К июню 1941 г. Третий рейх находился на пике своего могущества, став великой европейской державой, на которую ориентировалась вся Европа. Казалось бы, мечта национал-социалистов осуществилась. Но зачем же было вторгаться в СССР, не покончив прежде с Великобританией? Переоценил ли Гитлер свои силы или же причина была в чём-то другом?
В этой статье мы говорили о стремлении Германии победить своих врагов раньше, чем они реализуют свой военный потенциал, а немецкая экономика надорвётся. На момент нападения на СССР это стремление все ещё было актуальным. Европейские завоевания не дали Гитлеру прочной экономической базы для противостояния Великобритании и США. Подробности — в сегодняшней статье.
От Польши до Греции
Как я указывал в первой статье — война с Великобританией, как и договоренности с Россией, не входили в первоначальные планы Гитлера. Но так уж вышло, что англичане смогли заключить союз с Польшей и заставить Гитлера временно отказаться от планов покорения советских территорий, заключив с СССР пакт о ненападении и разграничения сфер влияния в Восточной Европе.
Польская кампания
О ходе боевых действий в Польше и военных итогах можно в красках прочесть у нашего Алексея Котова (я обязательно выложу -- прим. ред.). Мы же сосредоточимся на экономических последствиях захвата Польши, которая стала «пробой пера» завоевания «жизненного пространства на Востоке» во всех смыслах этого слова. Именно в Польше в локальном масштабе отрабатывались те «мероприятия», которые произойдут на территории СССР.
Даже наиболее лояльные Гитлеру генералы предупреждали, что армия ещё не готова к войне против западных государств. Глава военно-экономического управления вермахта Георг фон Томас указывал на кризис боеприпасов из-за торгового эмбарго в случае войны. Что характерно, в победе над Польшей никто не сомневался. Всех тревожили западные соседи. В начале октября, после окончательного краха Польши, Гитлер даже запросил о перемирии с Францией и Британией, но «закосить под дурака» не вышло. Союзники отклонили запрос.
Польша стала для Германии источником рабочей силы и продовольственной базой. Передав часть территории Германии, а часть — окрестив «генерал-губернаторством», нацисты не особо скрывали свои намерения и приступили к действиям. Ганс Франк, будущий висельник, что управлял генерал-губернаторством, заявил:
«Евреи меня не интересуют. Получат ли они что-нибудь себе на прокорм – последнее, что меня волнует… Вторую категорию составляют поляки в той мере, в какой я могу их использовать. Я буду кормить этих поляков тем, что останется, и тем, что мы сможем им выделить. В противном случае я скажу полякам, чтобы они позаботились о себе сами <…> Поляки интересуют меня лишь в той мере, в какой я вижу в них источник рабочей силы, но не настолько, чтобы я считал обязанностью властей гарантировать им получение определенного количества продовольствия. Мы говорим не о нормах для поляков, а только о том, что, может быть, будем их кормить.»
В генерал-губернаторстве была введена обязательная трудовая повинность для лиц 14-22 лет, на немецкие поля вывозили сотни тысяч рабочих из числа военнопленных. На территории германской оккупации начали создаваться гетто и концентрационные лагеря. Стартовали программы германизации населения, реквизиции культурных ценностей, реформы или уничтожение образовательных учреждений, уничтожение промышленных предприятий, что нанесло ущерб на сумму на почти в 200 млрд. американских долларов.
Вводились новые налоги для оставшихся на территории поляков, а всё имущество согнанных в концлагеря изымалось в пользу местной администрации, у которого оно затем «выкупалось», однако выручку эту следовало немедленно положить на заблокированный счёт в кредитной кассе Рейха. Тем самым, к весне следующего года новый порядок на территории Польши утвердился окончательно.
Польская рабочая сила угонялась на работы не только в сельское хозяйство, но и на заводы, позволяя Германии получить дополнительный мобилизационный резерв за счёт освободившихся немецких работяг. Сельхозрабочие же буквально ценой своей жизни обеспечивали немцам продовольствие. Положение армии облегчилось, войну можно было продолжать дальше.
Датско-Норвежская кампания
Как было сказано в предыдущей части, Германия не смогла избавиться от импортной зависимости в сфере добычи железной руды и цифры в таблице — тому подтверждение.
Из таблицы видно, что более половины требуемой Германии железной руды обеспечивали страны Скандинавии — Швеция и Норвегия, причём первая отгружалась через порты последней. Нейтралитет этих государств вполне устраивал Гитлера, но опасность вторжения Великобритании и Франции в эти государства «вынудила» его действовать на упреждение. Удар был нанесен в апреле 1940 года.
В целом, получилось неплохо. Дания пала за 6 часов и немцы получили в своё распоряжение множество авиабаз для вторжения в Норвегию. В это время уже активно шла война на море и для успешного десанта немцам пришлось задействовать практически весь свой флот, который понёс тяжелые потери. Только в битве за Нарвик немцы потеряли 10 эсминцев — почти половину всех эсминцев Кригсмарине. Но цель была достигнута — Норвегия пала, немцы получили доступ к важным портам в Северном море и шведской руде.
В Норвегии и Дании установился сравнительно (с Польшей) мягкий оккупационный режим. По крайней мере, численность населения страны продолжала увеличиваться, а экономическая активность, измеряемая через ВВП на душу населения, просела незначительно и даже частично восстановилась к середине-концу войны. Особенно неплохо «устроилась» Дания, поставляя в Германию морепродукты, яйца, масло и другую пищу в рамках аж целого торгового соглашения. Эта пища снабжала оккупационные войска в самой Дании и Норвегии, а сами немцы старались поставлять скандинавам необходимое сырьё взамен. О причинах этого поговорим чуть позже.
Частично решив вопрос с рудой, экономика Третьего Рейха окрепла, а армия получила возможность для дальнейшего рывка вперёд.
Французская кампания
Германия строила линию Зигфрида на случай французского вторжения и первоначально планировала «играть в обороне» на Западном фронте. В конце сентября 1939 года ситуация поменялась и военные приступили к работе над планом разгрома Франции.
Это показательный пример всей рискованности авантюры нацистов: план захвата Франции начал разрабатываться почти месяц спустя после начала войны с нею. Гитлер требовал начать наступление уже в ноябре, но наспех сделанный штабом план наступления не удовлетворил его. К тому же, кризис военного производства вынудил вермахт отложить наступление до начала следующего года, а курьёзная пропажа тактических карт вермахта на территории врага потребовала срочных корректировок до весны.
До этого момента сухопутная армия французов и англичан сидела смирно, что получило название «Странная война». О причинах такой пассивности довольно подробно писал всё тот же Алексей Котов. В частности, сами французы не были уверены в своих силах. Они не в полной мере оклемались от Великой депрессии с точки зрения промышленного производства. Кроме того, в 20-30-е годы средний срок работы французского правительства составлял где-то 1,5 года. В этой министерской черхарде сложно было спланировать какую-то долгосрочную военную стратегию, что сказалось на качестве подготовки французской армии к войне.
План союзников был прост: блокируем немцев на море и душим их экономической блокадой, ждём пока размякнут и копим силы для оперативного развертывания под прикрытием линии Мажино, обороняясь в выгодной позиции, а потом наносим мощный контрудар, завершая войну.
В мае 1940 года началось немецкое наступление, охватившее и страны Бенилюкса за компанию. Чисто теоретически, союзники не должны были проиграть это сражение. Как видно из таблички, численность личного состава и количества дивизий вполне сопоставима, а танков, орудий и самолётов у союзников было вдвое больше и они не уступали немецким в качестве.
Даже некоторые немецкие генералы воспротивились наступлению, а начальник немецкого генштаба Франц Гальдер начал готовить сорвавшийся заговор. Дело не только в перспективе экономического кризиса, но и в отсутствии танковых резервов: если бы немецкое наступление провалилось, то контратакующих союзников на территории Германии уже никто не смог бы удержать. Шансы вермахта на победу были довольно низкими. Но недостаточно низкими, чтобы не компенсировать это творческим подходом, удачей и риском.
На карте выше видно, как немецкая армия наносит лихой удар с юга и замыкает кольцо окружения армии союзников. Удар был нанесен через арденнские леса, глухую болотистую местность, где пролегали всего 4 узкие дороги. Адам Туз подробно описывает, как армия генерала Клейста, в составе которой было около 40 тысяч транспортных средств (от танков до грузовиков), растянулась в четыре огромные колонны. Взрывоопасные топливозаправщики шли в первых рядах вместе с танками, а водители грузовиков получали ударные дозы первитина, чтобы продвигаться три дня и три ночи подряд.
Это была крайне рискованная операция, которую ещё осенью 1939 отклонили из-за абсурдности. Если бы разведка союзников оперативно засекла войска окружения на марше, то немецкая армия была бы уничтожена без особого труда. Пусть и не Гитлер был автором операции, но именно он настоял на этой авантюре, чем впоследствии гордился. И она сработала. Пока одна часть наступающих войск окружала войска союзников с юга, другая часть завязала бои на севере, убеждая союзников в том, что основное наступление начнётся именно там.
Большая часть армии французов была разбита, остатки британских войск эвакуированы, Бельгия и Голландия пали. Дальнейшее продвижение по французской территории шло уже гораздо проще. Пусть в этой битве немцы и потеряли около 30% всех выделенных на кампанию самолётов, их приобретения затмевали все потери.
Во Франции и странах Бенилюкса Третий Рейх обрёл огромную сырьевую и промышленную базу, а также присвоил себе валютные резервы. В немецкую армию поступило огромное количество трофеев: танки, самолёты, автомобили. Немецкие концерны при поддержке правительства поспешили включить в свою структуру французские и бельгийские предприятия.
Пирровы победы
Капитуляция Франции имела не только экономическое, но и морально-геополитическое значение. Эта страна была традиционным антиподом Германии с точки зрения баланса сил по крайней мере со времён франко-прусской войны прошлого столетия.
Падение этого антипода, да ещё и всего за пару месяцев, стало неожиданностью для всех. Для генералов-скептиков внутри Германии, которые отказались от заговора, видя растущий авторитет Гитлера; для Черчилля, теперь возлагавшего надежды на помощь США; для Сталина, полагавшего, что Германия увязнет во Франции и Советский Союз сможет извлечь выгоду из затяжной общеевропейской войны; для Бенито Муссолини, который сперва морозился объявлять войну Франции и Великобритании, но после такого ошеломительного успеха изменил своё мнение и присоединился к ней на стороне Рейха.
К июню 1941 года, Гитлер в той или иной степени подчинил себе всю континентальную Европу. К странам «оси» присоединились Венгрия, Румыния и Болгария. Многие нейтральные государства стали ориентироваться на Германию в торговом отношении. Среди них Швеция, Швейцария, Испания, Турция, частично Португалия и СССР. К блоку планировала присоединиться и Югославия, но произошедший госпереворот сорвал эти планы. Германия восприняла это как вызов и объявила войну Югославии, накинувшись на неё по всей сухопутной границе вместе со своими союзниками. Очередная крупная европейская страна пала за 11 дней, а затем вермахт отправился на помощь итальянцам в Греции.
Прогерманский режим Виши во Франции сумел сохранить большинство колоний, ещё сильнее укрепив экономическую базу стран «оси». Под контролем Германии оказался промышленный потенциал Западной и Центральной Европы и сырьевая база в виде Польши, Дании и своих союзников в лице румынов и венгров.
Казалось бы, мечта нацистов осуществилась. Европа объединилась под знаменем национал-социализма и теперь Германия стала новой сверхдержавой. Почему же тогда Гитлер напал на СССР, даже не успев покончить с островной Великобританией?
Экономическая нагрузка
Ещё с начала вторжения в Польшу, Германия оказалась в непростой ситуации. Франция, США и Великобритания немедленно наложили на страну эмбарго, что не замедлило сказаться на ввозе необходимого немцам импорта до самого конца войны. Были подписаны торговые соглашения с нейтральными странами о «превентивной скупке» ресурсов, чтобы они не достались Рейху. Англичане вывели на поле боя свой флот, зажимая немцев в тиски блокады.
Это привело к большим проблемам уже к зиме 1939 года. Страна едва не была ввергнута в транспортный коллапс, из-за перегрузок изношенных железных дорог сырьё просто не доезжало до заводов вовремя, что сказалось на военном производстве. Производство вооружений топталось на одном месте и даже сокращалось в течение всей осени и начала зимы, что вынудило Гитлера отказаться от наступления на Францию в ноябре 1939 года.
Ухудшалось и положение народа, рацион становился более скудным, а экономике Рейха требовалось всё больше финансов. Чтобы не прибегать к повышению налогов, нацисты придумали более незаметный способ отъёма денег: они просто запретили многие инвестиционные инструменты как «спекулятивные», провоцируя и простых немцев и предприятия вкладывать в сберегательные кассы, государственные облигации и прочие ценные бумаги, которое выпускало правительство. Поскольку вкладчики могли вернуть свои деньги в любой момент, такой способ был политически приемлем, так как формально не покушался на доходы населения.
Нацистская верхушка ответила на кризис интенсивным грабежом захваченных земель. На оккупированных территориях были введены многочисленные поборы, вдвое-втрое превышая бюджет некогда независимых стран, а также искусственно занижались обменные курсы местных валют так, чтобы сделать импорт дешевле для Германии. Оккупационные сборы росли с каждым кварталом, так как они решали сразу несколько задач.
Во-первых, они взваливали бремя содержания армии оккупантов на саму страну. Во-вторых, они позволяли Германии поддерживать огромный торговый дефицит, так как поставки немецким фирмам с помощью хитрой системы клиринговых расчётов копили задолженность не у немецких фирм, а у центральных банков захваченных территорий, которую немцы любезно списывали в счёт оплаты налогов. В-третьих, наряду с прямыми и косвенными поборами, немцы любезно предлагали европейцам продавать акции их промышленных фирм на своей территории.
Благодаря подобным мерам нацисты смогли изъять огромное количество ресурсов с оккупированных областей, эквивалентом в 84 миллиарда рейхсмарок. Сюда входили как сырьё, так и военные трофеи. После капитуляции Франции вермахт компенсировал все свои потери в танках и авиации, пополнив военный парк французскими машинами и топливом, да так, что в марте 1944 почти половина артиллерийских орудий вермахта была иностранного происхождения. Однако ключевая проблема так и не была решена.
Проблема эта состояла в том, что континентальная Европа не могла обойтись без импорта. Из таблиц выше видно, что общий угольный баланс между всеми оккупированными Германией территориями отрицательный, то есть сфера влияния Германии потребляет больше угля, чем производит. Этот уголь Европа импортировала из-за рубежа морем, но теперь моря оказались под контролем британского флота. Даже сельское хозяйство Европы очень сильно зависело от импортных удобрений. Та же история и с топливом: в начале войны более половины потребления нефти Германией приходилась на импортные источники. Туз отмечает:
В январе 1941 г., когда Германия, согласно некоторым описаниям, «купалась» в нефти, ее запасы едва превышали 2 млн тонн. В Лондоне тревогу били всякий раз, как запасы нефти сокращались ниже уровня в 7 млн тонн. Это неравенство было так велико, что никто не поверил весьма точным оценкам немецких запасов нефти, сделанным британским Министерством военной экономики, которое получило задание оценить экономическую ситуацию в Германии. Британцам казалось невероятным, что Гитлер мог решиться на войну при такой плачевной ситуации с топливом – и это недоверие разделяли и русские, и американцы, совместно переоценивавшие немецкие запасы нефти по меньше мере на 100%.
Нацисты не могли позволить вести себя везде так же, как и в Польше. В странах Бенилюкса и Франции работали крупные промышленные предприятия, а Дания и Норвегия снабжали Германию сырьём. Румыния поставляла нефть, а Швеция — руду. Поэтому с перечисленными странами торговля шла более или менее сбалансировано. Гитлер был вынужден поставлять взамен драгоценные товары, чтобы отрезанные от мирового рынка экономики не потерпели полное фиаско. Однако этого всё равно было мало и производство на завоёванных территориях стремительно сокращалось.
Новые территории, которые присоединила к себе Германия пополнили её резервы, но не могли дать надёжную экономическую базу для победы в войне против Британской Империи при поддержке США. Ресурсов все ещё было мало. Гонка со временем продолжалась.
Внешнеполитическая обстановка
Несмотря на тяжелое положение Германии ввиду блокады, военные успехи немцев были неоспоримы. Это вызвало бурную реакцию со стороны будущей антигитлеровской коалиции. Американцы видели, что ситуация в Европе вышла из под контроля и тоже взялись за дело, оказывая активную поддержку союзникам, особенно после капитуляции Франции.
Экономическая мощь крупнейшей в те годы Империи при поддержке самого промышленно-развитого государства в мире не оставляли Германии шансов на победу — выше мы видели, что континентальная Европа из-за блокады не могла увеличивать военное производство такими же темпами.
В первые два года войны американская поддержка обеспечивала 35-50% всего вклада в военное производство Британии. Германия не могла позволить себе такой роскоши, а потому мобилизация сказывалась на ней гораздо серьёзнее. Это компенсировало британское отставание и вдохновило островитян противостоять немцам и их союзникам на пляжах по всему земному шару до конца. Верхушка Третьего Рейха довольно точно рассчитала, что существенные поставки со стороны США начнутся не раньше зимы 1941 года и всерьёз принимала это в расчёт. Глава военно-экономического управления вермахта Георг фон Томас отмечал:
Войну следовало любой ценой привести к победоносному окончанию в 1940 г., в первую очередь для того, чтобы пресечь американское содействие западным державам, ускорение которого <…> уже тогда входило в наши расчеты.
Поэтому, сразу после капитуляции Франции, верхмат немедленно взялся за разработку плана вторжения в Великобританию. Из-за понесенных на море потерь ещё в битве за Норвегию, было принято решение сделать ставку на авиацию. В июле 1940 года началась т.н. «Битва за Британию» — воздушные сражения и бомбардировки английских городов с целью подготовки плацдарма для высадки немецкого десанта. Однако немецкие ВВС не смогли нанести британскому воздушному флоту и промышленности существенного ущерба: слишком неравны были силы. Тем временем, США обязались поставить Британии около 10 тыс. самолетов в течение года, столько же, сколько было построено немцами, и это не считая тех, что уже построены самими англичанами!
Взять британцев в ответную блокаду силами подводных лодок, после потери значительной части эсминцев и линкоров, тоже не вышло. Невзирая на большие потери британских конвоев, этого было мало. Великобритания успешно увеличивала запасы стратегических ресурсов от нефти до стали. Глава немецких ВМФ адмирал Дёниц подсчитал, что для эффективного противостояния поставкам в Британию, Германии следовало иметь на вооружении 300 подлодок, примерно половина из которых будет действовать в Атлантике. Германия начала войну имея в своем составе всего 57 подлодок, из которых в Атлантическом океане орудовали всего 32. Десант в Великобританию пришлось отменить.
Кроме того, все боевые действия с британцами в конечном счёте повисли на армии вермахта. Наиболее могучий союзник Третьего Рейха (на тот момент Италия) потерпел сокрушительное фиаско, продвигаясь с трудом даже в почти сдавшейся Франции. Британские войска уничтожили итальянскую армию в Эфиопии, а в Северной Африке вдвое меньшая по численности армия «красных мундиров» разбила итальянцев, вынудив Гитлера в срочном порядке командировать знаменитый немецкий африканский корпус для спасения фронта. В Грецию Италия вторглась осенью 1940 г., но греки, при поддержке британцев, сумели перейти в контрнаступление и перенесли боевые действия на территорию аннексированной ранее итальянцами Албании. И здесь немцам тоже пришлось срочно вмешаться, дабы не допустить выхода Италии из войны и облегчить себе же войну в Северной Африке, в попытке добраться до ближневосточной нефти.
Если уголь у Германии был в дефиците относительном, то нефть — в абсолютном. Чисто теоретически (!), у немцев была возможность решить проблемы хотя бы с нефтью. Сирия оставалась французской подмандатной территорией на стороне прогерманского правительства Виши, а в Ираке в ходе военного переворота к власти пришло антибританское правительство. Если каким-то образом удалось бы наладить сухопутную транспортную сеть через союзную Турцию, Германия и её союзники могли бы получить доступ к ближневосточной нефти. Поэтому же немцы активно развивали отношения и с Ираном. Однако британцы не растерялись: в период с мая по сентябрь 1941 года и Сирия и Ирак и Иран вернулись под крыло союзников благодаря усилиям британской и советской (в случае Ирана) армий, а также членам французского сопротивления.
Заключение
Таким образом, фашистская Германия вступила в войну с заведомо более сильными противниками, рассчитывая на победу быстрым ударом. Однако Битва за Британию показала, что Германии не хватает сил на разгром своих врагов в разумные сроки. На море немцы сделали ставку на подводную войну, но и эта мера имела лишь ограниченный успех.
Вывоз еды и сырья с одной стороны и морская блокада с другой привели к тому, что оккупированные территории столкнулись с экономической деградацией и не могли дать Германии достаточно сил, чтобы противостоять Британии при растущей поддержке США.
Чтобы победить в битве за Европу, нужно было найти ещё больше ресурсов. Круг замкнулся — победу над США смогут обеспечить только ресурсы Восточной Европы, о чём писал Гитлер ещё до своего прихода к власти.
Нападение на Советский Союз существенно ускорило падение Германии. О роли СССР в судьбе тысячелетнего рейха, скончавшегося на двенадцатом году жизни мы и поговорим в следующий раз.
Если вы готовы пойти в последний бой и вам понравился материал, вы можете отправить деньги на счёт автора (сбер 2202 2005 4871 3468). Финансы пойдут на преодоление морской блокады.
Автор: Фёдор Яковлев