Найти в Дзене

Танго поздней любви-3

Я вертела в руках рекламный листок, который взяла на стойке в танцевальной студии. На нем была напечатана фотография Николая Гришина — не просто преподавателя, а владельца студии «Fuego», — рядом с какой-то женщиной в элегантном платье, чья улыбка казалась слишком идеальной, чтобы быть искренней. Слоган гласил: «Танго — это не танец. Это язык души». Я усмехнулась. Какой еще язык души? У меня и с русским-то дела плохи. Я размышляла, стоит ли мне пойти на танцы еще раз или забыть о своей попытке сделать жизнь краше. За окном я видела старушку, выгуливавшую облезлого пуделя. Кажется, эта парочка гуляет здесь каждый день. Женщина и собака шли молча, словно связанные этим бесконечным молчанием, как поводком. Мне вдруг показалось, что и я как эта собака: иду на поводке у предубеждений, послушная, живущая по устаканенному расписанию, подчиняясь стереотипам. Когда я позвонила подруге Ларисе и сказала, что ходила на урок танго, она насмешливо фыркнула в телефон и сказала: — Танго? В твоем возра
Оглавление

Глава 3

Глава 1

Глава 2

Я вертела в руках рекламный листок, который взяла на стойке в танцевальной студии. На нем была напечатана фотография Николая Гришина — не просто преподавателя, а владельца студии «Fuego», — рядом с какой-то женщиной в элегантном платье, чья улыбка казалась слишком идеальной, чтобы быть искренней. Слоган гласил: «Танго — это не танец. Это язык души». Я усмехнулась. Какой еще язык души? У меня и с русским-то дела плохи.

Я размышляла, стоит ли мне пойти на танцы еще раз или забыть о своей попытке сделать жизнь краше.

За окном я видела старушку, выгуливавшую облезлого пуделя. Кажется, эта парочка гуляет здесь каждый день. Женщина и собака шли молча, словно связанные этим бесконечным молчанием, как поводком. Мне вдруг показалось, что и я как эта собака: иду на поводке у предубеждений, послушная, живущая по устаканенному расписанию, подчиняясь стереотипам.

Когда я позвонила подруге Ларисе и сказала, что ходила на урок танго, она насмешливо фыркнула в телефон и сказала:

— Танго? В твоем возрасте? Да ты что, Марин, с ума сошла?

— А что такого? Танго ведь не обязательно для молодых…

— Ну, не знаю, — протянула она. — Это же страсть, огонь, это же… даже неприлично!

Почти то же самое сказала и другая подруга, Ольга.

— Марин, ты что, после развода не в себе?

— Почему?

— Нет, я понимаю твое желание разнообразить жизнь, но танго? Лучше записалась бы на вязание или садоводство.

— У меня нет сада, — поджав губы, процедила я.

— Тогда читай книжки. Это больше подходит таким, как мы.

— А какие мы? — покосилась я на подругу.

— Пятидесятилетние женщины, которым нужно нянчить внуков, а не по танцулькам бегать.

— А-а-а, — протянула я разочарованно.

Поддержка подруг мне была важна. Я хотела, чтобы они сказали:

— Марина, ты молодец! Так держать! Развод — это не приговор. Теперь наконец-то ты станешь хозяйкой своей судьбы.

Вместо поддержки я слышала сомнения и скепсис.

— Мне нет пятидесяти, — сказала я Ольге. — И внуков у меня нет.

— Ну и что. Все равно, — пожала она плечами и посмотрела на меня с таким осуждением, будто я не на танго записалась, а в стриптиз.

Подруги поселили во мне сомнения, и я даже решила, что завтра не пойду на первое настоящее занятие, хотя еще вчера была так воодушевлена, что купила новые туфли: на устойчивом квадратном каблуке и с ремешком — самые удобные для танцев.

Вечером, после работы, когда я сидела одна дома, я включила старый фильм. Я почти заснула под него, когда вдруг по телу побежали мурашки от первых звуков зазвучавшей мелодии. Я распахнула глаза и уставилась в телевизор. Там, словно для меня, показывали сцену: он и она, в черном и в красном, танцуют танго в полутемном зале; и все вокруг исчезает — камеры, люди вокруг, взгляды — остаются только они, их прикосновения, их дыхание, их глаза, их молчаливое понимание, будто бы они не просто двигаются в такт, а говорят друг с другом языком движений.

Я смотрела на это и чувствовала необычный трепет, как что-то внутри меня дрожит и будто просыпается от вечной спячки.

Я тоже хочу чувствовать. Хочу танцевать, чтобы партнер вот так же смотрел на меня.

Хочу, чтобы кто-то вел меня, не замечая ничего вокруг.

Хочу, чтобы мое тело, которое я так долго ощущала ненужным, прятала под некрасивой одеждой, перестало быть чужим.

Хочу, чтобы моя жизнь наполнилась новыми звуками и цветами, новыми людьми, новыми впечатлениями…

***

На следующий день была суббота, и я дождаться не могла вечера, когда снова пойду учиться танцевать. Перед мысленным взором встал образ Николая, его мягкий взгляд, его твердое и уверенное прикосновение к моей руке, его движения, когда мы делали с ним первые шаги по паркету.

Перед занятием я отправилась в магазин и купила длинную до середины икры летящую юбку черного цвета и кремовую блузку с коротким рукавом. Они сидели на мне идеально, и даже ассистентка в магазине, помогавшая мне в примерочной, сказала:

— У вас отлична фигура, вам нужно носить больше приталенных вещей.

— Спасибо, — улыбнулась я такому нежданному комплименту.

