Тёплое молоко капнуло мне на руку, пока я пыталась удержать бутылочку и одновременно подтянуть сползающий подгузник. Миша крутился, как юла, и заливисто хохотал, не понимая моего раздражения. Да и как на него злиться? Маленький комочек счастья, ради которого я, в общем-то, и живу последний год.
— Ну и вертун ты у меня! — я чмокнула сынишку в пухлую щёчку и наконец справилась с непослушным подгузником.
Сзади раздалось деликатное покашливание. Мама. Она стояла в дверях, скрестив руки на груди, и смотрела на меня с какой-то странной смесью жалости и недовольства.
— Что? — буркнула я, поднимая Мишу на руки.
— Ничего, — мама поджала губы. — Просто подумала... Надюш, ты ведь почти месяц не поднимаешь тему работы. Решила, что так и будешь в декрете киснуть?
Я закатила глаза. Ну вот, началось. Каждый божий день одно и то же. С тех пор как мама переехала к нам «помогать с малышом», она считает своим долгом напоминать мне, что жизнь проходит мимо.
— Мам, ну сколько можно? — я усадила Мишу в детский стульчик и сунула ему погремушку. — Тебе же Дима объяснил ситуацию. Меня там не ждут. Сергей Петрович прямым текстом сказал: «После декрета можешь не возвращаться, мы найдём замену». Куда уж яснее?
Я специально спародировала начальника — говорила низким голосом, растягивая слова, как он делает, когда особенно доволен собой. Вышло похоже, даже мама фыркнула.
— Но это же... это же дискриминация какая-то! — возмутилась она. — На него управу можно найти. Профсоюз там или...
— Какой профсоюз, мам? — я рассмеялась. — У нас не завод имени Ленина. Частная фирма, хозяин — барин. Сказал «до свидания» — значит, свободна.
Мама нахмурилась, но промолчала. Мы обе знали, что с Сергеем Петровичем бесполезно спорить. Мужик-танк, прёт напролом. Раздавит и не заметит. Три года я отбатрачила на его фирму. «Мой лучший маркетолог», — говорил он, когда я в очередной раз оставалась в офисе до ночи. А как забеременела — словно подменили человека. «Вот только декретниц мне не хватало», — бросил он тогда и добавил, что надеется, я «пойму приоритеты фирмы». Поняла, куда деваться. А когда уходила в декрет, он даже не попрощался. Секретарша Ленка передала его слова: «После декрета можешь не возвращаться, мы найдём замену».
— Тебе тридцать лет всего, а ты рассуждаешь как старуха, — мама покачала головой. — Сдаёшься без боя. Я в твои годы...
— Мам, ради бога! — я подняла руки, как бы сдаваясь. — Давай не сейчас, а? У меня голова раскалывается. Миша ночью три раза просыпался. Я не спала толком.
Вру, конечно. Голова не болит. Просто не хочу в сотый раз слушать, как мама в моём возрасте уже была начальницей отдела кадров, несмотря на маленького ребёнка (то есть меня). Другое время было, другие обстоятельства.
Миша вдруг расхныкался, швыряя погремушку на пол. Я подхватила его на руки, и он тут же прижался к моей груди, хныча. Зубки режутся, бедняга.
— Дай ему грызунок из холодильника, — посоветовала мама, сразу переключаясь на внука. — Я вчера ставила.
Грызунок помог. Миша успокоился, а я незаметно ускользнула в нашу с Димой спальню. Прикрыла дверь, достала ноутбук. Врала я маме — думаю о работе постоянно. До одури. До слёз иногда. Просто говорить об этом не хочу, бесполезно же.
Открыла сайт с вакансиями. Привычно забила параметры поиска: «маркетолог», «специалист по рекламе», «PR-менеджер». Десятки объявлений, и везде как заклинание: «опыт работы от 3-5 лет без перерывов», «готовность к ненормированному графику», «возможность командировок». Ну да, куда ж маме с грудничком в командировки? А перерыв в стаже у меня уже год как. И что теперь, крест на карьере ставить?
