Уважаемые мои читатели! Сегодня моя публикация отличается от всех предыдущих. Сегодня я расскажу вам о своем путешествии. А оно по всем меркам было далеким. Я выехала 27 июня из Мурманска в Москву, а оттуда 30 июня отправилась во Владивосток, куда я приехала 7 июля! И все это – на поезде.
Когда я говорила об этом со знакомыми, одни удивленно поднимали брови, другие переспрашивали, точно ли еду на поезде и здорова ли я, а третьи откровенно крутили пальцем у виска. И только немногие понимали: лучше жалеть о том, что сделано, чем о том, чего не сделано.
О путешествии на Дальний Восток я мечтала, можно сказать, всю жизнь. Когда смотрела на карту, дух захватывало – это ж через всю страну! А потом думала: жены декабристов ехали почти такое же расстояние на лошадях и доезжали! А на поезде, в купе, с биотуалетом и душем, с вагоном-рестораном – неужели это труднее? Конечно, в молодости было бы легче, но в те прекрасные времена не было возможности. Вернее, возможность была, только давили обязанности: маленькие дети, потом престарелые родители, которые ждали меня каждое лето. Теперь дети выросли, родителей, увы! не стало. И оказалось, что совершенно свободной я стала только сейчас – на восьмом десятке. Однако я на своих ногах (тьфу-тьфу!), в трезвом уме и твердой памяти (пока) и могу ехать куда хочу и как хочу. Прекрасное чувство, скажу вам!
Я, конечно, уже побывала кое-где. Родилась и жила до девятнадцати лет на Кубани, в этом благодатнейшем краю, работала по распределению в Чечне, в ее горном Шатойском районе, побывала в городке Оби-Гарм Таджикистана, жила в лучшем городе Крыма Севастополе, потому что туда был переведен корабль, на котором служил муж, познакомилась с курортом «Марциальные воды» в Карелии, которые были открыты Петром 1, проехала по местам боев за Кёнигсберг моего отца, получившего тяжелое ранение за взятие этого города, увидела Куршскую косу, наслаждалась видами белорусских лесов, когда ездила к подруге в деревню Козики Витебской области. За границей была один раз – на Кипре, когда мои дети подарили мне путевку на юбилей.
Купалась в Азовском, Черном, Средиземном, Балтийском морях, теперь очередь – Тихого океана. Ну очень хотелось окунуться в его воды! Правда, есть одно море, на берегу которого я живу уже пятьдесят один год, но ни разу не купалась в нем. Это Баренцево море. И хоть я живу на его южном берегу, все же лучше купаться на северном берегу Черного или Средиземного. А наше не очень ласковое: в наших местах его температура не бывает выше +12 в самое жаркое лето.
Сказать, что я не волновалась, конечно, не могу. До этого я больше, чем трое суток, в поезде не проводила. А теперь мне предстояло два дня до Москвы и от Ярославского вокзала Москвы до Владивостока еще шесть дней и двадцать два часа. (Так написано в электронном билете.) Мне было очень интересно, будут ли в этом поезде такие, как я, то есть едущие от начальной станции до конечной? Или таких отчаянных старушек немного: было трое, но, как говорится в народной поговорке, одну ветер унес, другую петух заклевал, вот только я и осталась? Ну что ж, значит, такая у меня судьба!
Так что, уважаемые читатели, кроме привычных моих историй, я буду публиковать, если вы не против, мои путевые заметки.
Ну что – в добрый путь! Поехали!
День первый.
Еду по привычному, давно проверенному маршруту, освоенному за последние пятьдесят лет в полной мере со всеми его изменениями.
Уже не начало лета, по календарю кончается его первый месяц, уже идет полярный день, но у нас только начала цвести рябина, газоны покрыты цветущими одуванчиками, что делает солнечные дни еще более яркими.
Пятьдесят один год езжу по этому маршруту, и всегда пейзаж за окном поезда и удивляет, и восхищает: лесотундра с мелкими кустарниками и низкими деревьями сменяется карельской тайгой , то густой, почти непроходимой, то прозрачной с огромными стройными соснами с розовыми стволами, с такими же стройными белоствольными березами и осинами. И, конечно, с бесчисленными озерами, реками, речушками, болотами... А после Карелии пошли смешанные леса Ленинградской области, с такими чащами, что кажется, войти в них невозможно. Правда, может быть, это только из окна вагона это видится?
За окном – буйство зелени, притом разных оттенков: ярко видны светло-зеленые «свечки» молодых побегов елок и сосен, темнеет хвоя старых деревьев, белесоватым отсвечивают кусты ивняка по берегам водоемов, а вдоль дороги уже желтеют первые летние цветы, потом появляется кремовая кашка, белые зонтики тысячелистника, розовые шишечки клевера... Не устаю удивляться обилию и разнообразию нашей природы!
Выехала из Мурманска в дождь (есть поверье, что дорога в дождь сулит удачу: проверим!), но по мере приближения к Карелии небо очищалось, и оно, ярко-синее, отражалось в озерах, в их зеркальной поверхности, рядом с отражением прибрежного леса.
До Кандалакши ехала в купе одна, но ночью вагон заполнили солдаты-срочники. Сразу рассказали, что едут в командировку в Петрозаводск, на какой срок, даже назвали номер своей мотострелковой части. С гордостью говорили, что им осталось служить всего полгода (притом смолчали, что прослужили тоже всего полгода), так что они почти дембеля. Многие, несмотря на ночь – был уже час ночи – достали свои пайки и стали ужинать, другие тут же улеглись спать.
Решила ложиться и я. Надеяться на темноту не приходилось – все-таки полярный день – закрыла окно шторкой, ведь солнце как раз повернулось в мою сторону.
Утром уже ехали по Карелии.