Когда я пришла в студию, здесь уже было полно народу. Я нашла глазами Николая, но он был слишком занят разговором с какой-то девушкой, кажется, администратором. Он лишь легонько кивнул мне в знак приветствия.

Я прошла в зал и затерялась среди людей, которые уже вставали в пары. В глубине души я надеялась, что и сегодня моим партнером будет сам Николай и снова уверенно поведет меня в танце.

Однако, когда на середину зала вышла молодая женщина и хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание, я поняла, что сегодня Николай не будет вести урок. Через мгновение она об этом объявила:

— Здравствуйте. Николай Олегович занят административными вопросами, поэтому сегодня урок начну я, а он присоединиться к нам по мере возможности. Меня зовут Елена… — Она сказала еще несколько слов о своих титулах, убеждая заволновавшихся учеников, что она ни чем не хуже Николая.

Я почти не слушала ее, почувствовав неожиданное разочарование.

«Успокойся, — одернула я себя. — Ты пришла научиться танцевать танго, а не любоваться на красивого мужчину».

Я сосредоточилась на словах Елены и движениях, которые она показывала. Половину урока мы отрабатывали шаги в такт, повороты и другие движения.

После пятиминутного перерыва в зале появился Николай, поприветствовал всех учеников и попросил встать в пары. Он занял место рядом с Еленой — они собирались показать нам, как правильно двигаться в танго.

Я уже подумала было, что останусь без партнера, как вдруг ко мне подошел мужчина лет сорока двух, в обтягивающей рельефные мышцы футболке, с эспаньолкой, как у какого-нибудь французского актера, и с улыбкой, в которой было больше уверенности, чем искренности.

— Вы новенькая? — поинтересовался он, и я кивнула. — Я Марк. Пойдемте, я научу вас танцевать, — самоуверенно заявил он, протягивая мне руку.

Соглашаться не хотелось, но отказываться было бы глупо.

Марк повел меня в танце, при этом расталкивал другие пары и тащил меня за собой, словно я была не женщиной, а мешком соломы.

Каждое его движение было резким, демонстративным. Он не танцевал, а показывал, что умеет танцевать. Это было отвратительно.

— Так, теперь поворот! А теперь шаг назад! Не отставайте! — командовал он.

Я спотыкалась, пыталась угадать его ритм, но никакого ритма не было — была только бравада, маска, за которой скрывалось абсолютное неумение чувствовать музыку.

— Может, все же посмотрим на учителей? — раздраженно, но вежливо предложила я.

— Они показывают все это для начинающих, а я уже давно танцую танго. Танго — это не танец, это чувства, выраженные телом, — со знанием дела пафосно заявил он.

Марк заискивающе посмотрел мне в глаза и сделал неприличное движение бедрами. Я отпрянула и нечаянно толкнула пару, оказавшуюся за моей спиной.

— Извините, — обернулась я и увидела, что налетела не на кого-нибудь, а на Николая и Елену.

Они лишь понимающе улыбнулись и продолжили танец.

Я посмотрела на Марка, который снова тянул меня на себя.

— Я что-то устала, — сказала я. — Пожалуй, передохну.

Ему ничего не оставалось, как сесть на скамейку рядом со мной.

— Устали? — ехидно спросил он. — Ну да, весьма ожидаемо.

— В каком смысле? — нахмурилась я.

— Вам сколько? Лет сорок? В таком возрасте уже не танцуют танго.

Я не знала, то ли смеяться, то ли плакать. Мне было обидно, что какой-то хлыщ, видимо, считавший себя весьма привлекательным, думал обо мне как о разваливавшейся старухе. С другой стороны, он посчитал, что я выгляжу на сорок. Это ли не комплимент?

— Мне сорок восемь, — сухо сказала я. — А устала я не от танца, а от партнера, который скачет вокруг меня горным козлом.

— Кикимора, — обиженно обозвал он меня, — нужно было вокруг тебя скакать, — фыркнул он и отошел в сторону.

Я бросила последний взгляд на Николая и Елену, которые продолжали урок и при этом так красиво двигались в танце, что не могли не вызвать восхищения.

Вздохнув, я встала и пошла к выходу.

Он догнал меня, когда я уже выходила из промзоны.

— Марина?

Я обернулась. Николай, видимо, бежал, потому что дыхание его было сбивчивым.

— Ну что, — спросил он, сунув руки в карманы, — как танго?

Я молча пожала плечами.

— Будете брать абонемент?

— Наверное, нет, — сказала я, не раздумывая.

Он понимающе кивнул.

— Значит, танго вам не понравилось?

— Нет, — заверила я его. — Танго мне очень понравилось. Это невероятный танец…

— А что не понравилось? — Николай прищурился и посмотрел на меня внимательно.

— У меня нет постоянного партнера, а танцевать с кем придется я не гожусь. Еще одного урока с Марком или ему подобным я не выдержу, — призналась я.

Николай рассмеялся. Видимо, Марка он знал неплохо.

— А если вашим партнером буду я? — вдруг спросил он.

Я замерла.

— Вы же учитель, — сказала я неуверенно.

— Ну и что? — пожал он плечами. — Мы что-нибудь придумаем, как в первый раз.

— Обещаете? — улыбнулась я, и в голосе моем зазвучала неуверенность.

— Обещаю, — сказал он. — Только приходите. Я очень хочу, чтобы вы снова пришли.

А потом он развернулся и поспешно ушел. Я еще долго удивленно смотрела ему вслед.

Я шла по вечернему городу, который даже с наступлением темноты не отпускал зной, и чувствовала, как внутри что-то медленно, осторожно, робко раскрывается, будто годами завязанный узел начинает ослабевать.

Я не знала, что будет, но знала, что приду.

Я научусь танцевать танго.

_________________

Глава 4