Раздражение накатило с новой силой. Почему я должна выбирать между ребёнком и работой? Почему в развитых странах давно решили эту проблему, а у нас женщина с детьми до сих пор — как прокажённая на рынке труда?
В дверь тихонько поскреблись, и в комнату заглянул Дима.
— Не спишь? — шёпотом спросил он.
— Не-а, — я захлопнула ноутбук и виновато улыбнулась.
Муж присел рядом на кровать, обнял за плечи.
— Опять вакансии смотришь? — спросил он, кивнув на ноутбук.
— Типа того, — пробормотала я. — Толку-то.
Он вздохнул, прижал меня крепче.
— Надюш, слушай... может, не торопиться? Мишка ещё маленький. Я пока нормально зарабатываю. Поживём спокойно годик-другой, а потом...
— А потом меня вообще никуда не возьмут! — я не сдержалась, повысила голос. — С двухлетним перерывом в стаже, без свежего опыта. Ты что, не понимаешь?
— Понимаю, — Дима поднял руки, как бы защищаясь. — Просто мне кажется, ты слишком давишь на себя. Не всё измеряется карьерой.
— Да при чём тут карьера! — психанула я. — Мне нравится моя работа, понимаешь? Я скучаю по ней. Мне хочется применять мозги, а не только подгузники менять!
Он помолчал, глядя в сторону. Потом встал, одёрнул футболку.
— Ладно, извини. Я просто... — он запнулся. — Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. И чтобы не загоняла себя.
Мне стало стыдно. Вечно я срываюсь на нём, а он-то в чём виноват?
— Дим, прости, — я потянулась к нему, обняла за талию. — Я как дура себя веду. Просто устала, наверное.
— Понимаю, — он погладил меня по голове. — Знаешь что? Давай на выходных к озеру съездим? Мама с Мишкой посидит, а мы вдвоём... шашлыки, палатка, как раньше.
Я благодарно кивнула. Что бы я без него делала? Мой надёжный, понимающий Дима. Никогда не давит, не настаивает. Только иногда мне кажется, что он не до конца понимает, как важна для меня работа. Не для денег даже, а для самоощущения, что ли.
Ночью, когда все уснули, я снова взялась за ноутбук. Не вакансии на этот раз — просто читала новости, блуждала по сети. Случайно наткнулась на интервью с какой-то бизнес-леди, Еленой Воробьёвой. Гендиректор «ТехноТрейд», поставщик компьютерной техники. Холёная такая, уверенная в себе женщина лет сорока пяти. В жизни бы не подумала, что у неё трое детей!
«Материнство — это не помеха карьере, а, наоборот, преимущество», — вещала она с экрана. «Женщины, прошедшие школу материнства, обладают уникальными навыками управления временем, многозадачности и эмпатии. Это бесценно для бизнеса. В нашей компании мы создаём все условия для молодых мам — гибкий график, удалёнка, даже детская комната в офисе есть».
Я фыркнула. Ну да, конечно. Сказки для доверчивых. Наверняка у неё армия нянек, и детей она видит раз в неделю по выходным.
А потом вдруг екнуло сердце. «ТехноТрейд»... так это же конкуренты моей бывшей фирмы! Точно, они на одном рынке работают. А что если...
Идея была безумной. Абсолютно сумасшедшей. Я даже хихикнула от её дерзости. А потом подумала: «А почему, собственно, нет?»
Взялась за дело с утра пораньше. Миша ещё спал, а я уже корпела над резюме. Вытащила все свои награды и грамоты, собрала кейсы успешных проектов, подобрала рекомендательные письма. Нашла сайт «ТехноТрейд», изучила их продукцию, маркетинговую стратегию. Нашла пару слабых мест — не то чтобы критичных, но можно было предложить улучшения.
— Ты что, всю ночь не спала? — ужаснулась мама, застав меня на кухне с ноутбуком в шесть утра.
— Я в отличной форме! — бодро соврала я, скрывая зевок. — Просто... появилась идея.
