Я завершаю свое повествование о путешествии по России. Через две недели я отправилась обратно. Еду я в другом поезде, это не фирменный поезд «Россия», а простой скорый поезд №09. Вагон у меня такой же купейный, но условия в поезде гораздо хуже: душ только в штабном вагоне, вагона-ресторана нет! Это очень серьезный недостаток, но я справилась и с этим.
В этой части моего повествования я больше места уделю людям, с которыми мне пришлось встретиться в пути. И, конечно, я должна увидеть Байкал, который теперь буду проезжать днем.
Как и в пути туда, я оказалась единственным пассажиром в вагоне, ехавшем от начального пункта до конечного. Моим соседом оказался мужчина, который ехал из санатория в Тулун Иркутской области. Это был самый «постоянный» мой сосед – он ехал со мной больше трех суток. Он отдыхал в санатории по бесплатной путевке от организации – работает водителем на железной дороге.
В соседнем вагоне ехал человек, с которым он был в санатории. Он приходил к нам в купе, в котором мы ехали вдвоем все трое суток, чтобы поиграть в карты. Я не очень люблю это, но, чтобы как-то сократить время, соглашалась.
Однажды он заметил, что я открыла свою страницу в Дзене.
- Вы тоже читаете ее? – вдруг спросил он.- И как вам?
- Кого? - не поняла я.
- Тамару Мещерякову?
- Ну, как вам сказать... - ответила я, еще не понимая, что он имеет в виду.
- А мне нравится. У нее нет, конечно, такого напряжения, как в детективе, но все же не все так просто. В общем, все, как в жизни. А что вы читали из ее рассказов?
- Я не читаю ее...
- Напрасно. Почитайте, вам понравится! Меня подсадила на нее жена. Она начала ее читать, а теперь и я тоже читаю.
- Я не читаю ее, я ее пишу, - ответила я.
- В каком смысле?
- В прямом. Это моя страница.
Мой читатель был ошарашен.
- Вы? Вы хотите сказать, что Тамара – это вы?
- Да, хочу, - засмеялась я. – А что, совсем не похожа на ту, что на странице? Могу показать паспорт.
Он посмотрел на фотографию на странице, потом на меня. Я понимала, что сходство довольно сомнительное: фотографии на моей странице больше десяти лет, да и в поезде я, честно говоря, не очень следила за тем, как я выгляжу: утром умылась, никакого макияжа, естественно, и все.
- Это я, только некоторое время назад и немного в других условиях.
Видно было, что это открытие несколько смутило его. Через некоторое время он спросил:
- Скажите, а откуда вы берете все, что пишете?
- Из жизни, - ответила я.
- То есть все, что написано, взято из жизни? Все это было? А вы откуда узнали об этом?
- Конечно, было. Во всяком случае, основная сюжетная линия взята из реальности. Что-то сама пережила, о чем-то рассказали те, кто пережил. Понимаете, написать хорошо можно только о том, что хорошо знаешь.
- Значит все герои ваших произведений – реальные люди?
- Почти все. Имена многих изменены, но судьбы их узнаваемы теми, кто знает эти жизненные ситуации или прошел через них.
Собеседник помолчал.
- Первый раз в жизни разговариваю с писателем. Всегда интересовало: как они выдумывают все так складно? А оказывается, не выдумывается.
- Знаете, жизнь порой преподносит такие сюжеты, что и придумать их было бы непросто.
- Да, конечно. А скажите, - вдруг обратился он ко мне., - вы можете написать обо мне? Только чтобы имя, фамилия мои были реальными, а не вымышленными?
- Конечно, - засмеялась я, - тогда расскажите мне о себе, а я это оформлю художественно. Назовите ваше имя.
- Бузин Валентин Александрович, - представился собеседник.
- Хорошо, - пообещала я, - обязательно вставлю вас в свое повествование.
Теперь могу сказать, что обещание исполнено. Валентин Александрович, можете прочитать о себе!
На третий день утром я вдруг увидела его – Байкал! Поезд вышел из очередного туннеля, и перед глазами открылось бескрайнее водное пространство. У меня захватило дух! Я! Вижу! Байкал! Погода пасмурная, вода в нем серая с белыми барашками, но все-таки – какая мощь! На языке вертятся слова, которые у многих вырываются в момент наивысшего восторга или негодования, но я не могу их произнести вслух, хотя, если честно, я их произношу (про себя) – ну что поделаешь, если слово «восторг» не передает всего, что я чувствую!
К сожалению, моя фотография не может показать всего, что я видела!
Очень часто поезд идет прямо рядом с берегом, кажется, прямо рядом с водой. Поезд уходит в очередной туннель, Байкал остался за горой. Но вдруг он снова в окне! Только теперь это бухта, и волн не поверхности совсем нет, полный штиль. На берегу видны люди, палатки, машина... Завидую им!
На Мысовой в вагон вошла группа китайцев. Сразу стало шумно, беспокойно. По-русски говорит только один из них, остальные пользуются английским и то очень ограниченно. Говорят громко, смеются, в коридоре их много, хотя всего вошло двенадцать.
Больше трех часов поезд шел по берегу Байкала, который то исчезал, то появлялся вновь. Я не отходила от окна и удивлялась, что стою в коридоре только я. Хотелось пройти по всем купе и сказать: «Люди, Байкал ведь за окном!». А может, просто я одна вижу его впервые, а остальные едут не в первый раз...
Обратила внимание на скалистые берега: склоны гор часто покрыты металлической сеткой. Мой очередной попутчик сказал, что это специальная очень крепкая сетка – она защищает рельсы и поезда от камнепадов, которые здесь не редкость.
Встречаются галереи с крышей, которые тоже защищают от камней.
После Слюдянки я простилась с Байкалом, который заставил меня поставить еще одну цель... Пока не буду ее озвучивать.
В Иркутске запаслась продуктами в магазинчике на перроне, где, впрочем, запасались многие из поезда. О ценах лучше говорить не будем...