Александра тяжело села в простую телегу, которую для неё приготовил староста села. Он внимательно помогал ей с вещами, заботливо поправил её платок и тепло взглянул в глаза.
- Держитесь, Александра, — сказал он. Путь длинный, но вы справитесь. Передавайте привет ему, коли найдете, и берегите себя.
- Спасибо вам большое, — ответила Александра, чуть тронувшись голосом. — Вы дали мне надежду и силу.
Когда телега тронулась, они обменялись последними взглядами и словами прощания. Староста остался на окраине деревни, а Александра погрузилась в мысли, глядя на знакомые полевые просторы, которые постепенно сменялись окрестностями большого города.
Нижний Новгород встретил её шумом, суетой и щебетом множества голосов на улицах. Густые потоки людей и повозок казались ей бесконечными реками жизни, разливающимися по широким улицам, усеянным лавками и торговцами. Домики и здания здесь были не похожи на её тихую деревню — они возвышались во все стороны, будто стремясь дотянуться до неба.
Взволнованная и одновременно немного растерянная, Александра впервые ощутила всю мощь большого города — его пульс, шум и движение, которые казались ей и волнительными, и чуждыми. Но вместе с этим она чувствовала, что сделала первый шаг на новом, непростом пути, и в сердце зажглась искра надежды.
Первый день Александры в Нижнем Новгороде оказался не только шумным, но и опасным. Пока она пыталась осмотреться среди густого потока людей и лавок, к ней подошёл мужчина с яркой улыбкой и приветливым взглядом.
— Добрая женщина, — ласково обратился он, — вижу, вы издалека пришли. Позвольте помочь вам с вещами и показать, где можно выгодно обменять деньги и найти надежное место для ночлега.
Александра, уставшая и растерянная среди городской суеты, почувствовала облегчение от такого предложения. Она доверилась незнакомцу, позволила провести себя по оживлённым улицам вперёд, не подозревая, что попадала в ловушку.
По дороге мужчина рассказывал разные истории, чтобы завоевать её доверие. Он указал на якобы надежные дома и лавки, которые "всегда помогают переселенцам". Но когда они подошли к одному из скромных деревянных домиков в узком переулке, соседствующем с шумным рынком, Александр поняла, что мужчина словно исчезает из виду.
— Подождите, — обратилась она к нему, — куда вы меня ведёте? Что это место?
— Всё как надо, — бодро ответил он, — здесь вы устроитесь, отдохнёте и сможете узнать новости.
Но что-то внутри шептало Александре насторожиться. Она заметила, что мужчина пытался забрать у неё мешочек с деньгами, который она тщательно прятала.
В этот момент к ней подошёл пожилой торговец с соседней лавки, услышавший волнение женщины. Он строго заговорил с незнакомцем, потребовав оставить Александру в покое.
Поняв, что ситуация меняется в её пользу, Александра вскоре ушла оттуда, пряча свои деньги и с сердцем, колотящимся от испуга.
Этот случай остался для неё тяжёлым уроком: большой город полон не только суеты и возможностей, но и опасностей, требующих бдительности и осторожности. с этого дня она стала внимательнее и осторожнее, понимая, что путь к Алексею будет тернист не только географически, но и по жизни.
В Нижнем Новгороде Александра столкнулась с необходимостью переправиться через Волгу — в то время основным способом была понтонная переправа, поскольку постоянных мостов через реку ещё не было. Летом мост на плотах аккуратно соединял берега, позволяя людям и повозкам пересекать реку, но переправа зависела от уровня воды и погодных условий. Александрa наблюдала, как плот осторожно перемещался по воде, цепляясь за тросы, и чувствовала лёгкую тревогу перед прохождением через широкую и быструю реку.
Переход через Волгу был важным и немного опасным этапом на её долгом пути в Томск.
Александра продолжала своё долгое путешествие на перекладных. Из Нижнего Новгорода она направилась к следующему пункту — Килемарам, а оттуда — в Уржум. Путь был трудным и медленным: приходилось часто менять повозки, ждать новых попутчиков и адаптироваться к переменам маршрута. Дорога лежала через леса, поля и небольшие деревеньки, где Александра не раз делила скромную трапезу с местными жителями и ночевала в крайних избах.
Прибыв в Уржум, Александра была глубоко поражена величественным видом Свято-Троицкого собора — новенького, только что отстроенного из красного кирпича и украшенного белым камнем. Его высокий серебристый купол сиял на солнце, словно обещая надежду и защиту. Здание было прекрасно сооружено — мощные стены, изящные детали, просторное внутреннее помещение; казалось, что здесь можно найти утешение и силу.
Александра, чувствуя странную трепетную волнение и одновременно облегчение, вошла в храм. Внутри было тихо и светло, легкий запах ладана и свечей наполнял воздух. Она опустилась на колени перед алтарём, собрав в мыслях всю свою боль и надежду.
Медленно, словно шепча самой себе, Александра прочла молитву о здравии всей семьи — за мужа Алексея, на которого она так надеялась, за маленьких Мишеньку и Олечку, чтобы они были посильными и крепкими. Она попросила о здоровье для своей тяжелобольной свекрови Натальи Ивановны, чтобы её душа была спокойна и чтобы она чувствовала заботу, несмотря на свою слабость. Особую благодарность и прошение Александра направила к брату Тихону и его жене Прасковье, которые взяли на себя заботу о доме и её детях.
Стоя в тишине собора, Александра почувствовала, как сила веры наполняет её усталое сердце. Здесь, среди высоких стен и сияющих икон, она обрела мгновенное утешение и новую решимость идти дальше своим трудным путём.
Пока Александра молилась, в тишине собора появилась пожилой монах в простой тёмной рясе. Его спокойные глаза и доброжелательная улыбка внушали доверие и какой-то внутренний покой.
— Дочь моя, — тихо обратился он, заметив её смятение, — судьба тяжела, и путь твой далёк. Но вера и сила духа помогут тебе пройти всё.
Александра, с трудом сдерживая слёзы, рассказала ему о своём муже, о тяжёлой утрате и о решении отправиться в Томск, чтобы найти Алексея.
Монах внимательно выслушал её, а потом положил на её ладонь небольшой скромный ладан, завернутый в ткань:
— Возьми это. Пусть запах ладана будет твоей защитой в дороге и напоминанием, что Господь всегда рядом. Когда почувствуешь слабость или страх, зажигай его — и молитва твоя станет светом в тёмные часы.
Он также дал ей маленькую иконку Святого Николая — покровителя путешественников и странников.
— Пусть Святой Николай хранит тебя и твоих близких, где бы ты ни была.
Слова монаха придали Александре сил и уверенности. Она покинула собор с лёгким сердцем и ощущением, что, несмотря на все невзгоды и расстояния, она не одна в этом большом мире.
Из Уржума Александра отправилась дальше в путь, меняя повозки и переходя с одной на другую — так называемыми перекладными. Это был долгий путь, протяжённостью более пятисот километров, стоящий усилий и терпения. Каждая новая остановка приносила усталость, а мысли садились тяжёлым грузом на сердце.
Она думала о приближении зимы — холодной и суровой. Тревога росла, ведь денег становилось всё меньше, а впереди ещё много дорог. «Как долго я продержусь? Как пережить морозы и голод?», — эти страхи не выпускали её из головы. В голове мелькали образы дома — детей, беззащитных малышей, старой матери, и боль от разлуки с мужем.
Страшно было не только физически, но и душой. Казалось, что каждая миля приближала не только к Томску и возможно к правде, но и открывала новую бездну неизвестности. Но огонь надежды упорно горел в её сердце — она не могла и не хотела сдаваться.
Путь был тяжёлый, дорога пыльная, иногда сырая и вязкая от осенних дождей. Александра крепко держала в руках небольшой баул и оберегала святыню — ладан и иконку, которые дал ей монах в Уржуме. Несмотря на страхи и усталость, в душе зародилась решимость дойти до конца, найти Алексея, узнать правду и, если можно, помочь ему.
Зима уже вступила в свои права, и Александру поразила Кама — широкая, величественная река, которая в это время казалась особенно грозной и необузданной. Её воды, глубокие и холодные, зимой покрывались толстым льдом, по которому переходили другие крестьяне. Александра осторожно ступала по скользкому льду, чувствуя под ногами тяжесть и холод, но это была единственная возможность переправиться на другой берег.
Мороз жёстко щипал лицо, и стужа, казалось, проникала в самые кости, но страх перед дальней дорогой был меньше, чем страх остаться в неведении. Деньги у неё закончились — последний запас ушёл на переправу и покупку лишь самых необходимых вещей. Перед ней располагалась Пермь — город, куда ей пришлось зимовать. Далёкий и чуждый, он сулил и опасности, и надежды.
Александра стояла на берегу, всматриваясь в покрытые инеем крыши домов, её мысли бегали вокруг одного — где здесь, в городе, могла бы она найти работу, чтобы идти дальше? В сердце её жила тихая тревога и одновременно решимость не сдаваться — впереди были морозы и трудности, но и шанс найти ниточку надежды.
Александра, опустошённая и усталая от долгой дороги и тревог о будущем, стояла на окраине города. Она не знала, куда идти и с чего начать — город казался ей огромным и чужим. Вдали сквозь снежную пелену торжественно возвышался колокольный шпиль церкви, словно маяк, который обещал хоть каплю утешения и надежды.
Не раздумывая, она направилась туда. Внутри церкви царила тишина и покой — звучали едва слышные молитвы, и воздух был пропитан запахом ладана и свечей. Там ей улыбнулась пожилая женщина в скромном одеянии — матушка-попадья по имени Елена. Её спокойный взгляд и доброта сразу расположили Александру к разговору.
Александра рассказала матушке свою горькую историю — о муже Алексеe, которого ранили и положили в больницу в Сибири, о детях и больной свекрови, о трудностях пути и том, что у неё закончились деньги.
Матушка Елена выслушала внимательно, с состраданием и участием. Она мягко пожала руки Александры и пообещала помочь.
