Марина застыла с телефоном в руке, чувствуя, как холодеет всё внутри. Вокруг продолжалась обычная офисная суета – коллеги обсуждали предстоящую презентацию, кто-то смеялся у кулера, секретарша Ниночка увлеченно красила ногти нежно-розовым лаком. А мир Марины в эту секунду рушился, осыпался осколками.
– Что? – только и смогла выдавить она. – Анна Сергеевна, что вы такое говорите?
– То, что слышишь, – в голосе свекрови звучало странное удовлетворение. – Твой благоверный разбил машину на трассе. С ним была какая-то девица. Молоденькая совсем, лет двадцать пять. Мне позвонили из больницы, я ведь у него в документах как контактное лицо указана.
Марина судорожно сжала телефон:
– В какой они больнице? Что с Олегом? Он жив?
– В областной. Жив пока, но, говорят, состояние тяжелое. Обоих в реанимацию забрали, – Анна Сергеевна помолчала и добавила: – Я уже еду туда. Приезжай, если хочешь увидеть мужа. И его... подругу.
Последнее слово свекровь выговорила с таким презрением, что Марина вздрогнула. В трубке раздались короткие гудки – Анна Сергеевна отключилась, не дожидаясь ответа.
– Всё в порядке? – спросила проходившая мимо Ниночка, заметив выражение лица Марины. – Ты белая как мел.
– Олег... авария... – Марина с трудом подбирала слова. – Мне нужно в больницу. Срочно.
Ниночка охнула и тут же засуетилась:
– Конечно, иди! Я предупрежу начальство. Тебе вызвать такси?
– Да, спасибо, – Марина механически собирала вещи, пытаясь осознать произошедшее. Муж. Авария. Любовница. Реанимация. Эти слова никак не хотели складываться в единую картину.
Олег никогда не давал повода для ревности. За десять лет брака – ни одного серьезного подозрения. Всегда внимательный, заботливый, открытый. Каждый вечер звонил, если задерживался. Всегда рассказывал, с кем встречался, где был. Неужели все эти годы он так искусно лгал? Неужели она ничего не замечала?
Такси домчало до областной больницы за двадцать минут. Марина почти бегом направилась к приемному отделению. Там ее встретила Анна Сергеевна – подтянутая, строгая женщина с идеально уложенными седыми волосами, в безупречном темно-синем костюме. Даже в такой ситуации свекровь выглядела так, словно собиралась на официальный прием, а не в больницу к сыну.
– Наконец-то, – поджала губы Анна Сергеевна. – Я уже выяснила обстановку. Олег в операционной. Множественные переломы, внутреннее кровотечение. Врачи ничего не обещают.
– А девушка? – вопрос вырвался сам собой, хотя Марина не планировала его задавать.
– Тоже оперируют. Похоже, она отделалась легче – сидела на пассажирском сиденье. А Олег принял удар на себя.
В голосе свекрови снова появились эти странные нотки – словно она одновременно переживала за сына и злорадствовала над невесткой. Марина невольно вспомнила, как Анна Сергеевна с самого начала была против их брака. «Легкомысленная», «неподходящая пара», «не из нашего круга» – это лишь малая часть того, что она говорила об избраннице сына. Потом, со временем, отношения вроде бы наладились, но теплыми так и не стали.
– Мне нужно узнать, как он, – Марина направилась к стойке информации.
– Бесполезно, – остановила ее свекровь. – Пока идет операция, нам ничего не скажут. Придется ждать.
Они сели в коридоре на жесткие больничные стулья. Марина чувствовала, как ее колотит нервная дрожь. Мысли путались. Олег. Любовница. Неужели правда? И что теперь делать, если он... если они...
– Давно это у них? – внезапно спросила Анна Сергеевна.
– Что? – Марина не сразу поняла вопрос.
– Роман. Давно у них роман?
– Я... я не знаю, – Марина растерянно покачала головой. – Я вообще узнала об этом только от вас. Сегодня.
Свекровь посмотрела на нее с недоверием:
– Не может быть, чтобы ты ничего не замечала. Женщины всегда чувствуют такие вещи.
– Я правда не знала, – тихо ответила Марина. – Олег никогда... у нас всё было хорошо.
– Видимо, недостаточно хорошо, – Анна Сергеевна поджала губы. – Иначе он бы не искал утешения на стороне.
Марина прикрыла глаза, чувствуя, как к горлу подступают слезы. Свекровь словно специально проворачивала нож в ране. Но может, она права? Может, в их браке действительно что-то пошло не так, а Марина этого не замечала? Они с Олегом в последнее время редко виделись – он много работал, она тоже задерживалась допоздна. Быт, рутина, усталость... Когда они в последний раз по-настоящему разговаривали? Не о счетах, покупках или планах на выходные, а о чувствах, мечтах, желаниях?
– Родственники Олега Краснова? – раздался голос, прервавший ее мысли.
Перед ними стоял усталый хирург в зеленой операционной форме. Марина вскочила:
– Да! Я его жена. Как он?
– Жив, – коротко ответил врач. – Операция прошла успешно, но состояние все еще тяжелое. Ближайшие сутки будут критическими.
– А девушка? – снова этот вопрос, который Марина не хотела, но должна была задать.
– Вторая пострадавшая тоже прооперирована. Ее состояние стабильное, жизни ничего не угрожает. Вы ее родственница?
– Нет, – Марина покачала головой. – Я не знаю, кто она.
Врач смерил ее внимательным взглядом:
– Понятно. В любом случае, вашему мужу сейчас нужен покой. В реанимацию вас не пустят. Приходите завтра, возможно, к тому времени его переведут в обычную палату.
– Можно хоть узнать, как его самочувствие? – взмолилась Марина.
– Пока без сознания. Когда очнется, мы вас известим, – врач явно торопился. – Извините, у меня еще пациенты.
Он ушел, оставив Марину и Анну Сергеевну в коридоре.
– Что ж, делать нам здесь нечего, – решительно сказала свекровь. – Поедем ко мне, переночуешь у меня. Заодно и поговорим.
Марина хотела отказаться – меньше всего ей сейчас хотелось слушать нравоучения свекрови. Но сил спорить не было, и она молча кивнула.
Квартира Анны Сергеевны дышала старомодной интеллигентностью – антикварная мебель, тяжелые портьеры, книжные шкафы до потолка. Здесь Олег вырос, отсюда ушел, женившись на Марине. Свекровь так и не простила невестке, что та «увела» сына из родительского гнезда.
– Чай? – спросила Анна Сергеевна, проходя на кухню. – Или чего покрепче? День сегодня не из легких.
– Чай, пожалуйста, – Марина села за кухонный стол, чувствуя себя неуютно в этом доме, где каждая вещь, казалось, осуждала ее.
Свекровь молча заварила чай, достала из серванта старинный сервиз, расставила чашки. Потом внезапно произнесла:
– Я всегда знала, что так будет.
– Что именно? – Марина подняла глаза.
– Что ты не сможешь удержать Олега, – Анна Сергеевна села напротив. – Он совсем другого полета птица. Образованный, из хорошей семьи, с перспективами. А ты... – она сделала неопределенный жест рукой. – Симпатичная мордашка, не спорю. Но ведь этого мало для настоящего брака.
– С чего вы взяли, что я не удержала Олега? – тихо спросила Марина, чувствуя, как внутри поднимается волна возмущения. – Мы не знаем, кто эта девушка. Может, коллега, может, случайная попутчица...
– Брось, – усмехнулась свекровь. – Я говорила с врачом, пока тебя не было. Эта девица – Вероника Шаталова, двадцать шесть лет, работает в том же банке, что и Олег. И судя по ее словам, когда ее привезли, они с моим сыном встречаются уже полгода.
Марина почувствовала, как комната поплыла перед глазами. Полгода. Полгода обмана, лжи, предательства. Полгода она жила с человеком, который возвращался к ней от другой женщины.
– Она... она в сознании? – выдавила Марина.
– Была, когда ее привезли. Потом ей дали наркоз перед операцией. Но успела наговорить врачам и медсестрам много интересного.
Анна Сергеевна явно наслаждалась ситуацией. Словно ждала этого момента много лет – момента, когда сможет сказать: «Я же говорила».
– Почему вы так меня ненавидите? – вдруг спросила Марина. – Что я вам сделала?
Свекровь удивленно подняла брови:
– Ненавижу? Что за глупости. Я просто всегда знала, что ты не пара моему сыну. Он достоин большего.
– Большего, чем десять лет любви и верности? – Марина горько усмехнулась. – Я любила его всем сердцем. И думала, что он любит меня.
– Любовь – это не только чувства, – наставительно произнесла Анна Сергеевна. – Это еще и подходящий социальный статус, общие интересы, схожее воспитание. У вас с Олегом ничего этого не было.
– Зато было счастье, – тихо сказала Марина. – По крайней мере, я была счастлива.
Телефонный звонок прервал их разговор. Марина вздрогнула, глядя на экран – незнакомый номер.
– Алло?
– Марина Краснова? – спросил мужской голос. – Это дежурный врач областной больницы. Ваш муж пришел в сознание и просит вас.
– Я сейчас приеду, – Марина вскочила, чувствуя, как колотится сердце.
– Что там? – требовательно спросила свекровь.
– Олег очнулся. Просит меня приехать.
– Я с тобой, – Анна Сергеевна решительно встала.
– Нет, – твердо сказала Марина. – Я поеду одна. Мне нужно поговорить с мужем наедине.
Она ожидала возражений, но свекровь неожиданно кивнула:
– Хорошо. Только потом расскажешь, что он сказал.
Вернувшись в больницу, Марина направилась прямо к дежурной медсестре:
– Здравствуйте, мне позвонили, сказали, что мой муж очнулся. Олег Краснов.
– Да, – кивнула медсестра. – Его перевели в палату интенсивной терапии. Врач разрешил вам короткое свидание – не больше пяти минут. Пойдемте, я вас провожу.
Они шли по длинному больничному коридору, и с каждым шагом Марина чувствовала, как растет ее тревога. Что она скажет мужу? Что спросит? С чего начать разговор, который может перечеркнуть десять лет их жизни?
– Вот здесь, – медсестра остановилась у палаты. – Только, пожалуйста, не волнуйте его. Состояние все еще тяжелое.
Марина кивнула и, глубоко вдохнув, вошла в палату.
Олег лежал на кровати, опутанный проводами и трубками. Бледный, осунувшийся, с забинтованной головой и загипсованной рукой. Он повернул голову на звук открывающейся двери, и в его глазах мелькнуло что-то – облегчение? страх? вина?
– Мариш, – тихо произнес он. – Ты пришла.
Она подошла к кровати, не зная, что сказать. Так много вопросов, обвинений, упреков крутилось в голове. Но при виде мужа, такого слабого и беспомощного, все слова застряли в горле.
– Как ты? – только и смогла спросить она.
– Паршиво, – он слабо улыбнулся. – Врачи говорят, что мне крупно повезло. Еще немного – и всё, конец.
Марина молчала, глядя на него. Десять лет брака. Десять лет она просыпалась и засыпала с этим человеком, делила с ним радости и горести, строила планы на будущее. И вот теперь...
– Мариш, я должен тебе кое-что сказать, – Олег попытался приподняться, но тут же со стоном откинулся на подушку. – Эта девушка, Вероника... Она не моя любовница.
Марина почувствовала, как к горлу подступает горький смех:
– Олег, не надо. Пожалуйста. Она сама всё рассказала врачам.
– Что рассказала? – он нахмурился.
– Что вы встречаетесь полгода.
– Бред какой-то, – Олег покачал головой и тут же поморщился от боли. – Вероника – дочь нашего клиента. Точнее, потенциального клиента. Я вез ее на встречу с отцом в загородный дом. Чисто деловая поездка.
Марина смотрела на него, не зная, верить или нет. Он всегда был хорошим рассказчиком, умел убеждать. Может, и сейчас врет, пытаясь спасти брак?
– Ты можешь не верить, – словно прочитав ее мысли, сказал Олег. – Но это правда. Спроси у Сергея, моего зама. Он организовывал эту встречу. Мне позвонили в последний момент, сказали, что девушка опаздывает на электричку, попросили подбросить. Я согласился – важный клиент, большой контракт... Вот и вся история.
– Тогда почему она сказала врачам, что вы встречаетесь?
– Понятия не имею, – Олег выглядел искренне удивленным. – Может, бредила от шока? Или что-то не так поняли. Я ее видел второй раз в жизни.
Марина хотела верить ему. Всем сердцем хотела. Но сомнения, посеянные свекровью, не давали покоя.
– Твоя мама сказала...
– Моя мама, – Олег горько усмехнулся. – Она-то откуда знает? Она и Веронику эту ни разу не видела.
– Она говорила с врачами. И с медсестрами.
– И они ей все выложили? Врачебная тайна, профессиональная этика – это всё фикция?
Марина задумалась. Действительно, откуда Анна Сергеевна могла знать такие подробности? И почему она так уверенно говорила о романе сына, не имея прямых доказательств?
– Мариш, – Олег с трудом поднял руку и коснулся ее ладони. – Позвони Сергею. Он всё подтвердит. И еще... извини, что не предупредил о поездке. Всё случилось так быстро, а потом я подумал – чего звонить из-за такой ерунды, только отвлекать тебя с работы...
В дверь постучали – заглянула медсестра:
– Время вышло. Пациенту нужен отдых.
Марина кивнула и, помедлив секунду, наклонилась к мужу:
– Выздоравливай. Я приду завтра.
– Ты веришь мне? – в его глазах была такая надежда, что у Марины защемило сердце.
– Я хочу верить, – честно ответила она.
Выйдя из палаты, Марина первым делом набрала номер Сергея, заместителя Олега. Тот взял трубку после первого гудка:
– Марина! Я только что узнал об аварии. Как Олег?
– Жив, – коротко ответила она. – Сергей, скажи... Вероника Шаталова – кто она?
– Дочка Шаталова, нашего нового клиента из Новосибирска. А что?
– Она ехала с Олегом в машине. Ты знаешь об этом?
– Конечно, – удивленно ответил Сергей. – Я сам организовал эту встречу. Шаталов прилетел на переговоры, а дочь должна была приехать позже. Но она опоздала на электричку, пришлось срочно решать вопрос с транспортом. Олег как раз собирался в ту сторону, вот я и попросил его подбросить девушку.
Марина почувствовала, как внутри разливается облегчение. Значит, Олег не лгал. Значит, никакой любовницы не было. Но откуда тогда взялась эта история?
– Спасибо, Сергей, – сказала она. – Ты очень помог.
Выйдя из больницы, Марина глубоко вдохнула свежий вечерний воздух. В голове крутилась одна мысль – нужно поговорить со свекровью. Немедленно.
Анна Сергеевна встретила ее в халате и домашних тапочках:
– Ну что, поговорила с Олегом? Что он сказал?
– Что никакой любовницы нет, – Марина смотрела прямо в глаза свекрови. – Что Вероника – дочь клиента, и он просто подвозил ее на деловую встречу. И Сергей это подтвердил.
– И ты поверила? – Анна Сергеевна покачала головой. – Наивная девочка. Конечно, они будут покрывать друг друга.
– Зачем вы это делаете? – тихо спросила Марина. – Зачем пытаетесь разрушить нашу семью?
– Я? – свекровь картинно приложила руку к груди. – Я лишь сообщила тебе факты.
– Нет, вы сообщили мне ложь. Выдумку. И я хочу знать, зачем.
Анна Сергеевна молчала, отведя взгляд. Потом словно сдулась, плечи опустились, из глаз ушла надменность.
– Я просто хотела... – она запнулась. – Олег никогда не был по-настоящему счастлив с тобой. Я это чувствую. Мать всегда знает такие вещи.
– Это не вам решать, – твердо сказала Марина. – И не вам судить о нашем счастье. Если у Олега есть претензии к нашему браку – он скажет мне сам, без посредников.
– Он слишком мягкий, слишком добрый, – покачала головой свекровь. – Он никогда не скажет тебе, что несчастлив, чтобы не ранить.
– Или может, он просто счастлив, а вы этого не видите? – Марина устало вздохнула. – Знаете, мне жаль вас. Жаль, что вы настолько одиноки, что готовы разрушить счастье собственного сына, лишь бы он был рядом с вами.
Анна Сергеевна вздрогнула, словно от пощечины:
– Как ты смеешь...
– Я еду домой, – перебила ее Марина. – И больше не хочу обсуждать с вами наши с Олегом отношения. Никогда.
Дома Марина долго сидела в темноте, глядя в окно и думая о том, как легко могло разрушиться то, что они с Олегом строили десять лет. Одно ложное обвинение, одно подозрение – и трещина в фундаменте брака готова. Наверное, им стоит серьезно поговорить, когда Олег поправится. О доверии, об открытости, о том, что нельзя держать друг друга в неведении даже по мелочам. И о свекрови тоже придется поговорить – об ее попытках вмешиваться в их жизнь, о токсичном влиянии, которое она пытается оказывать.
Утром Марина снова поехала в больницу. По дороге купила фрукты, сок, любимый журнал Олега про охоту и рыбалку. У входа в отделение ее остановила медсестра:
– Вы к кому?
– К мужу, Олегу Краснову. Я вчера уже была у него.
– А, – медсестра кивнула. – Проходите. Только имейте в виду – у него сейчас посетительница. Эта девушка, которая с ним в аварию попала. Ее выписали сегодня утром, и она сразу к нему.
Марина почувствовала, как сердце снова сжалось от тревоги. Но она тут же отогнала эти мысли. Нет, она не будет поддаваться сомнениям. Не будет позволять токсичной свекрови разрушить их отношения.
Дверь в палату была приоткрыта. Марина заглянула внутрь и увидела Олега, сидящего в кровати в полулежачем положении. Рядом с ним на стуле сидела молодая девушка с перебинтованной рукой и пластырем на лбу – очевидно, та самая Вероника.
– ...и я просто хотела извиниться, – говорила девушка. – Всё из-за меня. Если бы я не опоздала на электричку, вам не пришлось бы меня везти, и аварии бы не было.
– Не берите в голову, – ответил Олег. – Никто не виноват. Просто случайность.
– И еще... – девушка запнулась. – Я не знаю, что я говорила, когда нас привезли. Врачи сказали, у меня была истерика. Надеюсь, я не наговорила лишнего.
– Боюсь, что наговорили, – Марина вошла в палату, заставив обоих повернуть головы. – Здравствуйте, Вероника. Я Марина, жена Олега.
Девушка покраснела:
– Здравствуйте... Я... мне так неловко. Мне сказали, что я несла какой-то бред про то, что мы с Олегом Викторовичем встречаемся. Это неправда, конечно! Мы едва знакомы. Просто шок, контузия... Я даже не помню, что говорила.
– Ничего страшного, – Марина улыбнулась, чувствуя, как от сердца отлегло окончательно. – Главное, что вы оба живы.
– Я, наверное, пойду, – Вероника неловко поднялась. – Выздоравливайте, Олег Викторович. И еще раз простите за всё.
Когда девушка ушла, Марина села на освободившийся стул и взяла мужа за руку:
– Как ты себя чувствуешь?
– Лучше, – Олег слабо улыбнулся. – Особенно теперь, когда ты здесь. И когда этот абсурд с "любовницей" прояснился.
– Да, – кивнула Марина. – Теперь я понимаю, откуда взялась эта история. Бедная девочка была в шоке, говорила что попало. А твоя мама...
– Моя мама решила использовать ситуацию, – мрачно закончил Олег. – Прости, что ты через это прошла. Я должен был давно поговорить с ней о том, как она вмешивается в нашу жизнь. Это моя вина.
– Нет, – Марина покачала головой. – Это наша общая ответственность – защищать наши отношения. И мы
Самые популярные рассказы среди читателей: