиях, покрывая поцелуями волосы, горячие щеки и ставшие неожиданно податливыми губы.
Друзья мои, от всего сердца благодарна всем, кто поддерживает меня небольшими приятными переводами на карту. Теперь у Дзена появилась новая функция и сделать этом можно прямо на площадке ЗДЕСЬ
Заранее благодарю всех!