— Не волнуйся, доченька, — сказала она, — здесь, при приюте, есть работа для таких, как ты. Поможешь заботиться о детях, и это будет и жильём, и поддержкой на время зимы. Ты не одна — Господь всегда рядом с теми, кто просит помощи.
Благодаря ей Александра вскоре устроилась работницей в детский приют, где могла оставаться с детьми, находить хоть какую-то защиту и собирать силы для дальнейшего пути.
Александра быстро привыкла к жизни в детском приюте. Несмотря на усталость и холодные зимние дни, здесь она находила смысл и утешение — возможность заботиться о детях, которые, как и она сама, потеряли часть тепла семьи и нуждались в любви.
Работа была тяжелой и монотонной: надо было ежедневно умывать малышей, кормить их скудной пищей, постирать и забрать обострённые детские болезни. Многие воспитанники приходили из разрушенных или бедных семей, были слабые и болезненные, часто с горькими детскими судьбами, которые отражались в их грустных глазах. Детские слезы, болезни и плач — всё это становилось частью повседневности, и Александра училась с этим справляться, пытаясь наполнить холодные стены приюта теплом и вниманием.
Женщины, работавшие в приюте, были из разных судей жизни, но всех объединяло одно — огромная усталость и сердечная мужественность. Они поднимались рано, трудились без отдыха, смазывали простые игрушки, стирали по старинке в тазах, часто были сами на грани сил. Однако именно такой круг людей создавал в приюте атмосферу заботы и поддержки.
Что особенно нравилось Александре, так это маленькие моменты радости — когда дети впервые улыбались, когда удавалось уложить болеющего малыша или когда она могла тихо поговорить с кем-то из воспитанников, обнять и дать надежду. Это придавало ей силы идти дальше, несмотря на усталость и сомнения.
Каждый вечер, усталая и замёрзшая, Александра возвращалась к своим мыслям о семье, но теперь в её душе горел огонёк — огонёк любви, который она разжигала не только ради своих детей и мужа, но и ради тех, кто нуждался в её ласке здесь и сейчас.
Всю зиму, закутанная в тёмный платок у окна приюта, Александра не могла избавиться от тяжёлого бремени мыслей. Мелькали картины далёкого Томска, больницы, где, возможно, лежал Алексей — её муж, её надежда и опора. Но вместе с ними приходило невыносимое чувство, что она опоздала. Что время утекает слишком быстро, а она всё ещё далеко и не может приблизиться к истине.
«Что если он уже не ждёт? Что если раны оказались слишком страшными? Опоздала ли я навсегда?» — терзали её мысли, а сердце сжималось от паники и боли. Каждый день без вестей казался ей вечностью, а эта бездна неизвестности, казалось, росла с каждой минутой.
Страхи сгущались и становились почти ощутимыми: боязнь, что любимый человек ушёл без неё, что дети выросли без отца, что она не сможет защитить больную мать. Александра боялась власти времени, безжалостного и непредсказуемого, боялась собственной слабости и невозможности преодолеть все трудности, чтобы добраться до Томска.
Она боялась, что зимой её здоровье подведёт, что силы иссякнут раньше, чем появится шанс на встречу с мужем. Она боялась, что её любовь и надежда окажутся бессильными перед таким огромным расстоянием и горькой судьбой.
Но даже в сердце, полном тревог, Александра не могла отпустить ту ничем не гасимую надежду — маленький огонёк, который поддерживал её дух в самые тёмные часы. Она шептала себе, что должна бороться, что нельзя сдаваться, даже если страх и боль окутывают её каждый день.
Среди многих детей приюта особое место в сердце Александры заняла маленькая девочка-сирота по имени Настёнка. Её светлые, чуть вьющиеся волосы словно играли на морозном воздухе, а большие голубые глаза — такие чистые и доверчивые — смотрели на мир с удивлением и лёгкой робостью. Щёчки Настеньки были розовыми от зимнего холода, а крохотные губки часто складывались в нежную, чуть застенчивую улыбку.
Девочка была совсем крохой — всего пять лет, но в ней уже угадывалась хрупкая сила духа, которую могли дать только тяжелые испытания. Она цепко держала за руку Александру, искала в её взгляде поддержку и ласку, и эта привязанность была взаимной.
Александра не могла не полюбить Настеньку всей душой — в этой ребёнке она видела не только невинность и надежду, но и напоминание о том, ради чего она борется. Каждое объятие маленькой девочки согревало её израненное сердце, каждое осторожное прикосновение несло силу и свет.
Но с тяжестью в душе Александра понимала, что им скоро предстоит разлука — путь к Томску ждал, и вместе с детьми семьи, заботами и надеждами, она должна будет оставить маленькую Настеньку в приюте. Мысль об этом вызывала горячую боль в сердце: как расстаться с тем, кто стал таким близким и дорогим? Как отпустить?
Её взгляд часто останавливался на Настеньке, и в эти моменты Александра тихо шептала прощальные слова любви и обещания, что однажды судьба снова сведёт их вместе.