Мама покачала головой.
— Какая ещё идея? Опять что-то глобальное придумала?
— Увидишь, — пообещала я загадочно. — Если выгорит — первая узнаешь.
Света, моя бывшая коллега и единственная, с кем я поддерживала отношения после декрета, чуть не подавилась кофе, когда я поделилась с ней своим планом.
— Ты рехнулась? — прошипела она в трубку. — «ТехноТрейд» — это высшая лига! Туда с улицы не берут!
— А я не с улицы, — парировала я. — У меня опыт, знания рынка...
— И годовалый ребёнок на руках, — перебила она. — Надька, ты чего? Они на это первым делом посмотрят!
— А вот и нет, — упрямо возразила я. — Если у них и правда такая политика поддержки мам, как они хвастаются...
— Ой, да брось ты, — фыркнула Света. — Это всё пиар. Небось, взяли парочку мамочек для галочки и трубят на всех углах.
— Всё равно попробую, — решила я. — Терять-то нечего.
И я рискнула. Отправила резюме через официальный сайт, продублировала в личку Елене Воробьёвой в соцсетях (нашла её там, представляете?). А потом как с цепи сорвалась — стала мониторить все их каналы, изучать рекламу, сравнивать с конкурентами. В какой-то момент наткнулась на анонс нового продукта — какой-то крутой ноутбук для геймеров. И поняла, что их рекламная концепция — полный отстой! Старьё, вторичность, никакой фантазии.
За ночь набросала альтернативную концепцию. Визуалы, слоганы, даже примерный медиаплан. Сама от себя такого не ожидала — будто прорвало плотину. Столько идей, столько энергии! Муж нашёл меня утром, спящую за ноутбуком.
— Ты что творишь? — спросил он встревоженно, тряся меня за плечо. — Миша всю ночь кричал, я его еле укачал! А ты тут...
— Дим, прости, — я с трудом разлепила глаза. — Я... увлеклась.
Он тяжело вздохнул, присел рядом.
— Надя, я за тебя беспокоюсь. Ты как одержимая.
— Зато я снова себя чувствую живой, — призналась я. — Понимаешь?
Он помолчал, потом осторожно обнял меня.
— Понимаю. Делай что нужно. Только... не загоняйся сильно, ладно?
Я кивнула, борясь со слезами благодарности. Какой же он у меня всё-таки... правильный.
Три дня прошли как в тумане. Я отправила свой проект напрямую в отдел маркетинга «ТехноТрейд», приложив сопроводительное письмо с пояснениями. И стала ждать. Нервничала, дёргалась от каждого звука телефона. Миша, словно чувствуя моё состояние, капризничал больше обычного.
Утром четвёртого дня пришло письмо.
«Уважаемая Надежда Викторовна! Ваши идеи заинтересовали руководство компании. Приглашаем Вас на собеседование в наш офис в четверг, 15 мая, в 10:00. С уважением, отдел кадров ООО "ТехноТрейд".»
Я перечитала письмо раз пять, не веря своим глазам. Неужели получилось? Неужели они действительно заинтересовались?
Мама восприняла новость со сдержанным оптимизмом.
— Это, конечно, хорошо, — сказала она, помешивая суп на плите. — Но ты уверена, что справишься? Мишка маленький, ты не выспавшаяся вечно...
— Справлюсь, — отрезала я. — Если они действительно создают условия для мам, как говорят — то точно справлюсь.
— Ну-ну, — хмыкнула мама. — Посмотрим.
Дима, напротив, обрадовался за меня искренне.
— Видишь? А ты боялась! — он подхватил меня на руки и закружил по комнате. — Они просто не могли не заметить такого спеца!
В день собеседования я проснулась ни свет ни заря. Перемерила, наверное, весь гардероб, прежде чем остановилась на строгом, но не слишком официальном костюме. Каблуки — да, но не шпильки, а устойчивые, чтобы не споткнуться от волнения. Макияж — неброский, но тщательный. Волосы — в аккуратный пучок.
— Ты как на свидание собираешься, — поддела мама, помогая с причёской.
— Это и есть свидание, — буркнула я. — С моим будущим, если повезёт.
Мама коснулась моего плеча, поймала взгляд в зеркале.
— Удачи, доченька. Я... я в тебя верю.
Я улыбнулась, растроганная. Она редко говорит такие вещи.
Миша, словно чувствуя важность момента, был на удивление спокоен, дал себя умыть и одеть без обычных концертов. Даже поцеловал меня в щёку, когда я прощалась.
— Мама скоро вернётся, малыш, — пообещала я, с трудом сдерживая слёзы. — И всё будет хорошо.
Офис «ТехноТрейд» меня впечатлил. Современное здание, стекло и хром, просторный холл с зоной ожидания. На ресепшене — приветливая девушка, которая, узнав моё имя, сразу улыбнулась.
— Вас уже ждут, Надежда Викторовна. Проходите в переговорную, это на восемнадцатом этаже.
В лифте я судорожно повторяла про себя ключевые моменты презентации. В голове был полный кавардак. Сердце колотилось где-то в горле. «Соберись, тряпка», — приказала я себе. «Это просто собеседование. Не конец света».
Переговорная оказалась светлой комнатой с панорамными окнами и видом на город. За столом сидели трое: строгая женщина в очках, молодой парень с айпадом и... она. Елена Воробьёва собственной персоной. В жизни она выглядела ещё внушительнее, чем на фото — статная, с прямой спиной и цепким взглядом. Но в то же время от неё исходило какое-то спокойствие, уверенность.
— Проходите, Надежда, — она указала на стул напротив. — Рада познакомиться лично.
Я пожала протянутую руку, стараясь не показать, как она дрожит, и села.
— Итак, — Елена откинулась на спинку стула. — Ваше резюме произвело впечатление. Но ещё больше нас заинтересовали ваши идеи для кампании нового ноутбука. Очень свежий взгляд.
— Спасибо, — я с трудом сглотнула.
— Расскажите о себе, — предложила она. — Почему вы выбрали именно нашу компанию?
И я рассказала. Про свой опыт, про уход в декрет, про слова бывшего начальника. Не собиралась об этом говорить, но почему-то вырвалось само. Может, от волнения, может, от того, что Елена слушала так внимательно, с искренним интересом.
— Знакомая история, — кивнула она, когда я закончила. — Я сама когда-то столкнулась с подобным. После рождения первенца меня «попросили» с прежней работы. Именно поэтому, став руководителем, я решила создать другие условия для женщин в компании.
Я с трудом сдержала удивление. Так значит, всё это правда? Не пиар, не показуха?
Следующие полтора часа пролетели как один миг. Меня расспрашивали о прежних проектах, о видении маркетинговой стратегии «ТехноТрейд», просили проанализировать их последние кампании. Я отвечала, предлагала, спорила — и с каждой минутой чувствовала себя увереннее. Это была моя стихия, то, по чему я так скучала!
В какой-то момент строгая женщина (оказавшаяся начальницей отдела кадров) задала вопрос, которого я боялась больше всего:
— Надежда, не скрою, нас смущает, что у вас маленький ребёнок. Как вы планируете совмещать работу и материнство?
Я глубоко вдохнула, собираясь с мыслями.
— Знаете, год назад я бы, наверное, начала уверять вас, что ребёнок никак не повлияет на мою работу. Но это было бы неправдой. Конечно, повлияет, — я посмотрела ей прямо в глаза. — Я не смогу задерживаться до ночи, как раньше. Иногда буду брать больничный, если сын заболеет. Но! — я подняла палец. — Взамен вы получите сотрудницу, которая научилась ценить каждую минуту рабочего времени. Которая умеет структурировать задачи и выделять приоритеты так, чтобы успеть всё необходимое в срок. И главное — сотрудницу с огромной мотивацией. Потому что я хочу доказать — себе и всем вокруг — что материнство не ставит крест на карьере.
В комнате повисла тишина. Елена переглянулась с коллегами, потом вдруг улыбнулась.
— Убедительно, — она закрыла лежащую перед ней папку. — Что ж, Надежда, мы сообщим о своём решении в ближайшие дни. Спасибо за откровенность.
Я вышла из здания на ватных ногах. Голова кружилась от переизбытка адреналина и эмоций. Не знаю, что они решат, но я сделала всё, что могла. И уже это было маленькой победой.
Домой я летела как на крыльях. Мама встретила меня с Мишей на руках, вопросительно подняв брови.
— Ну что?
— Не знаю, — честно ответила я. — Вроде всё прошло хорошо, но... они обещали сообщить через несколько дней.
Эти «несколько дней» растянулись на три. Я извелась от ожидания, проверяла почту каждые пять минут, дёргалась от каждого звонка. А потом пришло письмо с приглашением на повторную встречу. «Для обсуждения условий сотрудничества».
Они меня берут! Берут!!!
Я визжала от радости, как девчонка, кружила Мишу по комнате, чуть не напугав его до слёз. Дима, примчавшийся с работы пораньше, тоже не скрывал восторга.
— Я же говорил! — он подхватил меня вместе с сыном, стиснул в объятиях. — Говорил, что всё получится!
— Погоди, — я отстранилась, внезапно испугавшись. — А вдруг это какая-то ошибка? Вдруг они передумают?
— Не каркай, — шутливо шлёпнул меня по попе Дима. — Всё будет отлично.
И было отлично. На второй встрече мне предложили должность руководителя группы маркетинговых коммуникаций — выше, чем я занимала раньше! С гибким графиком, возможностью иногда работать из дома и — самое потрясающее — с перспективой роста.
— У нас принято продвигать своих, — пояснила Елена, когда мы подписывали договор. — Если покажете хорошие результаты — через год-полтора можете стать директором по маркетингу.
Я не верила своему счастью. Неужели бывают такие компании? Такие руководители?
Первый рабочий день был как в тумане. Новые лица, новые задачи, море информации. Но самое удивительное — никто не косился на меня косо, когда я сказала, что ухожу в пять, чтобы забрать сына из сада. Никто не закатывал глаза, когда я упоминала о ребёнке. Даже наоборот — многие коллеги сами были родителями и охотно делились лайфхаками по совмещению работы и семьи.
А потом я увидела её — детскую комнату прямо в офисе. Небольшую, но уютную, с игрушками, пеленальным столиком, креслом для кормления. «На случай форс-мажора», — пояснила коллега. «Можно привести ребёнка с собой, если не с кем оставить. Или если соскучились».
Я чуть не расплакалась от этой заботы. Почему, ну почему так не может быть везде?
Моя первая кампания для «ТехноТрейд» превзошла все ожидания. Продажи нового ноутбука взлетели, узнаваемость бренда среди молодёжи выросла. Меня хвалили на совещаниях, выписали премию. А через полгода действительно повысили — до директора по маркетингу.
В тот день я должна была выступать на отраслевой конференции — представлять новую стратегию «ТехноТрейд». Готовилась как к экзамену, репетировала перед зеркалом, мучила домашних вопросами «а как это звучит?».
— Да отлично звучит! — в сотый раз заверил меня Дима. — Ты всех порвёшь, вот увидишь.
И я порвала. Выступление прошло на ура, зал аплодировал, коллеги поздравляли. А когда я спускалась со сцены, в третьем ряду увидела знакомое лицо.
Сергей Петрович. Мой бывший начальник.
Он смотрел на меня с каким-то странным выражением — не то удивление, не то досада. Я кивнула ему, сдержанно улыбнулась и прошла мимо. Не собиралась я с ним разговаривать, ни к чему это.
Но во время кофе-брейка он сам нашёл меня.
— Надежда! — окликнул, протискиваясь через толпу с двумя чашками кофе. — Можно тебя на минутку?
Я замерла, не зная, как реагировать.
Самые популярные рассказы среди читателей: