Часть вторая: Битва поколений
Андрей почувствовал, что атмосфера накаляется.
– Мам, может, не будем? – попробовал он вмешаться.
– Не будем?! – Галина Петровна развернулась к сыну. – Андрюша, я за твоё счастье переживаю! Понимаешь? За твоё! Вот увидишь, через пару лет она совсем распустится, и что тогда?
– А что тогда? – я встала и налила себе ещё кофе. – Тогда у Андрея будет жена, которая не боится быть человеком.
– Человеком! – свекровь схватилась за сердце. – Господи, да что же это такое! Женщина должна быть богиней! Богиней для своего мужа!
– Галина Петровна, а богини, по-вашему, не ходят в туалет? – съязвила я.
– Света! – одёрнул меня Андрей.
– Что «Света»? Ваша мама считает, что я должна вставать в пять утра, краситься, делать причёску, и только потом выходить из спальни. Чтобы, не дай бог, муженёк не увидел настоящую женщину.
– Настоящую! – Галина Петровна аж затряслась от возмущения. – А настоящая женщина – это вот это вот... это недоразумение?
– Это счастливая женщина, которая не комплексует по поводу своей внешности, – спокойно ответила я. – Которая знает, что муж любит её, а не её тушь для ресниц.
– Ах, так! – свекровь выпрямилась во весь рост. – А ты знаешь, что думает твой муж на самом деле? А? Знаешь?
– Мам! – предостерегающе произнёс Андрей.
– Нет, пусть знает! – Галина Петровна размахивала руками, как дирижёр перед оркестром. – Мужчины не говорят таких вещей прямо! Они деликатные! Но они страдают! Страдают молча!
Я фыркнула.
– Да ну? Андрей, ты страдаешь молча?
– Света, не начинай, – устало сказал муж.
– Нет, почему не начинать? – я повернулась к свекрови. – Галина Петровна, а вы знаете, что ваш сын вчера сказал?
– Что? – напряглась та.
– Он сказал: «Как хорошо, что ты не такая, как мама. Не нужно ждать час, пока ты соберёшься в магазин за хлебом».
– Андрей! – Галина Петровна посмотрела на сына с ужасом. – Неужели ты это сказал?
Андрей покраснел до корней волос.
– Мам, я не то хотел сказать...
– А что ты хотел сказать?! – свекровь была уже на грани истерики. – Что я слишком много времени трачу на свою внешность?! Что я неправильно жила сорок лет?!
– Нет, мам, конечно нет...
– Нет! Конечно, нет! – она принялась ходить по кухне, размахивая руками. – Я всю жизнь старалась быть красивой! Для отца, для тебя, для всех! А оказывается, это было неправильно! Оказывается, нужно ходить как... как...
Она снова ткнула пальцем в мою сторону.
– Как нормальный человек, – закончила за неё я.
– Нормальный! – Галина Петровна всплеснула руками. – Ну и нормы у вас! Ну и нормы!
– Галина Петровна, – я присела на край стола, – вы же понимаете, что мы с вами просто по-разному смотрим на вещи? Вы считаете, что женщина должна всегда выглядеть на все сто. А я считаю, что иногда можно и на семьдесят. Зато без стресса.
– Без стресса! – свекровь закатила глаза. – А стресс у мужа, который видит жену... такой... это не считается?
– А какой стресс? – удивилась я. – Андрей, у тебя стресс от того, что я не накрашена?
Андрей промолчал, покрутив чашку в руках.
– Видите! – торжествующе воскликнула Галина Петровна. – Он молчит! А молчание – знак согласия!
– Или знак того, что он не хочет ввязываться в наш спор, – предположила я.
– Мам, Свет, хватит уже, – наконец вмешался Андрей. – Свет, мама просто беспокоится за нас.
– Беспокоюсь! – кивнула Галина Петровна. – Очень беспокоюсь! Потому что знаю: стоит женщине расслабиться, и всё – конец семье!
– Это почему же? – я скрестила руки на груди.
– Потому что! – свекровь говорила всё громче. – Потому что мужчина привыкает к красоте! А когда красоты нет, он начинает искать её в другом месте!
– Галина Петровна, а если мужчина изменяет жене из-за того, что она без помады попила утром кофе, то такой мужчина, может быть, и не стоит того, чтобы для него краситься?
Свекровь ахнула, словно я произнесла страшное богохульство.
– Не стоит?! Муж не стоит того, чтобы для него стараться?! Боже мой, что я слышу!
– Стараться – да. Но не жить в постоянном страхе, что если я появлюсь перед мужем со своим обычным лицом, он сразу к соседке побежит.
– А он побежит! – уверенно заявила Галина Петровна. – Ещё как побежит! Вот увидишь!
– Мам! – Андрей резко поставил чашку. – Хватит! Я никуда не побегу! И вообще, почему вы обо мне говорите как о каком-то... животном, которое мыслит только инстинктами?
– Не животном, сынок, а мужчиной! – патетически произнесла мать. – А мужчины все одинаковые!
– Спасибо за лестную характеристику, – сухо сказал Андрей.
Я рассмеялась.
– Ну вот видите, Галина Петровна, даже ваш собственный сын не согласен с вашей теорией.
– Он не согласен, потому что ещё не понимает! – свекровь тряхнула головой. – Молодой ещё! Вот подождите годик-другой, и посмотрим, что он запоёт!
– Что запоёт? – я едва сдерживала смех. – Арию из оперы "Верни мне мою накрашенную жену"?
– Смейся, смейся! – Галина Петровна махнула рукой. – А потом не говори, что я не предупреждала! Я сорок лет замужем! Сорок! И знаю, как сохранить мужа!
– А я всего три года, – согласилась я. – Но пока что мой метод тоже работает.
– Пока что! – зловеще произнесла свекровь. – Вот именно – пока что!
Андрей встал из-за стола.
– Всё, хватит. Мам, иди в свою комнату, успокойся. А ты, Свет, не подливай масла в огонь.
– Я не подливаю, – обиделась я. – Я просто отстаиваю своё право выглядеть дома как мне удобно.
– А я отстаиваю твоё право на счастливый брак! – не унималась Галина Петровна.
– Спасибо, не надо. Со своим браком мы как-нибудь сами разберёмся.
– Сами! – свекровь фыркнула. – Без опыта, без мудрости старших! Ну-ну, посмотрим, что из этого выйдет!
Она направилась к выходу, но на пороге обернулась.
– И вообще, Светлана, подумай хорошенько. Подумай о будущем. А то останешься одна, и будет поздно что-то менять.
– Галина Петровна, – я улыбнулась, – а вы знаете, что говорят психологи?
– Что говорят эти ваши психологи? – презрительно спросила свекровь.
– Что если отношения держатся только на внешности, то это не отношения, а театр одного актёра.
Галина Петровна открыла рот, потом закрыла, потом снова открыла. Наконец, она махнула рукой и вышла, громко хлопнув дверью.
Мы с Андреем остались одни. Некоторое время молчали, потягивая остывший кофе.
– Ну что, – наконец сказала я, – теперь я точно знаю, что ты меня любишь.
– Это почему?
– Потому что выдержал полчаса семейной драмы и ни разу не сбежал.
Андрей рассмеялся и обнял меня.
– Знаешь, а мама в чём-то права.
– В чём же?
– Ты действительно красивая. И с макияжем, и без. Но особенно – без. Потому что настоящая.
Я поцеловала мужа в щёку.
– А твоя мама... она просто из другого поколения. Для неё красота – это способ выживания. А для меня – это просто приятное дополнение к жизни.
– М-м-м, – Андрей задумался. – А может, стоит иногда всё-таки краситься с утра? Для мамы?
Я посмотрела на него с подозрением.
– Андрей...
– Шучу, шучу! – он поднял руки вверх. – Хотя... румяна бы тебе не помешали.
Я схватила кухонное полотенце и погналась за мужем по всей квартире. А за стеной Галина Петровна сидела с валидолом и думала о том, что молодёжь совсем не понимает, что такое настоящая любовь.
Впрочем, слыша мой смех и топот из кухни, она вздохнула и подумала: «А может быть, они и правы? Может быть, счастье – это когда можно быть собой?»
Но вслух она этого, конечно же, никогда не признала бы.