Дочь запретила видеться с внуком, и Галина впервые за пятьдесят два года почувствовала, что мир рушится не постепенно, а мгновенно, как обрывается туго натянутая нить.
Она растерянно стояла у подъезда дочери с новой машинкой для Артемки. Из домофона доносился сердитый голос дочери:
— Мам, не приходи больше, не надо. Дима считает, что ты чересчур часто появляешься и мешаешь нам.
— Мешаю?! — возмутилась Галина. — Ксюша, я же не к тебе прихожу и тем более не к Диме. Я внука увидеть хочу!
— Мам, пожалуйста... — голос дочери прозвучал как-то вымученно, устало. — Нам… Ну, нужно больше пространства. Дима так говорит, да и я, честно говоря, тоже так считаю.
— Ну вот, опять Дима говорит... — раздраженно подумала Галина.
Раньше Ксения никогда не повторяла чужие слова. У нее всегда на все было свое мнение. А теперь — «Дима говорит»...
— Ксюша, открой мне дверь, — попросила Галина. — Давай поговорим нормально, что ли...
— Не могу, мам, извини… — дочь тяжело вздохнула. — Дима сказал, что у нас с тобой нездоровая зависимость друг от друга. И мне кажется…
— Какая зависимость? — переспросила Галина. — Нездоровая? Ксюша, да что с тобой происходит такое?!
— И… извини, мам, я не могу больше говорить. Пока!
И Ксения сбросила звонок домофона.
***
Галина медленно отошла от подъезда и рассеянно посмотрела на машинку, которую несла внуку, да так и не отдала.
— Нездоровая зависимость, значит? — невесело усмехнулась она про себя. — Ну-ну…
По дороге к остановке она все прокручивала в голове разговор с дочкой и никак не могла понять, что случилось. Еще полгода назад они с Ксенией созванивались каждый день, подолгу болтали и обсуждали все на свете. А теперь...
— Может, я действительно слишком вмешиваюсь в их семью? — спросила она вечером у подруги Людмилы.
Та пожала плечами:
— Ты звонишь дочери раз в неделю, внука навещаешь только на выходных. У тебя своя жизнь, у них своя… — она улыбнулась. — Я вот, например, дочку все никак отпустить не могу, хотя она уже пятнадцать лет в браке, дети-подростки… А у тебя с этим, на мой взгляд, полный порядок.
Галина тихонько вздохнула.
— Я вот думаю, Люсь… она еще недавно такая счастливая была! Светилась прямо-таки. А теперь... — и она снова вздохнула.
— И что, так и не пустила тебя на порог? — спросила Людмила.
— Нет! Не пустила!
— Ну, не знаю… — Людмила покачала головой. — Если она раньше вела себя иначе…
— Она и выглядела иначе! — воскликнула Галина. — Была этакой пышечкой, а теперь кожа да кости, синяки под глазами…
— Ну так вот, — продолжила подруга, — и если она постоянно упоминает мужа…
— Да через слово! — снова перебила Галина. — Дима то, Дима се, Дима сказал, Дима считает…
— Так вот. Я бы на твоем месте все выяснила, — закончила наконец свою мысль Людмила, — поверь мне, способов установить истину немало. Было бы желание.
***
Желание у Галины было. И после разговора с подругой она решила еще раз съездить к дочери.
— Если прогонит, буду принимать меры, — думала она, выходя из автобуса и направляясь к дому дочери.
Галина едва узнала свою дочь. С момента последней встречи Ксения похудела еще больше. Ее темные густые волосы потускнели, лицо было каким-то бледно-серым.
Материнское сердце мучительно сжалось.
— А вдруг она заболела?! — подумала Галина.
Дмитрий увидел Галину первый.
— Заходи скорее, — негромко сказал он жене, — не то Артем опять простудится.
Ксения подхватила сына на руки и поспешила к подъезду.
— Ксюша! — окликнула дочь Галина.
Ксения резко обернулась, и Галина увидела в ее глазах испуг.
— Мама? — Ксения быстро посмотрела на подходящего к подъезду мужа. — Как ты тут оказалась? Что ты здесь делаешь?!
— Хотела внука увидеть, — Галина решительно подошла ближе и протянула руки к Артему. — Дай-ка мне его подержать.
— Эм… Галина Петровна!
Дмитрий вдруг оказался между дочерью и матерью и решительно оттеснил Галину.
— Чего толкаешься?! — возмутилась женщина.
— Галина Петровна! — голос Дмитрия стал ледяным. — Будьте добры, отойдите от моей жены и сына.
— Да с чего бы? По какому праву? Она не только твоя жена, но и моя дочь! — воскликнула Галина.
Артем увидел бабушку и радостно потянулся к ней. Его, естественно, не пустили, и он захныкал.
— Во-первых, мы вас не приглашали, — Дмитрий словно отчитывал ее, — а во-вторых, вы пугаете ребенка!
— Я пугаю? — Галина попыталась отстранить его. — Это ты пугаешь! Дай мне поговорить с дочерью!
— Мама, не надо, — поспешно вмешалась Ксения.
И уже чуть тише добавила:
— Пожалуйста, не ссорься с ним.
— А то что? — запальчиво воскликнула Галина. — Если поссорюсь, то что будет? Землетрясение? Конец света? Или что?!
— Будет вызов полиции, — холодно усмехнулся Дмитрий. — Ксюша, бегом домой.
— А что я такого противоправного делаю? — продолжила возмущаться Галина. — Я хочу видеть дочь и внука! Я имею право!
— Ну вот, вы их увидели, — не меняя тона, отозвался Дмитрий, — а теперь, пожалуйста, оставьте нас в покое.
Дверь подъезда закрылась за ним, а Галина осталась стоять на крыльце.
***
Женщина много думала о том, что произошло, и, в конце концов, решила действовать несколько иначе. Она была медиком и довольно тепло общалась с участковым педиатром Мариной Сергеевной, которая лечила еще саму Ксению, а теперь наблюдала Артема.
Вечером, после неудачного «свидания» с дочерью, Галина позвонила доктору. Они поболтали на нейтральные темы, а потом Галина заговорила о дочери и о внуке.
— Ребенок здоровый, — ответила врач, — развивается нормально. А вот мама какая-то напряженная. Постоянно извиняется за все. Пару раз даже спросила, не плохая ли она мать.
— Даже так? — удивилась Галина. — А за что она извиняется-то?
— Да за все. За то, что ребенок заплакал, например… За то, что он слишком активный… За то, что она что-то не так поняла… Ой, Галиночка, да за все, говорю же!
— Да уж…Чтобы Ксюша извинялась, да еще и за все подряд? — молвила Галина. — Она всегда была очень уверенной в себе девочкой.
— Вот именно. А теперь боится слово сказать. И муж всегда с ней. Не отходит от нее ни на шаг.
После разговора с доктором Галина встревожилась еще сильнее.
— Да что с ней происходит-то? Почему она так сильно изменилась? — переживала она.
Впрочем, вскоре она припомнила. Ксения резко изменилась, когда они с Дмитрием и совсем еще маленьким тогда Артемкой переехали в новую квартиру. Это было месяца четыре назад. До этого молодая семья жила у сватов, и Ксения сама звонила маме. Ну а потом пошло-поехало.
— Дима говорит, — сказала как-то дочь по телефону, — что у нас с тобой нездоровые отношения. И что я слишком от тебя завишу.
— Зависишь? — удивилась Галина. — Мы же мать и дочь, мы просто близки с тобой. Разве это плохо?
— Не знаю… — пролепетала Ксения. — Но я думаю… Думаю, что он прав, мам. Мне, скорее всего, и в самом деле нужно быть более самостоятельной.
Ну и начались всевозможные отговорки. То времени нет, то ребенок болеет, то она устала. А потом Ксения и вовсе перестала звонить. Галина звонила сама и старалась не лезть в жизнь дочери, но Ксения напрягалась даже от простых вопросов.
Зять Дмитрий был человеком властным. Но Галина и представить не могла, что он вдруг захочет вытеснить ее из своей семьи. И ладно бы еще это…
Проанализировав все увиденное и услышанное, Галина поняла, что Ксения боится мужа.
***
На следующий день Галина не выдержала. Купила торт, детские книжки для Артемки и поехала к дочери. Пусть злится, пусть говорит, что она навязывается. Но она должна увидеть внука.
В домофон звонить не стала — проскользнула вслед за соседом дочери и пешком поднялась на третий этаж.
Дверь открыла сама Ксения.
— Мама? — удивилась и одновременно почему-то опять испугалась Ксения. — Что ты… Зачем ты приехала?
— Да вот, внука хотела увидеть. Да и по тебе соскучилась, — Галина протянула дочери торт, — позволишь войти?
— Дима на работе, — нервно сказала дочь. — Он… Ну, ему не нравится, когда кто-то приходит в его отсутствие.
— Я не кто-то, Ксюша, — тихо сказала Галина, — я твоя мама и Артемкина бабушка.
Как ни странно, это подействовало. Ксения посторонилась, впустила мать в квартиру и провела на кухню.
— Ксюшенька, что с тобой происходит? — прямо спросила Галина, когда они сели за стол. — Ты стала какой-то… ну, совсем другой.
— Ничего со мной не происходит, — Ксения отвела взгляд. — Просто... я повзрослела, мама. Изменился мой статус, я теперь жена, сама мать.
— И это тебе мешает быть еще и дочерью? — грустно улыбнулась Галина.
— Я во всем согласна с мужем. Мы с ним отдельная семья и…
— А я спорю? Ксюша, я хотя бы раз влезла в вашу семью? Хотя бы раз дала тебе или ему ненужный совет? — мягко спросила Галина. — Мне немного надо. Я просто хочу видеть Артемку и тебя. Хотя бы иногда.
Ксюша замолчала. Она закусила губу, на щеках у нее появился легкий румянец.
— Просто… Дима считает, что ты плохо на меня влияешь.
— Плохо влияю? Я?!
— Ему не нравится, что я постоянно к тебе бегаю за советами вместо того, чтобы решать проблемы с ним.
— Ну так уж и постоянно, — усмехнулась Галина, — последний раз мы с тобой нормально разговаривали… Когда? Месяц назад?
— Ну, может быть. Но Дима сказал...
— Да мне все равно на то, что он там сказал! — рассердилась Галина. — Где Тема?
— Спит.
Галина прошла в гостиную. Квартира была идеально прибранной, но какой-то холодной. Ни семейных фотографий, ни детских игрушек… Все строго и почти официально, как в каком-то в музее.
— Мам, ты только не буди его, ладно? — попросила Ксения. — Дима очень строго относится к режиму.
— Дима, Дима! — проворчала Галина. — А где твой голос, Ксюша? Где твое мнение?
— Мое мнение совпадает с мнением мужа.
Галина повернулась к дочери и внимательно посмотрела на нее.
— А может быть, — начала она, — ты просто боишься его, а?
— Вовсе нет… — не очень-то уверенно ответила Ксения. — Просто... он требовательный. И хочет, чтобы у нас все было правильно.
— Правильно? А это как? Чтобы двухлетка спал в пять часов вечера, чтобы ты превратилась в какую-то куклу на шарнирах, никогда не возражала ему и не отсвечивала? Это правильно, да?
— Мам, пожалуйста… — поморщилась Ксения. — Не надо, не начинай. У меня голова болит.
Она села на диван, Галина примостилась рядом.
— Что у тебя со здоровьем? — спросила она, беря дочь за безвольную кисть. — Ты в тень какую-то превратилась…
— Я... Нормально все. Просто у меня маленький ребенок, я часто не высыпаюсь и...
— У меня тоже был маленький ребенок. Но я так не худела за короткое время, да и выглядела получше.
Ксения молчала.
— Ксюша, а когда ты последний раз принимала решение без его одобрения? — спросила Галина.
— Что за странный вопрос? В доме должна быть иерархия. Мужчина всегда глава дома...
— А женщина? Она кто? Приложение к мужчине?
— Женщина — хранительница очага. Дима говорит...
— Опять! — Галина хлопнула себя по коленям. — Да что ж такое-то, а? Он тебя зомбировал, что ли?
***
В этот момент послышался звук поворачивающегося в замке ключа. Ксения побледнела.
— Он пришел, — прошептала она. — Мам, пожалуйста, только не ссорься с ним.
— Да не собираюсь я с ним ссориться! Просто хочу поговорить с ним.
В гостиную вошел Дмитрий. Увидев Галину, вежливо улыбнулся.
— Галина Петровна! Какой приятный сюрприз! Ксюша уже угостила вас чаем?
— Угостила. Спасибо. Дима, на пару слов тебя можно? — спросила Галина.
— Да, конечно, конечно, — он посмотрел на жену. — Ксюшенька, по-моему, там Артем проснулся.
Ксения послушно вышла и затворила за собой дверь.
— Что ты делаешь с моей дочерью? — тут же приступила к нему Галина.
— А что я с ней делаю? — Дмитрий удивленно поднял брови. — Я забочусь о ней…
— Ты ее ломаешь!
— Я? Ломаю? Галина Петровна, вы драматизируете.
— Тогда почему она слово боится сказать без твоего разрешения! Это разве нормально?
— Абсолютно. Таким образом она проявляет обычное уважение к мужу.
— Это никакое не уважение, а страх! — воскликнула Галина. — Страх она проявляет, а не уважение!
— Ну уж прям страх… — улыбнулся он.
— Да, страх! Ты запрещаешь ей общаться со мной! Ты изолируешь ее от всех!
— Я просто защищаю свою семью от токсичного влияния, — сухо сказал Дмитрий.
— От токсичного влияния? — Галина даже побледнела.
— Да. Вы делаете ее несамостоятельной и зависящей от вашего мнения.
— Это неправда! Это именно ты делаешь ее несамостоятельной! Ты превращаешь ее в какую-то рабыню!
Дмитрий демонстративно посмотрел на часы.
— Вот что, Галина Петровна. Ксюша вам, наверное, сказала, что все у нас дома соблюдают режим…
— Диктаторский режим!
— Сейчас, согласно режиму, у нас семейный ужин, — невозмутимо продолжил он, — поэтому я попросил бы вас уйти.
Он вежливо, но достаточно крепко взял женщину под локоть и повел к двери.
— Я хочу видеться с дочерью и участвовать в воспитании внука, — сказала Галина.
— В этом нет никакой необходимости, — сказал Дмитрий, — всего доброго, Галина Петровна. Приятного вам вечера.
И он закрыл за ней дверь. 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 🔔