Крах. Пустота. Провал. Чувствую себя донельзя вымотанной. Пью кофе вёдрами, сижу на антидепрессантах и не могу выдавить из себя ни строчки, ни буквы!
Рабочее название сценария – «Дом над утёсом». Режиссёр Гоша будет снимать фильм по моей повести. Мне уже выплачен аванс, я закрыла с него кредит за машину. Порхала, пела, творила по пятнадцать тысяч знаков в сутки… и вдруг словно крылья отпали.
«Крылья отпали». Удачное выражение. Надо будет записать.
Который день я, дипломированный сценарист Мечислава Цыганова, туплю над ноутбуком в полном ступоре. Пишу два слова – и стираю. Пишу и стираю. Моя производительность обрушилась до нуля. Творческий кризис.
«Дом над утёсом» задуман как сельская мелодрама. Безмятежные просторы, заливные луга, в центре – любовная история с конфликтами, слезами и ревностью. С битьём посуды и швырянием вещей, с целовашками и жаркими объятиями. Я профи, я умею писать такие вещи, однако временно утратила работоспособность.
Гошка предложил нанять литературного «негра», но этот вариант я отвергла. Не хочу опускаться до услуг наёмного писаки, мне дорога репутация. Вдобавок «негр» стоит денег, которых и так вечно не хватает.
- Найди мне деревню? – попросила я. – Пожить бы на чистом воздухе, перезагрузиться, размякнуть. Муза тотчас оживёт и встрепенётся, вот увидишь!
Деревню мне нашли, называется Балуевка. Я городская уроженка, изнеженная благами цивилизации, и ожидала застать здесь каменный век, однако Балуевка приятно удивила. Почти элитный посёлок. Газовая магистраль, водопровод, вышка сотовой связи, под окном река Балуйка, а вокруг – терема, кованые ограды, асфальтированные улочки с джипами… Мини-Рублёвка какая-то!
Хозяйку зовут Светлана Эрнестовна. Её муж отставная шишка. В моё распоряжение выделили мансарду с камином. Дорого-богато! Условия как в городе, но совсем не город. Слушай шумящий лес, наслаждайся кофейком на балконе, купайся под душем, твори ночь напролёт – все тебе условия!
– Светлана Эрнестовна, обещаю вставить в книгу ваш прототип! – говорила я. – Вы будете… например, доброй близкой родственницей главной героини! Её тайным ангелом!
Знакомство прошло в самых тёплых тонах. Выглянув с балкона мансарды, я вобрала в себя настоянный на июне воздух. По небу бежали облака, похожие на разорванные платья (удачное выражение, надо будет записать). Слева свинцовой зеленью отливает речка Балуйка. За лесом видны серенькие строения, тёмная горбатая гора и разрушенные остатки церкви или, может быть, монастыря.
- Великолепно! – повторяла я. – Я уже ощущаю прилив вдохновения, руки чешутся писать! А там что за руины?
Хозяйка сморщилась, будто проглотила кислый помидор.
- Выселки, – сказала она. – Неблагополучный сосед благополучного оазиса. Селение за лесом именуется Утёс... чёрт бы его унёс.
- Вот оно! – возликовала я. – Моя книга как раз озаглавлена «Дом над утёсом». Счастливое совпадение. Теперь точно всё получится!
Пожилая хозяйка моего восторга не разделила.
- Сковырнуть бы его трактором да в овраг! Кто там живёт? Рвань. Алкаши. Люмпены. Гулять в той стороне не рекомендую. Чревато последствиями, особенно для молодой женщины. Держись поближе к нам, Славочка.
Но любопытство пересилило. Я не могла удержаться, чтобы не разведать деревню Утёс. Она должна навеять мне новый прилив вдохновения!
Перейдя лесок, я выбрела на деревенскую улочку. Рвани и алкашей не встретила, хотя сразу бросилось в глаза, что народ здесь попроще, чем на Балуевке. Ни асфальта, ни кованых оград. Вместо джипов по дороге вальяжно бродят рыжие куры.
- Тюк! Бум! – раздалось неподалёку. – Тюк-бум!
Ориентируясь на тюканье и бумканье, я обнаружила раздетого по пояс аборигена, коловшего дрова. Тюк. Бум! Топор описывал в воздухе блестящую дугу. Берёзовые щепки брызгали золотыми чешуйками. Белоснежные чурки разваливались на гладкие пластины-поленья. Одинаковые, словно по линейке вымеряны!
Затаив дыхание, я подумала, что сцену с колкой дров непременно следует вставить в повесть. Взмах, отблеск лезвия, удар… Завораживает. Настоящий мужской труд на свежем воздухе. Эта сторона в моём сценарии почему-то не продумана.
Тюк! Бум! Из-под топора свистнула щепка и едва не воткнулась мне в ногу. Ойкнув, я отскочила, тут абориген меня и заметил.
- Ты кто, попрыгуля? – сказал он. – Дрова воровать пришла?
Меня, сценаристку Мечиславу Цыганову, заподозрили в краже дров? Если в городе расскажу – народ со смеху скрючится.
- Нужны мне твои деревяшки! – огрызнулась я. – Размахался топорищем, ничего вокруг не видишь! Не хватало мне травмироваться и подхватить стафилококк в вашем райском местечке!
- Не боись, – мужик снова воткнул топор в полено. – К нам «скорая» мухой ездит. Позвонишь – и месяца не пройдёт, как примчатся.
Так мы познакомились, грубияна с колуном звали Север. Я снова ощутила творческий зуд: мне хотелось вставить в книгу и мускулистого молодца с нетипичным именем, и хмель, вьющийся по изгороди, и проворных птичек, клюющих что-то прямо под ногами. Сколько фактуры!
Я представилась и скромно пояснила, что нахожусь в творческом отпуске – работаю над книгой. Сплюнув в крапиву, Север сказал, что тоже бичует в отпуске, а так-то работает в городе, потому что в Утёсе работы нет. А когда узнал, что я из Балуевки – скроил жалостливую мину.
- Так ты из приволок, писательница? С клуба тилипукнутых дворян? То-то я смотрю – как с печи упала.
Позже я узнала, что «приволоки» на местном диалекте означает «приезжие». И сразу простила Северу всё, потому что сообразила, чего недостаёт в моём зависшем сценарии. Живой речи ему не хватает. Вот таких заковыристых словечек и народных идиом!
Север устроил перекур, мы разговорились. Не люблю читать посторонним свои недописанные вещи. Книга – это ребёнок, которому надо развиться и окрепнуть, прежде чем полететь в люди. Но на пробу зачитала Северу несколько отрывков «Дома над утёсом» из электронной записной книжки.
Не скажу, что Север оказался благодарным слушателем. Скорее наоборот. Жуя травинку, он загадочно мыкал, кхекал, а иногда падал на кучу дров и бессовестно гоготал.
- Что ржёшь? – в сердцах кричала я. – Хохочи на здоровье, больше ничего читать не буду. Ты похож на эпилептика, которому в штаны засунули блендер! Да, я видела деревню лишь в кино и мало о ней осведомлена. Но в моей книге главное – чувства, переживания, любовь!
- Если пишешь о чувствах – тем более не гони туфту! – серьёзно сказал Север. – У тебя на каждой странице – враньё. Что это за любовь, когда на героев бананы с ёлок падают?
Удачное выражение. Надо будет записать.
(окончание - здесь)
Больше моих лирических рассказов - здесь
Мира и добра всем, кто зашёл на канал «Чо сразу я-то?» Отдельное спасибо тем, кто подписался на нас. Здесь для вас – только авторские работы из первых рук. Без баянов и плагиата.